Сердце знает

Она перевернулась, чтобы потрепать собаку за ухом.
— Ты тоскуешь, правда, дорогой?
— Он умеет делать вид. Подлый койот, — проговорил Риз. И она осуждающе глянула на него через плечо. Риз пожал плечами. — Он тут спит поблизости. Тебе это известно, да?
— Ты ведь не пускаешь бедняжку в дом.
— Чтобы он обольщал наивную женщину и отвлекал ее внимание от мужчины.
— Он хочет всего лишь побыть с нами. Он хороший мальчик.
  
— Я тоже. Теперь я хозяин, а хозяин желает вести себя по-взрослому со своей женщиной. Поэтому собака отправляется на пол, — Риз указал пальцем на дверь, — и выходит.
Пес медленно пятился, надеясь вызвать у Хелен сочувствие.
— Не смотри на нее Плакса. Ты не оправдал доверия.
— Плакса хочет с кем-то поиграть.
— Я понимаю. — И обращаясь к собаке. — Пойди поищи себе пару. — Затем к Хелен, — а во что бы ты хотела поиграть?
Плакса подошел к двери, уселся и стал наблюдать за людьми.
Они провели все утро вместе.
— Мне пора, — время от времени говорила Хелен, а Риз напоминал о бумагах, которые хотел показать. Ей необходимо просмотреть бумаги. Но сначала они почистили лошадей, потом поиграли с собакой. Вернувшись в дом выпить по чашке кофе, они поиграли в сражение при….. Риз выстроил своих солдатиков напротив индейцев Хелен, и они стали наносить удары. После каждого меткого удара пластмассовый солдатик опрокидывался.
— Я бы застрелила тебя, если бы ты не был таким уродливым трупом. Пли!
— А я бы протащил тебя по камням, привязав к лошади, но ты такая толстая, что понадобится огромная лошадь. Хлоп!
После второй чашки кофе и игры в солдатиков Риз признал, что Хелен ругалась для новичка довольно хорошо. По всеобщему признанию он не был одним из лучших сквернословов в НБА, и он научился выражаться по-своему, рассказывал Риз, когда, наконец, принес бумаги. Он разложил их на краю поля битвы, где факты и цифры свидетельствовали об ограблении в казино посетителей. Рой Блу Скай сам провел расследование и пришел к выводу, что большая часть доходов прикарманивается.
— Много?
— Да, по его подсчетам, — Нависая над ней со всеми бумагами, Риз показывал копии докладов Роя. — Похоже, мы сильно переплачиваем за аренду игровых автоматов. Он считал, что эти штуки уже окупились бы, если бы они их выкупили.
— Они считают точно так.
— Да, но смотри. — Он перед ней бросил финансовые отчеты, одновременно зачитывая одно из писем, говоря: — И он прав. Компания имеет на все ответы, кроме последнего пункта. Где деньги? Вот о чем спрашивается здесь. Видишь, «Тэн Старз» арендует помещение, плюс текущие расходы, плюс, плюс, плюс. Они пересматривают свои проекты. Вот он пишет, что когда бы ни пытался прижать их к стене, у них на все готовое объяснение, которое ничего не значит, ничего не поясняет, лишь одна глупая бессмыслица нагромождается поверх еще большей бессмыслицы. Но подоплекой являются деньги, которые зарабатывает кто-то, и это не племя бедриверских сиу.
Он взглянул на макет, на миниатюрный лагерь у дальнего конца извилистой ленты реки, словно покрашенной голубой краской.
— Или племя Лакота, — поправился он. — Почему он упоминает Сиу? Отец был единственным, кто смог заставить их сменить эту дурацкую вывеску. Он знаток в такого рода делах. Был знатоком.
— Кому адресовано письмо?
— Какому-то парню, — сказал он рассеянно, затем спохватился и извиняюще улыбнулся. — Я имею в виду какому-то чиновнику.
— Да мне все равно, — сказала Хелен, слегка пожав плечами и просматривая бумаги. — Похоже, он писал много писем. — Взгляд выхватил фразу, характерную для Роя Блу Ская. — Замечательное изложение фактов. Такое простое, как будто слышишь живую речь.
— Я очень внимательно просматривал весь материал, думаю, отец что-то нащупал. Если информация точна, цифры не сойдутся.
— От кого поступала информация?
— Кое-что поступало из «Тэн Старз». Кое-что он взял из счетов Компании, что-то из комиссии по делам, касающихся азартных игр, кое-что от… — Следующие слова, произнесенные тихо, дались ему нелегко. — Моего брата.
— Ведь Картер — главный менеджер.
— Старик называет его мистер Маршалл. — Он передал ей другое письмо, но все равно смотрел поверх ее плеча и читал вслух. — Мистер Маршалл заявляет, что отчеты наблюдателей тщательно рассмотрены, и не выявлено никакого существенного мошенничества. Если все действительно так, тогда происходит что-то другое. А вот ответ. — Хелен узнала шапку на официальном бланке, который Риз положил сверху. — Они обещали расследовать.
— Значит, расследуют.
Риз крутанул стул, оседлал его, сложил руки на спинке, глядя в лицо Хелен. — Каким образом?
— Разве в письме не сообщается?
— Что-то вроде, что кто-то приедет… — Улыбка обезоруживала. Он знал, что она поняла намек, как знал и Рой, — … засекреченный. Смешно, правда? Секретный агент в Бед-Ривер, Южная Дакота.
— Наверно, это…
— Что?
Она улыбнулась ему обезоруживающе. — Какой-то белый парень.
— Нелегко было бы белому парню появиться здесь тайно. Это сразу бы бросилось в глаза. — Он подождал возражений, но женщина покачала головой, слегка пожала плечами. — К нам кого-то направили, Хелен? — Она перестала кивать. — Мой отец знал, что это ты?
Хелен отошла от стула. Не имело значения, знал ли Рой, если он хранил тайну. — Я не могу обсуждать подобные вопросы, Риз.
— Как ты, черт возьми, попала в…
Она прошла в полупустую гостиную, оформленную в бело-коричневых тонах. Входная дверь распахнута. Прохладный утренний воздух проникал сквозь занавеску.
Риз подошел сзади. — На кого ты работаешь, Хелен?
— Я начала сотрудничать с правительством еще до того, как мы познакомились.
— Ты же работала учительницей.
— У меня есть военное звание, но… — Она отступила к открытой двери, привлеченная свежим воздухом и видом фиолетовых рудбексий, золотых, с коричневыми сердцевинками цветов, называемых Сьюзан, и серо-зеленым шалфеем, тут и там разбросанными в высокой траве. — Все, что я тебе сказала, — правда, Риз. Я надеюсь, что скоро начну снова работать учителем на полную ставку. Я сейчас как посредник. Больше ничего не могу сказать, и если ты с кем-то поделишься подозрениями, я, возможно, потеряю работу. Никто не будет мне доверять. — Она повернулась к нему.
— Кто такой «никто»? Племя бед-риверских Сиу? Думаешь, сейчас они тебе доверяют? — Он смотрел на нее по-новому, проверяя мысль, которая только что пришла ему в голову. — Они в действительности не знают тебя, правда?
— Не совсем, — призналась она, встречаясь с ним взглядом, в котором отражалась, если не уверенность, то чувство собственного достоинства. — Не лучше, чем нынешнего Риза Блу Ская, хотя они хотят доверить ему работу в Совете, не задавая лишних вопросов.
— Я все еще …
— Один из них? Все еще сын Роя Блу Ская. Из племени Лакота? — По тому, как сверкнули его глаза, она увидела, что последние слова задели Риза и пожалела, что говорила так грубо. Не хотелось разжигать неприязнь между ними. Хелен положила руку на его смуглую, обнаженную грудь. — Доверие — очень хрупкая вещь. И очень рискованная.
— Скажи, мой отец знал, с какой целью ты оказалась здесь? — Он приподнял бровь. — Ты была с ним откровенна?
— Нет, но… — Ее рука упала. — Он сказал, если я хочу вернуться на старую работу, он замолвит за меня словечко.
— Полагаю, пристраивая кого-то, он считал, что зарабатывает себе положительные очки. — Риз обнял женщину и притянул к себе. — Тебе нужен Блу Скай, и ты пришла ко мне. У меня для тебя есть много хороших слов.
— Я хочу только, чтобы ты был осторожен. Я, на самом деле, не знаю, почему цифры не совпадают, но думаю, этот факт может быть как-то связан со смертью твоего отца. — Она подняла на него глаза. Три поколения лакота смотрели на нее. — Я не желаю, чтобы с тобой произошло несчастье.
  
— Серьезно?
Он едва сдерживал улыбку, которая, конечно, не была вызвана словами о смерти его отца. Он видел, как много значила для нее его жизнь. Хелен забыла обо всем, утонув в черноте его глаз и, на мгновение, перестала беспокоиться о том, что он может узнать ее тайну. И в следующее мгновение все ее мысли занимал только его поцелуй.