Спасите меня, Кацураги-сан! Том 6 (СИ)

Мы расселись за расставленные вдоль стен компьютеры и по команде приступили к тестированию. На мониторе висела камера, которая следила за каждым студентом-ординатором. На каждом компьютере была запущена программа записи экрана. Организация использовала все меры предосторожности, чтобы исключить возможность списать или сжульничать иным путём.
Правда, вопросы были простые. Я разделался с теорией за двадцать минут и получил максимальный балл — сотню.
Через полчаса тестирование закончили все остальные и Харукава Кината подозвала нас к себе. Пока мы были заняты тестированием, на столах за нашими спинами разместили инструменты и модели из латекса.
— На этом этапе будут проверены ваши практические навыки. Узлы, швы, разрез, знание инструментов и правильное владение ими, — объяснила Харукава. — Сейчас каждый из вас займёт свободный стол. Я и другие судьи проследим, как вы работаете руками. У вас на столах имеется список узлов, которые вы должны связать, виды швов, которые вам нужно будет наложить на латекс. А также вашей задачей будет показать технику рассечения тканей.
Банальный базовый уровень хирургических навыков. Ничего сложного.
Мы приступили к работе. Я быстро показал судье три вида узлов: простой, морской и хирургический. После короткого кивка экзаменатора я перешёл к швам. В моём билете были указаны только два вида из множества существующих швов — П-образный и непрерывный вворачивающийся шов Шмидена. Первый используется для сшивания мышц и сухожилий, а второй — для сшивания двух сторон рассечённой кишки.
Эта задача оказалась потруднее, руки не сразу вспомнили наработанные в прошлом навыки, но я справился весьма неплохо, что оценил и экзаменатор.
Осталось совсем немного — рассечение и перечисление всех имеющихся инструментов.
Я закончил испытание и заметил, что одновременно со мной его завершил другой студент-ординатор. И мою, и его работу оценили по максимуму — в пять баллов. Однако я заметил, что его шов был особенно изящным, и накладывал его он виртуозно, как настоящий постоянно практикующийся хирург. У парня явный талант. Уж он точно должен пройти этот экзамен.
— У нас получасовой перерыв! — объявила Харукава Кината, когда последний студент закончил испытание. — Прошу всех проследовать в комнату напротив. Там можно выпить чай или кофе и перекусить. Передохните перед последним испытанием, пока мы подсчитываем очки и готовим зал для завещающего этапа.
Большинство участников экзамена выглядели понуро. После тестирования мои коллеги выглядели куда более энергично. Видимо, с теорией они справились успешно, а вот практических навыков не хватило. По крайней мере, работу одного из экзаменуемых, что накладывал швы за столом по правую руку от меня, оценили всего в три балла.
Подозреваю, что он вряд ли сможет получить диплом этим вечером.
Я прошёл в комнату отдыха и сразу же направился к кофейному аппарату. Сделав себе кофе, я решил подойти к тому парню, работа которого мне особенно приглянулась во время экзамена.
— Кацураги Тендо, — представился я и поклонился коллеге. — Меня впечатлили ваши навыки. Не мог не обратить на это внимание.
— Шигараки Хидео, — он поклонился в ответ и широко улыбнулся. — Спасибо, Кацураги-сан. Вы тоже хорошо себя показали.
— Хочу поинтересоваться — откуда у вас такие навыки? — спросил я. — У вас очень опытные руки.
— Приходилось много ассистировать в отделении абдоминальной хирургии Центральной Токийской больницы, — ответил он. — Мой отец работает там хирургом. И дед был хирургом — у нас это потомственная профессия.
— Ого, — удивился я. — Тогда почему вы не проходите ординатуру в Токийском университете?
— Хочется поскорее приступить к работе, — ответил Шигараки Хидео. — Отец мне чуть ли не с детства рассказывал, как проводятся операции. Я прошёл курс обучения всего за два месяца и решил рискнуть на сегодняшнем экзамене. Не думаю, что имеет смысл торчать на кафедре целых два года. Быстрее всему обучусь на месте. Всё равно хирурги на будущем месте работы какое-то время продержат новых сотрудников в роле ассистента или стажёра.
 
— Что ж, Шигараки-сан, в таком случае искренне желаю вам успехов на последнем испытании, — сказал я.
Мы увлеклись беседой и не заметили, как пролетело полчаса. Вскоре в комнату вошла Харукава Кината и позвала нас назад — в экзаменационный зал. У входа висела рейтинговая таблица, которая была рассчитана на основе первых двух этапов. На самой вершине списке были наши с Шигараки Хидео имена.
— Первый шестнадцать номеров могут пройти в зал на последний этап, — сказала Харукава Кината. — Остальным, к сожалению, вынуждена сообщить, что вы не допущены до заключительного экзамена и вам придётся повторить курс обучения заново. Ещё раз извиняюсь за причинённые неудобства. Детали вы можете обсудить в триста четвёртом кабинете. Пройдите туда — там вам всё объяснят.
Последние «выжившие», включая меня, вошли в экзаменационный зал. И тогда Харукава Кината объявила:
— В последнем этапе вы разделитесь на пары и будете участвовать в «хирургическом поединке». Вы проведёте операцию на специальном симуляционном манекене. Диплом получит тот, кто наберёт больше баллов, чем его оппонент. Первое место проходит испытание вместе со вторым, третье с четвёртым — и так далее.
Проклятье… Мне придётся оперировать напротив Шигараки Хидео.
И эта ситуация заставляет испытывать меня смешанные чувства. Я хочу получить диплом и уж точно не желаю поддаваться. Но этот парень — чуть ли не больше всех присутствующих заслуживает поскорее стать хирургом.
Следуя к операционному столу, меня волновал только один вопрос. Чем же закончится этот «хирургический поединок» для нас обоих?
  
Глава 9
 
Я был уверен, что во всём этом экзамене есть какой-то подвох. В противном случае эта система попросту работает не так, как должна. Первые восемь человек точно заслуживают получить диплом, это видно по цифрам, подсчитанным рейтинговой системой. Что же получается — в итоге половина из них уйдёт на повторное прохождение курса?
— Прошу, занимайте свои симуляционные столы, — поторопила Харукава замерших от удивления студентов.
— Что ж, Кацураги-сан, — обратился ко мне Шигараки Хидео, — рассчитываю на честный поединок.
— Иначе и быть не может, — кивнул ему я.
Нет, поддаваться я не собирался. Это неуважение и к самому себе и к сопернику. Я намерен выйти отсюда с дипломом. А уж если «Хиджиката-Медикал» создали систему для отсева способных студентов, это должно быть на их совести.
Я встал около симуляционного стола, на котором лежал латексный манекен. Причём манекен, судя по количеству проводки и системному блоку под столом, весьма технологичный.
— Представляю вам последнюю модель, которую разработали наши медицинские инженеры, — произнесла Харукава Кината. — «Анатом», третья модель. Перед вами относительно точная копия человеческого организма. Все структуры внутри него легко заменяются, поэтому можете не опасаться их повредить — действуйте так, будто перед вами настоящий живой человек. Манекен снабжён огромным количеством датчиков и сенсоров, благодаря которым система отслеживает каждое ваше движение. Если вы повредите сосуд или нерв — она это заметит. Если вовремя не займётесь гемостазом — не остановите кровь, она это тоже заметит и выдаст штраф.
Эх, домой бы себе такой аппарат! С радостью бы попрактиковался в свободное время. Жаль только, что стоит он, скорее всего, как половина однокомнатной квартиры в центре Токио. И это не говоря о запасных деталях.
— По моей команде нажимайте кнопку «старт» в правом нижнем углу стола, — продолжила Харукава Кината. — Сразу после этого на мониторе высветится условие задачи, после чего вам сразу нужно будет приступить к хирургической операции. Повторюсь — работаем так, будто перед вами живой человек. Система достаточно мощная, чтобы тонко анализировать все ваши действия. В каждой паре клинический случай будет одинаков. По завершении, когда все студенты закончат хирургические операции, мы огласим итоги, подсчитанные рейтинговой системой.