Диктатор (СИ)

— В таком случае! — я прожевал и повысил голос. — Я решил провозгласить Республику! Никаких налогов больше не будет! Твин Бич объявляет независимость от короны!
У профессора на экране округлились глаза. Он поперхнулся, закашлялся, достал из кармана носовой платок, дрожащими пальцами вытер губы.
— Вы понимаете, мистер Медведев, насколько серьезное это решение? — профессор попытался придать голосу спокойствие. — Вы объявляете госпереворот, измену короне! Я уже не говорю о нарушении нашего контракта!
— Да! — ответил я. — Я все понимаю! Твин Бич — свободная республика!
— Я передам в министерство ваше требование, мистер Медведев! — холодно произнес Бачински. — Но я думаю, что решение будет однозначным и проблем у вас гораздо прибавится! Правительство это так не оставит! И скорее всего, будут применены силовые методы решения! Вы понимаете, мистер Медведев?
— Я понимаю, профессор! — спокойно кивнул я. — Все же, мой голос выражает требование моего народа! Граждан острова Твин Бич!
— Ну как знаете! — профессор устало откинулся на спинку дорогого кресла, вытер лоб. — Я передам ваше требование! До свидания!
— До свидания, профессор! — попрощался я и обернулся к обеденному столику.
Дон Висенте и Родриго сидели, замерев, и молча смотрели на меня.
“Выполнен квест “Республика”. Лояльность фракции “коммунисты” повышена на 5 пунктов. Лояльность фракции “коммунисты” — 25 пунктов. Общая лояльность граждан — 75”.
— Кхэм, — закашлялся дон и хотел что-то сказать, но тут зазвонил телефон, лежащий перед ним на столешнице.
— Да! — он поднес трубку к уху. — Что? Плохо слышно! Алло!
Тут даже я услышал из трубки звуки выстрелов. Обернулся к проекции, стал высматривать местность возле горы и увидел на берегу озера мелькающие среди кустов мелкие фигурки людей.
— Связь прервалась! — громко сказал дон Висенте. — Но Хорхе успел сказать, что они у озера!
Бегающие люди на берегу пропали. Дон пытался перезванивать, набирал номер, долго держал трубку у уха, слушая гудки, но ответа не было.
— Чтож, думаю нам придется ехать самим! — сказал я. — Идем, Родриго!
Дон Висенте тоже поднялся, но я остановил его.
— Дон Висенте! — сказал я. — Вы гость на моем острове! Может лучше я займусь решение проблем?
— Ну уж нет, Карл! — возмутился дон. — Я тоже поеду!
— Ну окей! — я кивнул и мы втроем вышли из моих покоев.
Мы быстро уселись в кабине, захлопнули тяжелые, скрипучие двери и проржавевший грузовичок завелся почти сразу.
Эпизод 23.
Обшарпанный капот пикапа то нырял в ямы, то взметался вверх, выбираясь на ровную дорогу. Я смотрел на его ржавую поверхность с ребром посередине сквозь мутное стекло с бахромой. Золотые кисточки, ободком сверху лобового стекла, болтались от движения машины.
Сверху наш пикап, наверное, напоминал большого жука, который с гудением полз по зеленому, холмистому морю джунглей.
Родриго крепко держал тонкий, протертый до родной краски, руль и молчал. Радио в этот раз было выключено. Двигатель грузовичка гулко ревел и я изредка отдергивал левую ногу, чтобы рычаг передач не ударил меня по ней при переключении. Водитель думал о похищенной дочери и не обращал ни на что внимания, кроме извилистой, еле видной в траве, дороги.
Я обернулся и посмотрел назад сквозь маленькое окошко в стенке кабины. Оно было еще более мутным, но сквозь него я разглядел Матильду, невозмутимо сидящую в кузове на полу. Ее подбрасывало на ухабах, но девушка цепко держалась за борт кузова сильной, загорелой рукой.
Хорошо, что на полу кузова были расстелены шкуры лам, иначе она бы отбила себе свою упругую попу. Девушка тоже была задумчива и сосредоточена, густые русые волосы она собрала в объемный хвост. Одета она была в легкий пятнистый жилет, штаны с карманами на коленях и тяжелые ботинки. Большие “магнумы” висели на ее поясе, каждый в своей кобуре, и было странно видеть на такой тонкой талии тяжелые пистолеты.
Блики яркого солнца, которые изредка пробивались сквозь густую листву, плясали на ее симпатичной, веснушчатой мордашке. Вокруг висел нескончаемый шум джунглей, крики невидимых попугаев и ругань обезьян.
 
Почувствовав мой взгляд, Матильда посмотрела на меня, широко улыбнулась и помахала рукой. Я улыбнулся в ответ и снова повернулся вперед. Дон Висенте дремал рядом на сиденье и держался за ручку над пассажирской дверью. Я не понимал, как он умудрялся спать в таких сложных условиях болтанки и качки, видимо судьба приучила его терпеть многие сложности.
Из проема открытого окна в салон летела дорожная песчаная пыль. Она оседала на светлых штанах дона Висенте, также пачкала бледно-желтыми хлопьями его темную шелковую жилетку и дорогую рубашку.
Стоило нам только выехать из поселка, как Родриго тут же повернул руль вправо и наш грузовичок нырнул в кювет, куда уходила еле заметная колея. Это произошло настолько быстро, что мне перехватило дыхание, словно в скоростном лифте.
Я знал, что незадолго до этого, по этой же дороге ушли Рики с двумя бойцами дона. Теперь предстояло найти их и выручить, также как и Анну.
Дорога на север была еле видна. Буквально две примятые колеи среди высокой, по пояс, сочно-зеленой травы. Скоро мы въехали в сумрак джунглей и продолжили путь по узкой, лесной просеке.
Эта дорога была еще хуже, чем та, что вела в порт. Мы словно ехали по сплошной черной, грязной луже шириной два метра, которая извивалась между высокими, кривыми стволами пальм. Просека то взбиралась в горку и тогда меня вжимало в спинку сиденья, то опускалась в низину и тогда мне казалось, что сейчас я вывалюсь в лобовое стекло, я упирался ногами в пол.
Так прошло около часа и наконец дорога вырвалась из леса на простор. Я зажмурился от ослепившего солнца и резко завалился влево, облокотившись о Родриго.
— Простите, синьор губернатор! — пробормотал он сквозь усы, когда я вернулся в подобающее, вертикальное положение.
Я огляделся и увидел, что дорога, вырвавшись из леса, резко повернула влево, вдоль кромки джунглей, потому что прямо был обрыв. Мы ехали вдоль него настолько близко, что мне стало не по себе. Казалось что наш пикап в любой момент может соскользнуть колесами и упасть вниз.
Из-под бешено вращающихся, мощных колес вылетали мелкие камни и пропадали в пропасти. Дна не было видно, а противоположный склон был виден на расстоянии примерно ста метров и там тоже были густые джунгли. Дон Висенте продолжал дремать справа от меня, не обращая ни на что внимания. Я снова позавидовал его способности спать в любых условиях.
— Это что? — спросил я у Родриго. — Похоже на ущелье!
— Так и есть, синьор губернатор! — покивал Родриго. — Это обрыв! Глубина примерно пятьдесят метров!
— М-м, как интересно, — ответил я.
“Не хотелось бы упасть туда!” — пришло в голову. — “Надеюсь, Родриго справится с управлением!”
Тут сквозь гомон джунглей раздались отрывистые хлопки.
— Что это? — встрепенулся я.
— Это выстрелы! — прорычал Родриго. — Из автомата!
Дон Висенте тут же проснулся.
— Кто стреляет? — он завертел головой.
И тут по капоту пикапа с гулким металлическим звоном пробежала полоса разрывов. Полетели искры. Пули разорвали капот, образовав дорожку дырок, из которых потянулся дымок.
— По нам стреляют с горы! — выкрикнул Родриго.
Раздалась еще одна очередь из автомата и совсем недалеко. С громким хлопком лопнуло левое переднее колесо. Машину повело влево.
Родриго рычал, сжав зубы. Он цепко держал руль, пытаясь ехать прямо, но машину развернуло поперек дороги. На скорости она накренилась и завалилась набок.
 
Я упал на дона Висенте. Сверху на меня навалился Родриго.
— Надо вылазить! — крикнул он и зашевелился, ища опору для ног.
Я почувствовал, что машина движется на боку и меняет положение. Похоже, что она со скрипом сползала с обрыва.
В это время Родриго оперся ногами о панель и с рычанием, с натугой приподнял дверь над своей головой. Снова раздался треск автомата.