Бей или Беги, ведьма! Дитя магии (СИ)

Я села на стул, отставив миску. К горлу подступил ком, в носу защипало. Астар взглянул на меня.
— Да, у вас больше общего, чем ты думаешь. Гораздо больше.
*
С этого разговора начал раскручиваться маховик событий.
Днем я, разобрав часть документации, оставшейся от предыдущей хозяйки, вышла прогуляться, но уже у самых ворот наткнулась на женщину, осматривающую территорию через ворота. Она вертела в руках сумку, а завидев меня, кинулась с вопросами.
— Скажите, девушка, а как попасть к хозяйке? Мне очень нужно к Алине Захаровне, пожалуйста.
— Алина Захаровна здесь больше не живет. А что Вы хотели?
— Ой, как же это, — женщина начинает рыдать.
— Что вы? — я осматриваюсь по сторонам, но вокруг только припаркованные автомобили. — Андриан! — знаю, что он сейчас должен быть в этой части сада, — Андриан!
Вдвоем мы завели плачущую женщину, довели до особняка, где ее перехватила Лида и увела на кухню. В холле появился Астар.
— Что случилось?
— Да вот, одна из клиенток Алины Захаровны, расплакалась, а я не смогла отказать. Успокоится, отправим домой.
— Почему?
— Что почему?
— Почему ты хочешь отправить ее домой?
— А что с ней делать? — не понимаю я.
— Ты же ведьма, забыла?
— Это я, увы, помню, но разве я могу помочь?
— Ты хоть попробуй, — предложил демон.
*
Женщина уже не плакала, только всхлипывала. Лида буквально насильно отпаивала ее чаем. Судя по витавшему в воздухе травяному аромату, чай был с секретом.
— Понимаете, Алина Захаровна мне с дочкой помогала. У той проблемы в семье были: муж сначала просто издевался, а потом и вовсе избивать стал. Она хотела уйти, но забеременела, и тут ее как будто подменили. Начала мне говорить, что не женщина не должна разрушать семью, что это ее долг — терпеть. Я ведь ей предлагала ко мне переехать, квартира большая, места бы с лихвой хватило. Я работаю до пяти, от работы пешком, помогала бы ей с радостью с ребенком. Она и вещи уже собрала, а потом… Не знаю что произошло. Пару месяцев у них все хорошо было, а потом дочь в больницу попала на сохранение. Я пришла как-то, а ей медсестра как раз капельницу ставила, только все никак вену найти не могла. Попросила вторую руку, а дочь ее спрятала. Колите, говорит, в запястье. Медсестра ушла, а я руку схватила, рукав сдернула, а там забинтовано.
Женщина посмотрела куда-то в окно, вспоминая тот день.
— Заставила ее рассказать, дочь сказала, случайно порезалась. Но я-то знаю, что не сама она! Поговорила с врачом, оставили ее по-максимуму в больнице, а через три дня ее уже не было — врач сказал, приехала за ней свекровь и забрала под расписку. С тех пор я могла с дочкой только созваниваться, и то потом она сама мне стала звонить, когда мужа дома не было. А как-то я пришла, так там свекровь ее, дальше порога меня не пустила. Угрожала полицию вызвать. Дочь в итоге вышла, говорит, иди, мама, иди отсюда. Представляете? Мать родную прогнала!
Посетительница снова заплакала. Подошедшая Танита всхлипывала на пару с Лидой в унисон даме. Астар хмурился. А меня не покидало чувство, что я стучусь не то что в закрытую дверь, а в стену, при попытке почувствовать что-то. Отозвала Астара в сторонку.
— Астар, я не смогу ей помочь. Здесь надо официально обращаться в полицию. Единственное, что я могу — помочь составить заявление и попросить ребят не откладывать его в ящик.
— Почему не можешь?
— Я ничего не чувствую. Как стена. Вижу эту женщину в какой-то крохотной квартирке, одну, стол грязный, темный коридор, потому что лампочка перегорела уже неделю как, но она ведь рассказывает совершенно другое!
— Хмм…
— Знаешь, у меня ощущение, что у нее вообще никакой дочери нет.
— Астар чуть наклонил голову и, скрестив руки на груди, по-новому взглянул на гостью. Что-то хитрое появилось в его лице. Предвкушение игры.
— Давай ты ей сейчас скажешь, что не в теме всего этого, предложишь то, что ты вот сейчас мне предложила. И пошлем Андриана за ней проследить.
— Ты думаешь, ее кто-то ко мне заслал? Но зачем?
 
— Узнаем, когда выясним кто.
Мы переглянулись.
*
От заявления в полицию женщина ожидаемо отказалась, начав рассказывать, что у той семьи связи, деньги и вообще сам главный прокурор столицы чуть ли не кофе в постель подает свекрови ее дочери. Прокурора Москвы я знала лично, и сильно сомневалась, что он будет кому-либо вообще кофе по утрам подносить.
Пришлось объяснить даме, что Алины Захаровны больше нет, приема клиентов по вопросам ведьмовства — тоже. Женщина расстроилась и стала как-то странно осматриваться вокруг. Еле выпроводили ее за ворота. Андриан ушел следом, наказали ему быть на связи.
Через пару минут пришел сигнал от дома — у ворот гости.
Троица, впечатлившая меня в свое время своим поздним визитом, выглядела, кажется, абсолютно так же, как и в нашу первую встречу.
— Леди, лорд, доброго вечера, — поздоровался за всех лорд Визибилис.
— Здравствуйте, лорды, — поздоровались мы.
— Нам поступила информация о незаконной ведовской деятельности.
Мы с Астаром переглянулись в недоумении.
— Простите, о какой именно деятельности идет речь? — я, по возможности, округлила по максимуму глаза.
Лорд Силентис молча протянул мне свиток, который перехватил. Открыв его, он прочитал и показал его мне. Там было постановление о штрафе, ввиду незаконного оказания магических услуг.
— Могу я предложить вам чай или кофе? — я улыбнулась и приглашающим жестом предложила им пройти в гостиную.
— Боюсь, на это нет времени. Вам придется проследовать с нами.
— Могу я узнать хотя бы, кому я эти услуги оказывала?
Аудитос недовольно поджал губы, но поведал:
— Некой гражданке Свиридовой в поиске ее дочери.
— Боюсь, вы ошибаетесь, — передразнила я, — прошу вас все же пройти в мой кабинет, где я предоставлю доказательства своей невиновности. Лидия, подайте напитки, будьте добры.
Инквизиторы посмотрели друг на друга, но все же проследовали за мной.
*
В кабинете четверо мужчин с удобством расположились, Лида тут же принесла чай, Астар молча наблюдал, пытаясь скрыть предвкушение поражения противника.
Я включила компьютер и, спустя минуту, развернула экран к присутствующим.
С экрана гостям предстала наша кухня, как раз та часть, где расположен диванчик, на который и усадили девочки сегодняшнюю гостью. Я включила звук, и инквизиторы услышали весь наш разговор, в котором я предлагаю свою помощь, но исключительно в том, что касается написания заявления и предложения немного похлопотать перед коллегами, чтоб его не выкинули. После показала видео из холла, где мы провожаем гостью и расходимся по своим делам, чтобы почти тут же собраться вновь для приветствия высоких гостей.
— Что ж, кажется, заявление ошибочно.
Попросить его взглянуть или не стоит лезть в бутылку?
— Благодарим за чай и прекрасный пирог, ваш повар чудесно готовит.
— За сим откланяемся, у нас мало времени.
Господа синхронно кивнули головами и вышли, Астар проводил их до дверей, а я медленно осела в кресло.
И что это было?
Вечером вернулся Андриан и дал вполне развернутый ответ.
Ему удалось проследить путь женщины до ее дома и даже до квартиры. Он поднялся на этаж ниже и не успел посмотреть в какой именно квартире она живет. Сразу. Но потом произошло нечто, что все же дало больше информации.
Андриан уже хотел спускаться обратно, но вдруг его охватил озноб. Парень поднялся на два этажа, мимо квартир, в одной из которой скрылась наша гостья, и услышал, как лифт остановился на ее этаже. Пронзительный звонок, дверь распахивается, и женщина (ее голос он узнал) здоровается с кем-то, кто говорит одну единственную фразу:
— Ваша обещанная награда.
После звук падения тела и стук, удаляющиеся по лестнице шаги. Андриан стоял, прижавшись к дальней на площадке двери квартиры, не дыша. Отлипнуть от нее он смог спустя минуту после того, как услышал внизу грохот подъездной двери. Спустился на один пролет вниз и увидел в приоткрытой двери ноги нашей посетительницы. Локтем приоткрыл дверь, потрогал пульс на шее, ожидаемо, безрезультатно, и поспешил домой.