Семь раз отрежь (СИ)

Интересно, если убивать себя раз за разом, петля порвётся? Может, она в десятый, сотый, тысячный раз закроет глаза, и больше не очнётся? Заберёт его с собой, как самурай, смывающий кровью позор? Но ведь Волдеморт наверняка не станет сидеть, сложа руки… Пороется в мозгах, сломает, извратит, превратит в ту самую удобную "Тёмную леди", куклу, которой ей быть не хотелось. В любом случае, её друзьям не жить — Волдеморту не нужны плохие слуги. Да и местному Тому Риддлу недолго осталось — конкуренты никому не нужны, особенно если знать все их "слабые места".
  
Лина едва не расхохоталась. Тёмный лорд умер. Да здравствует Тёмный лорд!
Волдеморт в теле Снейпа, наблюдая за её эмоциями, сдержанно улыбался, не скрывая своего довольства. Он был жив, у него имелось молодое тело, и теперь появилось намного больше возможностей, чтобы сеять зло. Он успокаивающе прошелестел:
— Не беспокойся, это тело и душа, которую я вытеснил, сильно тебя любили, и мне искренне не хочется тебе вредить. Ведь ты мое сокровище, мой путь к вечной жизни.
— Еще можно поспорить, это вечная жизнь или тюрьма в повторяющемся цикле? — смогла съязвить Лина, хотя шутить ей категорически не хотелось.
— Меня устроит. Конечно, мне придется стать сиротой, и тебе тоже. Но ведь умирать не страшно — мы оба теперь это знаем.
Ей пришлось крепко зажмуриться, чтобы не дать воли слезам. Что бы ни говорил ей Волдеморт, умирать было страшно, а теперь, понимая, что Северуса нет, что это чудовище выпихнуло его из тела — душе было невыносимо больно, будто её действительно порвали на клочки. Погибающий монстр, в последней попытке выжить, ударил по самому уязвимому месту, лишив единственного любимого человека. И теперь этот мерзавец, как пиявка, прицепился к чужому телу, явился с ней в прошлое, предвкушая возможность возвращаться снова и снова, в каждом варианте творить новые зверства, исправлять ошибки и получать все больше власти.
— Память мальчишки мне недоступна, но для выживания вполне достаточно и своей, девочка, а ты поможешь мне в мелочах, ведь мы так хорошо подходим друг другу…
Её передёрнуло от омерзения. Хуже спутника "на всю жизнь" и представить нельзя. Тот кусок Тома, что сидел в ней, притих и затаился, будто оценивал ситуацию, а другой, в теле Снейпа, еле сдерживал хохот.
— Как можно быть такой идиоткой и собрать вокруг себя целую толпу бесполезных неудачников? Но не беспокойся, скоро я научу тебя подбирать сторонников правильно… И да, будь умницей, — пригрозил ей Том, улыбаясь одними губами.
Прозвенел звонок, и Лина вскочила, торопясь в туалет, иначе её могло вывернуть здесь и сейчас. Она сжимала зубы, и зов Старшей палочки для нее казался насмешкой. Вечная жизнь и Дар Смерти — и все это она подала Волдеморту сама, на блюдечке с голубой каёмочкой.
Сгорбившись у холодной стены, она села на камень, и слезы покатились по щекам, а вместо рыданий из горла вырывалось тонкое повизгивание, как у избитого щенка. Она вытирала глаза рукавом, но их было слишком много, и ткань скоро промокла насквозь. Лина покосилась на палочку у своего запястья. Интересно, если заавадить себя, вернуться и постараться первой его вырубить — сработает ли это? Конечно, слизеринцы вступятся за своего, начнется безобразная драка, но ведь останется крохотный шанс в суматохе сбежать, прихватив бессознательное тело, и — что? Превратить его в кулон и носить на шее? Трансфигурация не длится вечно. Запереть в подвале на цепи? Да, только это и можно ждать от девчонки пятнадцати лет, с которой ещё не сняли надзор. Убить его? И загреметь в Азкабан, бездарно потратив полжизни. Да и не получится, она уже пробовала. Лекарь Снейп знала медицинские препараты, в том числе магловские, способные превратить человека в овощ, но это значит, ей придется таскать его с собой всю жизнь, что ничем не лучше пленения. И особо сильно пугала возможность того, что этот ублюдок сумеет прочесть ее мысли! Она училась защищаться, но не обольщалась — если захочет, взломает любую её защиту.
Ей срочно нужно что-то придумать, и обратиться больше не к кому. Конечно, в этой реальности пока жив Дамблдор, но будто "напарник" даст ей шанс дойти до директора!
Она поднялась, умылась и напилась ледяной воды из-под крана. Идти на трансфигурацию было бессмысленно — уже опоздала, но можно попробовать сбежать, чтобы выждать момент, подготовиться и ударить. Ничего, план не поменялся, просто теперь нужно убрать на одного Волдеморта больше. Но у этого будет родное, любимое лицо.
Выскользнув за дверь, она вздрогнула и едва не юркнула обратно. У стены сбоку от двери ожидал Том. Она физически не могла назвать его "Северусом", иначе её бы стошнило снова. Но тот молниеносным движением ухватил Лину за край мантии, задумчиво пробормотав:
— Интересно, насколько ты ценишь своих приятелей? Явно, Эйвери и Блэк будут первыми… Как иронично, погибнуть, даже не зная, за что… А как ты поступишь, если я уничтожу весь пятый курс Гриффиндора? Несчастный случай на зельях — ах, какая трагедия. Бедняга Слагги загремит к дементорам и лишится своих засахаренных ананасов. Или василиск — знаешь, такие громадные, зубастые, убивают взглядом. Ты наверняка читала… У меня есть доступ к одному такому прямо в школе… Это будет очень весело.
— Чего ты хочешь? — прошипела Лина, выдирая мантию из хватки.
— Как я и сказал — будь умницей и не совершай поступков, о которых потом пожалеешь, Лили…
Он развернулся и ушел, а Лина прикусила костяшки, чтобы не завизжать. Он говорил так, будто она не знает о Тайной комнате. Конечно, он не получил доступ к памяти Северуса, но также не смог пока прочитать её — он не знает, что ей известна вся история.
Вместо побега она ушла в Выручайку, создала себе гостиную с диваном и, укутавшись в плед, принялась усиленно соображать. Волдеморт очень быстро понял, что умереть не может, пока она жива, и возвратился в прошлое, прицепившись к телу Сева. Но это не имело смысла! У Лины путешествовала только душа, а тело оставалось в "возможном будущем". Заняв опустевшее тело Северуса, Том вряд ли мог присосаться к его душе, он должен был там и остаться, и единственный вариант — версия Волдеморта уцепилась за свой пленённый огрызок, который сидит в Лине. И ещё — сохранялась вероятность, что Северус не умер, а точно так же заперт где-то в подсознании могущественного менталиста, не имея возможности подать о себе знать. Ведь после того, как в него прилетело заклятие, сердце снова билось.
Возможно, Лина просто хотела убедить себя в этом, чтобы не потерять последнюю надежду, но если здесь оказался Волдеморт, почему не мог быть и Северус? Тогда у них с Томом примерно одинаковые условия — они обменялись заложниками, но в остальном положение сильно отличалось. Волдеморт не собирался никого щадить, планируя идти по головам, а у Лины остался неизменным принцип "защитить всех, кого сможет". У неё появилась крохотная надежда когда-нибудь взломать Тома и вытрясти Северуса из западни, но пока приходилось терпеть и искать компромисс. Пусть у Тома нет совести и куча возможностей творить зло, но и у неё имелись свои козыри, хотя бы тот, что он не может ей навредить.
Игра только начиналась, как бы ни был Волдеморт уверен в своей окончательной победе. Лина умела ждать, и у нее было все время мира…
В очередной раз они столкнулись в библиотеке, но теперь она сама села напротив черноглазого слизеринца.
— Давай договоримся. Ты не трогаешь моих долбанавтов, пощадишь Эйдана и Регулуса, оставишь в покое родителей. А я не трону тебя… Или себя…
  
— С чего ты решила, что можешь мне указывать, девочка? — слегка удивлённо поинтересовался Волдеморт.
— Потому что в прошлой жизни я тебя поймала. И наверняка сделаю это снова. А ещё это тело, — она провела пальцем по тыльной стороне ладони парня: — Оно давало мне некие клятвы. Обещало повиноваться душой и телом. Попробуй ударить меня, Том…
Тот, оглянувшись, попытался замахнуться, но тут же скрючился от дикой боли. Лина горько улыбнулась — вот и пригодилась клятва с чрезмерным количеством повиновения. Она не была уверена, что это сработает, но у нее получилось, ещё сильнее убеждая — Снейп ещё там.