Спасите меня, Кацураги-сан! Том 6 (СИ)

— Это — моя работа, — по привычке ответил я.
— Нет, Тендо-сан, вы в тот день были не на работе. Это было вашим решением, не как врача, а как человека.
— Не преувеличивайте, Ризе-сан, — попросил я. — Кстати, на часах уже десять утра. Скоро уже обед, а мы с вами до сих пор не позавтракали. Я видел уютное кафе внизу — около башни. Можем заглянуть туда.
— Отличная идея! — кивнула Ризе.
Мы с Мацушико Ризе плотно позавтракали гречневой лапшой, которую японцы именовали «соба». Это блюдо кроме лапши включало в себя овощи, куриное мясо, грибы и зелень.
Поначалу мы с Ризе продолжали общение, но вскоре она начала отвлекаться на телефон. Кто-то активно написывал ей в мессенджере, отчего Мацушико резко погрустнела.
— Что-то случилось, Ризе-сан? — поинтересовался я.
— Да так… — вздохнула она. — Один мой коллега пишет. Айтишник. Он мне помогал чинить компьютер и с тех пор злоупотребляет наличием контакта со мной.
— Если вам он докучает, можете просто заблокировать, — пожал плечами я.
— Да я бы с радостью, но он тут… В общем, он говорит, что у него со здоровьем какие-то серьёзные проблемы. Не знаю, при чём здесь я, но он пишет мне об этом целыми днями.
— Пусть придёт ко мне на приём, — предложил я.
— Так вы же заведуете отделом маркетинга. Зачем вам лишняя нагрузка? — подметила Ризе.
— Меня повысили в начала недели. Как раз здоровьем айтишников я сейчас и заправляю, — сообщил ей я.
— Ой, правда? Поздравляю с повышением! — засияла Мацушико Ризе. — Так вы серьёзно, Тендо-сан? Я правда могу предложить ему сходить к вам?
— Конечно! Зачем ещё нужны врачи?
Ризе ответила своему знакомому, и он согласился зайти ко мне в ближайшее время. Мы с моей соседкой закончили завтракать и направились назад — домой.
В понедельник ближе к концу приёма в мой кабинет вошёл мужчина в шапке, закрывающей всю голову. Он не поздоровался и сразу присел на кушетку. Интуиция сразу подсказала мне, что это и есть тот самый айтишник.
— Добрый день, рассказывайте, что вас беспокоит, — попросил я.
— Фофсем нифево не мову фвелафь, Кафуваги-фан, — пропыхтел он.
Из всей фразы я едва-едва разобрал своё имя. Пациент понял, что смысл его слов я толком воспринять не смог. Тогда он снял шапку и показал мне лысую голову, а затем открыл рот и указал пальцем на свои дёсны.
— Вфе вубы и волофы выпали, Кафураги-фан!
Ни зубов, ни волос. А пациенту не больше тридцати. Вот так задачка!
  
Глава 24
 
Я решил не мучить пациента расспросами и, жестом попросив его подождать, приступил к изучению записей в его амбулаторной карте. В медицинской информационной системе уже были выгружены анализы крови. Как выяснилось, он совсем недавно прошёл диспансеризацию у Кондо Кагари, и тот отправил его ко мне на второй этап.
Правда, сделал Кондо недостаточно. Нужно было в первую очередь отправить его к нашему стоматологу. Уж тут он бы точно нашёл, чем заняться.
Пациента звали Кикучи Мацуру. Двадцать восемь лет. В его ротовой полости не осталось почти ни одного зуба. А те, что остались, были готовы в любой момент выпасть. Очень уж ослабла укрепляющая их система. У зубов тоже имеется связочный аппарат, который обеспечивает их стабильное положение в лунке. И этот аппарат у Кикучи Мацуру работал из рук вон плохо.
— Кикучи-сан, я буду задать вам вопросы, — начал я. — Отвечайте да или нет. Если даю два варианта ответа, то покажите пальцами — первый или второй вариант. Всё понятно?
— Да, — кивнул он.
— У вас болят дёсны? — спросил я.
— Нет, — он нахмурился и потряс ладонью, намекая, что боль есть, но она не сильная.
— Волосы и зубы выпали одновременно? — спросил я.
— Да, — кивнул пациент.
— Вижу, что местами у вас волосы всё же имеются, — подметил я, увидев островки коротких волос. — Оставшиеся вы сами сбрили?
— Да.
— Волосы и зубы выпали резко или это происходило постепенно? — спросил я.
Кикучи Мацуру показал два пальца. Второй вариант, значит, выпадали они постепенно.
— В течение какого времени? Месяц? Год? — продолжил опрос я.
 
Пациент вновь поднял два пальца, а затем загнул их так, чтобы я понял точный срок. Два с половиной года.
— И за это время вы ни к кому не обращались? — удивился я. — Вас не беспокоил тот факт, что у вас с организмом происходит что-то странное?
На этот вопрос Кикучи Мацуру жестом ответить не мог, поэтому поспешно набрал сообщение в телефоне. Парню очень уж не хотелось пыхтеть, тщетно пытаясь донести до меня информацию кривыми звуками.
«Много работы. Долги. Работал сутками. Не до себя времени было» — гласило текстовое сообщение.
Самая стандартная отмазка у среднестатистического японца. Работа съела всё время и здоровье. А у некоторых и жизнь съедает.
— Кикучи-сан, но так ведь нельзя! — нахмурился я. — Придётся нам с вами теперь решать вопрос радикально. Причины выпадения зубов и волос я найду, но вылечить их будет трудно. Если волосы ещё, может быть, снова начнут расти, то зубы уже не восстановить. Только устанавливать импланты.
А ставить столько имплантов — это очень недешёвое мероприятие. Одно дело, заменить один зуб. Другое — все. Но этим вопросом займутся стоматологи. Единственное, что я могу сделать — разобраться, какой сбой повлёк за собой такие изменения.
Я попросил пациента открыть рот шире, включил фонарик и активировал «гистологический анализ». Картина оказалась не из приятных. Соединительная ткань, которая должна была играть фиксирующую функцию, была сильно изменена. С костной тканью, в которой обычно крепятся зубы, произошли ещё более серьёзные нарушения. Сосуды практически полностью исчезли. Похоже, сосудистая стенка постепенно ослабевала, питание зубов прекратилось, и они выпали.
Дистрофия — этим словом можно описать весь произошедший в его ротовой полости процесс. А если ставить конкретный диагноз, то у Кикучи Мицуро — парадонтоз. Это невоспалительное заболевание, которое характеризуется патологическим изменением всех окружающих зуб тканей.
И причин у парадонтоза достаточно много. Даже стоматологи не всегда могут сказать, из-за чего конкретно развилось это заболевание. Оно могло настичь человека из-за плохой гигиены полости рта, больного желудка или неправильного питания — вариантов множество.
С луковицами волосяных фолликулов происходила похожая история. Волосы, как и зубы, попросту перестали нормально кровоснабжаться. Однако все эти детали были далеко не самой странной частью клинической картины.
В челюсти Кикучи Мицуро виднелись зачатки зубов.
И как это понимать? Не может же его организм готовить на смену выпавшим коренным ещё одну партию зубов? Стоп…
В этих недоразвитых зачатках как раз и находятся коренные зубы. Значит, выпали у него молочные. Но от этого легче не становится. Молочные зубы, которые выпали в двадцать восемь лет? С таким я ещё не сталкивался, хотя знаю, что в теории такое возможно. Редко встречаются ситуации, когда один или несколько молочных зубов у ребёнка не сменяются коренными и переходят с ним во взрослый возраст.
Но чтобы почти вся ротовая полость не сменилась…
Видимо, это заболевание скрыто существовало у Кикучи Мицуро ещё с самого детства. Осталось только разобраться, что конкретно пошло не так в его организме.
— Кикучи-сан, у вас что, в детстве не выпадали зубы? — спросил я.
Он помотал головой, подтверждая мою догадку. А затем написал мне сообщение:
«Никогда не ходил к стоматологу. Жил в деревне. Не было денег».
Да уж, печальная картина. Причём деревня, судя по всему, урожаем и скотом богата не была. Ведь такие нарушения, скорее всего, связаны с сильнейшим авитаминозом. Значит, питался Кикучи Мицуро абы как. И видимо, до сих пор так питается.
— Кикучи-сан, скажите честно, что вы едите последние десять лет? — спросил я.
Кикучи Мицуро грустно усмехнулся и показал мне следующее сообщение:
«Полуфабрикаты. Заварные завтраки».