Тот, кто умрет последним
— Держитесь от всего этого подальше.
— Тедди Клок находится под моей ответственностью. И, дамочка, Вы вышли за пределы Вашей юрисдикции.
— Последнее, что мне необходимо — это чтобы невежественные копы стреляли по собственным теням.
Она опустила глаза вниз, когда зазвонил ее мобильник. Отвернувшись, она бесцеремонно заявила:
— Рассказывай.
Хотя Джейн не могла видеть лицо женщины, она заметила, как внезапно застыла ее спина, выпрямились плечи.
— Мы уже в пути, — отрезала она и нажала на отбой.
— Что произошло? — спросила Джейн.
— У меня был агент, который находился на месте. В школе.
— Был?
— Только что было найдено его тело. — Кэрол разглядывала Джейн. — Похоже, мы перешли к финальной части.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ
— Нам следует начать эвакуацию, — заявил Сансоне, отпирая сейф в комнате диковинок. Он распахнул дверцу и достал пистолет, лежавший внутри. Маура наблюдала, как быстро он зарядил девятимиллиметровыми пулями магазин, пораженная тем, как хорошо Сансоне был знаком с оружием. Прежде она никогда не видела в его руках пистолета, теперь же было понятно, что он не только отлично с ним обращался, но и был готов его использовать.
— Если разбудим детей сейчас, — сказал он, — через десять минут уже будем на дороге.
— И куда мы их повезем? — спросила Маура. — Вне этих ворот мы уязвимы. Ты превратил этот замок в неприступную крепость, Энтони. У тебя есть система безопасности, непробиваемые двери.
«И пистолет», — подумала она, наблюдая за тем, как он задвигает магазин назад.
— Джейн сказала, чтобы мы заперлись и ждали ее приезда. Так нам и следует поступить.
— Каким бы безопасным я не сделал этот замок, мы все так же представляем собой неподвижную мишень.
— Однако внутри безопаснее, чем снаружи. Джейн в телефонном разговоре выразилась предельно ясно. Оставайтесь в здании. Никому не доверяйте.
Сансоне засунул пистолет за пояс.
— Давай в последний раз осмотрим периметр, — произнес он и вышел из комнаты диковинок.
С наступлением сумерек воздух стал холоднее, и когда она последовала за ним в холл, температура, казалось, упала еще ниже. Маура обхватила себя руками, наблюдая за тем, как он проверил входную дверь, осмотрел электронную панель системы безопасности и убедился, что все работает, весь замок надежно защищен.
— Детектив Риццоли могла бы дать нам больше информации по телефону, — заметил Сансоне, переходя в обеденный зал, где он осмотрел окна и проверил замки. — Мы не знаем, с чем, черт побери, боремся.
— Она сказала, что не может рассказать нам большего. Нам просто следует поступить так, как она говорит.
— Ее решение не является единственно верным.
— Ну, я ей доверяю.
— А мне ты не доверяешь.
Это был не вопрос, а утверждение, и оба они знали, что это было правдой. Он повернулся к ней лицом, и Маура ощутила тревожную дрожь притяжения. Но в его глазах она видела слишком много тьмы, слишком много секретов. И она подумала о поразительной легкости, с которой Сансоне обращался с оружием: еще одна деталь, которой она о нем не знала.
— Я даже не знаю, кто ты, Энтони, — сказала она.
— Однажды, — произнес он с легкой улыбкой, — возможно, тебе захочется это выяснить.
Они вышли из столовой и прошли в библиотеку. В отсутствие большей части учеников и преподавателей замок казался устрашающе тихим, и в столь поздний час было легко поверить в то, что они здесь совершенно одни. Последние обитатели заброшенной цитадели.
— Как считаешь, ты смогла бы когда-нибудь научиться доверять мне, Маура? — поинтересовался он, переходя от окна к окну, мрачный стражник, двигающийся во мраке. — Или между нами всегда будет эта напряженность?
— Ты мог бы начать с того, чтобы стать со мной более открытым, — ответила она.
— Нам обоим бы не помешало прислушаться к этому совету. — Он помолчал. — Ты и Даниэль Брофи. Вы все еще вместе?
При упоминании имени Даниэля она застыла, как вкопанная.
— Почему ты спрашиваешь?
— Ты же знаешь ответ.
Он повернулся к ней, тень от выступающей ниши скрывала его глаза.
— Любовь — это не такая вещь, где все ясно и понятно. Она вносит неразбериху и разбивает сердце. Иногда всему этому нет конца.
В полумраке ей удалось разглядеть его понимающую улыбку.
— Еще одно сходство между нами. Помимо наших личных трагедий и работы, которую мы выполняем. Мы оба одиноки, — мягко произнес он.
В тишине библиотеки, внезапный телефонный звонок показался пугающим. Пока Сансоне шел через комнату, чтобы взять трубку, она стояла, как вкопанная, потрясенная тем, что он сказал. И шокированная его искренностью. Да, мы одиноки. Мы оба.
— Доктор Айлз здесь, — услышала она его ответ на звонок.
«Джейн звонит», — пронеслось в голове Мауры. Но когда она взяла трубку, оказалось, на линии была судмедэксперт штата Мэн.
— Я решила уточнить, получили ли Вы мое сообщение. Потому что ответа я так и не дождалась, — пояснила доктор Эмма Оуэн.
— Вы звонили? Когда?
— Около полудня. Поговорила с одним из учителей. Какой-то парень, говорящий довольно сварливо.
— Должно быть, это доктор Паскуантонио.
— Да, он назвал это имя. Полагаю, он забыл Вам сообщить. Я собиралась идти спать и решила позвонить еще раз, потому что Вы просили меня сразу же сообщить о результатах.
— Это насчет анализа на токсины?
— Да. Теперь я вынуждена спросить у Вас кое-что. Доктор Уэлливер на самом деле была психотерапевтом?
— Она была клиническим психологом.
— Ну, она принимала галлюциногенные препараты. Анализ токсинов выявил содержание диэтиламида лизергиновой кислоты в ее организме.
Маура обернулась и уставилась на Сансоне, произнеся: — Этого не может быть.
— Нам еще необходимо подтвердить это при помощи метода ВЭЖХ с детектированием флюоресценции [159], но, похоже, Ваш доктор Уэлливер была под ЛСД. Теперь я понимаю, что имеют в виду некоторые психотерапевты, говоря о терапевтических методах. О способе открыть свой разум духовному познанию и тому подобной болтовне. Но Бога ради, она же работала в школе. Употребление ЛСД — это уж точно не пример для подражания.
Маура не могла пошелохнуться, телефонная трубка была так плотно прижата к уху, что она могла слышать собственный пульс.
— Так падение с крыши…
— Вполне возможно, стало результатом галлюцинаций. Или острого психоза. Вы помните об эксперименте, который несколько лет назад проводили в ЦРУ? Они дали какому-то бедолаге ЛСД, и тот выпрыгнул из окна. Нельзя предугадать, как субъект отреагирует на наркотики.
Маура подумала о кристаллах на полу ванной комнаты, рассыпавшихся, когда кто-то опрокинул сахарницу в унитаз. Уничтожение доказательства.
— …я намерена идентифицировать эту смерть как несчастный случай. Не самоубийство, — заключила доктор Оуэн. — Падение с высоты в результате приема галлюциногенов.
— ЛСД можно синтезировать, — отрезала Маура.
— Хм, можно. Думаю, да. Разве изначально его не выделили из какого-то гриба, паразитирующего на злаковых растениях?
«А кто знает о растениях больше, чем профессор Дэвид Паскуантонио?»
— О, Господи, — прошептала Маура.
— Возникла какая-то проблема?
— Мне надо идти.
Она повесила трубку и повернулась к Сансоне, который стоял подле нее с немым вопросом в глазах.
— Нам нельзя здесь оставаться, — сообщила она. — Мы должны забрать детей и немедленно уйти.
— Почему? Маура, что изменилось?
— Убийца, — сказала она. — Он уже в замке.
ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ
— Где остальные? — спросила Маура.
Джулиан покосился на них из дверей своей комнаты, глаза все еще были полусонными. Он стоял с обнаженным торсом, одетый лишь в трусы, волосы торчали во все стороны. Сонный подросток, явно думающий лишь о том, чтобы заползти обратно в кровать. Зевая, он потер подбородок, на котором пробивалась первая темная щетина.