Похищенная невеста для Его Наглейшества (СИ)

— Потому что, будь она принцессой, то король заявил бы об исчезновении одной из своих дочерей, — разумно рассудил оборотень. — Принцессу искали бы, причем очень активно, — прозвучало справедливо.
— Приехала делегация поисковиков, — возразил ему Эйден.
— Пф! Как раз это и говорит в пользу того, что Эля фрейлина. Если бы пропала дочь короля, сюда бы прислали целую армию!
Эйден лишь усмехнулся. Звучит, на первый взгляд, логично. Исчезновение принцессы — чрезвычайная ситуация, о которой должны были раструбить во все концы света.
Герцог почувствовал себя странно, воспроизводя в памяти момент их встречи с Элей (скорее всего, зовут ее по-другому). Если суд жриц признал ее невиновной, да и сам факт кражи поставил под серьезное сомнение, то получается, что и арест девушки был незаконным.
«Я же ее похитил из-под носа отца» — вдруг осознал Эйден. Прежде он не сомневался в законности и правильности своих действий, но сейчас впервые в жизни ощутил себя подлым проходимцем. Это что же получатся, Эйден украл принцессу из родного королевства? Тайно пробрался на территорию Равнины с вооруженными людьми, схватил девушку и засадил в клетку? Она смогла сбежать, и тогда он окольцевал ее рабским браслетом. Со стороны все выглядит так, будто он, Драконорожденный, издевался над беззащитной девушкой, еще и продержал ее несколько ночей в своей спальне. Как же отвратительно все это смотрится со стороны!
Но ведь все было иначе. Эйден не собирался вредить ей, и был уверен в справедливости своих действий. Да он и пальцем ее не тронул, поселив в своем доме!
Но главный вопрос не в этом. Он состоит в том, какие последствия все это имеет для Эйдена. Герцог намеревался отказаться от трона, но теперь все складывается так, что трон вот-вот сам упадет к нему в руки.
И придавит.
Эйден мотнул головой. Происходящее не укладывается в голове. Его Эля, хрупкая, отважная и такая нежная — принцесса? Он видел принцесс и раньше, и они не были такими, как она. Напыщенные, высокомерные, они знали себе цену и всегда смотрели на Эйдена как на грязь под ногами. Он отвечал им тем же. Во многом его нежелание принимать на себя власть связано с тем, что он не готов делить свою жизнь с подобной особой. Царственная жена не просто присутствует на официальных мероприятиях безмолвным спутником. С ней придется жить, спать в одной постели (хотя бы иногда), общаться и воспитывать общих детей. Более того, с женой придется советоваться о принимаемых решениях.
Неожиданно раздался стук в дверь.
— Войдите, — рассеянно разрешил Эйден.
— Ваша Свелость, — в кабинет вошел тот самый лекарь, который вчера так и не смог спасти Элю. — Я приготовил настойку.
— Она уже не нужна, — вздохнул Эйден и уже хотел выпроводить гостя, но тот его удивил.
— Ваша Светлость, пока готовилась настойка, я полночи просидел над книгами, — произнес лекарь. — Я искал что-то, что может пролить свет на случившееся с леди Эльвирой. И вы знаете, единственное, что мне удалось отыскать, выглядит очень странно на первый взгляд, но идеально вписывается в картину случившегося…
— Ближе к делу, — попросил Эйден.
— Нимфы, Ваша Светлость, — произнес лекарь, и герцог устало прикрыл глаза. — Мне не доводилось лечить нимф, Ваша Светлость, но из того, что я узнал, вырисовывается интересная картина, — признался он. — Ведь эти создания живут на другом конце света, и к нам, скажем так, не захаживают, — рассмеялся он, но Эйдену совсем не смешно. Неужели все это время рядом с ним жила нимфа, а он этого даже не понял? Ее нежные светлые волосы, тонкий стан, нежность, сквозящая в каждом движении — теперь все видится по-другому. Но с образом нимфы никак не вяжется боевая магия, которой владеет его супруга.
— Мне удалось выяснить, что у них очень нежная сущность, Ваша Светлость, — улыбнулся лекарь. — Нимфы — создания из света, они очень…чувствительны. Потому и живут изолированно, в нашем мире для них очень много опасностей. То, что не окажет никакого влияния на человека, обычную нимфу может убить.
 
— Что ты имеешь в виду? — уточнил Эйден, хотя и так уже все понял.
— Они чувствительны к магии, лекарствам и вообще многому…
— Обычные травы воздействуют на них крайне сильно, — понял Эйден.
— Именно, — подтвердил лекарь. — Но обычная нимфа заметно отличается от человека внешне, и если бы леди Эльвира действительно была бы ею, то мы бы это поняли.
— А если нимфа выйдет замуж за человека, и у них родится дочь, какой она будет? — осторожно поинтересовался герцог.
— Полагаю, она бы обладала признаками обоих родителей, — предположил лекарь.
— Например, тонкой внутренней структурой, но сильной магией, — дополнил его Эйден. — Нежной внешностью, но боевой магией, — улыбнулся он одним уголком рта.
— Возможно, — негромко кивнул лекарь. Несколько секунд в комнате висела тишина, пока Эйден резко не нарушил ее:
— Никому не говори об этой догадке, — приказал лекарю герцог. Все придворные давали клятву верности, и приказы членов императорской семьи исполняют беспрекословно. Лекарь согласно кивнул. — Выясни этот вопрос подробнее. Наверняка в записях твоих предшественников что-то есть.
— Будет исполнено, Ваша Светлость, — поклонился лекарь и вышел.
Эйден остался наедине с Полканом, между ними повисла тяжелая тишина. Каждому хочется что-то сказать, но слова будто закончились.
— Давно ты знаешь о том, кто она? — прямо спросил Эйден.
— О чем ты? — Полкан решил играть партию до конца и не сдаваться до последнего.
— Я же вижу, что ты в курсе, — Эйден откинулся на спинку стула. — Ты прекрасно знаешь, кто она такая. Почему не доложил мне? — помрачнел герцог.
— Я знаю не больше тебя, — пожал плечами оборотень, стараясь изобразить недоумение. — Я поражен открытием, что наша Эля на самом деле может оказаться нимфой.
— Ты поражен? — скептически хмыкнул Эйден, оглядев друга. — Полкан, я знаю тебя много лет. Если бы ты был поражен, то метался бы по моему кабинету с периодическими криками: «Задери меня стая пуделей!». Но ты сидишь, ручки сложил на животе, глаза бегают туда-сюда, — медленно проговорил Эйден, и Полкан тотчас переложил ладони с живота на колени. — Полкан, ты один из моих самых верных людей. Неужели я ошибся в тебе? — в голосе герцога промелькнула боль.
— Разве я предал тебя или твои интересы? — бросил на него оскорбленный взгляд Полкан.
— Если ты знал, что она королевской крови, и ничего не сказал мне, то это предательство, — откровенно произнес Эйден. — Я попал в сложную ситуацию, и ты не предотвратил этого.
— Ты даже словом не обмолвился, что намерен сделать ее женой! — вскинулся Полкан, проявив подлинные эмоции. — Я и подумать не мог, что ты пойдешь на это!
— Почему? Ты ведь знаешь, что я намерен отказаться от трона, — прищурился герцог. — Эля как никто подходит для этой роли.
— Эйден, обычно ты интересуешься взрослыми страстными женщинами, а не юными невинными малышками, — пошло улыбнулся оборотень.
— Откуда ты знаешь, что она невинна? — насторожился Эйден, перебив друга.
— По запаху, — просто ответил Полкан. — Невинные девочки пахнут по-особому, это ни с чем не спутать, — мечтательно вздохнул он. — А ты никогда не питал интереса к таким особам.
— Я не собирался жениться ни на одной из них, — рассмеялся Эйден, удивленный таким ответом приятеля. — Ты же не думал, что я возьму в жены распутную девку?
— Я вообще не думал, что ты однажды свяжешь себя узами брака! — признался Полкан. — А как на все это реагирует Эля? — перевел тему он. — Она рада?
— Вне себя от счастья, — сквозь зубы процедил герцог, интонацией дав понять, что не все гладко.
— Ты ей не сказал! — неожиданно воскликнул Полкан и угрожающе подался вперед. Вот теперь в нем говорят настоящие эмоции. — Неужели заставил? — натурально рыкнул на Эйдена оборотень.
— Разве я посмел бы заставлять принцессу? — огрызнулся он.
— Ты что, заставил ее выйти за себя силой?! — Полкан вгляделся в его лица, пытаясь по нему прочитать ответ.