Тот, кто умрет последним

Джейн снова покрутилась на стуле, чтобы взять дело Яблонски.
— Все это время мы делали упор на Нила и его работу. Гонялись за этой идиотской НАСА и дерьмом про пришельцев, когда должны были обратить внимание на Оливию.
Скромная Оливия со скучной работой, которая потерянно стояла в сторонке на приемах ее мужа в НАСА. Оливия, которая регулярно путешествовала за границу, продавая медицинское оборудование. Что ты продавала на самом деле, Оливия?
  
Джейн нашла страницу, которую искала.
— Вот оно. Дата вступления в брак, Оливия и Нил Яблонски. Пятнадцать лет назад. Она познакомилась с будущим мужем в Риме, где в то время работал в посольстве Эрскин Уорд.
— А что насчет этого парня? — Фрост показал на отца Тедди, Николаса Клока, которого выделяла эффектная атлетическая фигура — мужчину, достаточно уверенного в себе, чтобы пить пиво, когда все остальные пьют вино, одетого в спортивные «докерсы» [147] и рубашку-поло среди толпы в костюмах и галстуках.
— Мы можем поместить Николаса Клока в Рим примерно в то же время? Были ли они там втроем?
Джейн полистала дело.
— Мы недостаточно знаем о Клоке. В основном то, что нам прислала полиция Сент-Томаса.
— В Сент-Томасе он был всего лишь туристом. Там его никто не знал.
— Но его знали в Провиденсе, где он работал, — она продолжила листать досье.
— Вот. Финансовый консультант в фирме «Джарвис и МакКрейн», расположенной на Чапмен-стрит, — она подняла глаза. — Наша следующая остановка.
  
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
 
«Я все равно не хотела ехать в Квебек».
Клэр угрюмо стояла на школьном дворе, разглядывая, как ее взволнованные одноклассники рассаживаются в автобусе. Она сказала Уиллу, что не желает торчать несколько часов в каком-то автобусе, но это был сверкающий новенький автобус, а не какой-то жалкий желтый драндулет, на котором ездило большинство школ. Бруно подлил масла в огонь, выкрикивая из окна автобуса все роскошества, имеющиеся на борту.
— Эй, все, тут есть телевизоры! Наушники! Беспроводной Интернет!
Только что Бриана и принцессы вышли из здания, таща за собой симпатичные чемоданчики, которые они покатили по булыжной мостовой в королевской процессии. Когда они проходили мимо нее, Клэр расслышала, как она из них усмехнулась себе под нос: «Ночной Змей».
— Лохушка, — брякнула в ответ Клэр.
Бриана развернулась.
— Я хочу сказать сейчас, громко и отчетливо, чтобы все это слышали. Моя комната заперта. Если я вернусь и обнаружу, что… хоть что-то… пропало, мы все будем знать, кто это сделал.
— Садись в автобус, Бриана, — произнесла со вздохом мисс Сол, которая вместе с мисс Дюплесси пыталась загнать своих учеников в автобус. — Нам нужно отправляться сейчас, если мы хотим добраться до места к обеду.
Бриана выстрелила в Клэр ядовитым взглядом и поднялась в автобус.
— Ты в порядке, Клэр? — ласково спросила мисс Сол.
Изо всех учителей «Ивенсонга» мисс Сол была ее любимицей, потому что она смотрела на учеников, словно действительно видела и заботилась о них. И то, что она сейчас увидела, было очевидным: как бы сильно Клэр не отрицала то, что хочет ехать с ними, она злилась, что оставалась здесь.
— Это лишь потому, что ты еще новенькая в «Ивенсонге», — пояснила мисс Сол. — В следующий раз ты поедешь с нами. И разве не здорово, что на этот уикенд вся школа остается в распоряжении вас четверых.
— Наверное, — промямлила Клэр.
— Мистер Роман набьет мешки сеном, если вам захочется пострелять из лука. Когда мы вернемся, ты уже будешь экспертом-лучником.
«А Вы не боитесь, что я убью еще одну курицу?» — подумала Клэр, но промолчала, наблюдая, как мисс Сол вошла в автобус и двери закрылись. Выпустив клубок дизельного дыма, автобус сорвался с места и проехал под каменной аркой. Она услышала лай за спиной и увидела, как мелькнул черный мех, когда собака Джулиана помчалась за автобусом.
— Медведь! — закричала Клэр. — Вернись!
Пес проигнорировал ее и выскочил со двора. Клэр бежала за ним до самой кромки озера, где тот внезапно остановился и поднял нос в воздух. Он больше не казался заинтересованным в автобусе, который продолжал ехать по дороге и скрылся за поворотом. Вместо этого Медведь развернулся и взял другое направление.
— И куда ты собрался теперь? — позвала его Клэр.
Со вздохом она последовала за ним вокруг здания, к тропе, ведущей на хребет. Он уже пробирался через кустарник, передвигаясь так быстро, что ей пришлось напрячь все силы, чтобы не отставать.
— Медведь, вернись, — скомандовала она, в отчаянии наблюдая, как пес скрылся в подлеске. Никакой реакции: она даже собаку не могла заставить выказать хоть немного уважения.
На полпути к хребту она перестала преследовать Медведя и плюхнулась на валун. Отсюда она могла видеть лишь школьную крышу. Этот вид был не столь впечатляющим, как зрелище, открывающееся из логова «Джекелсов», но все же достаточно неплохим, особенно в это солнечное утро, когда солнце отражалось от поверхности озера. Сейчас автобус, должно быть, уже выехал за ворота и держал путь на Квебек. К полудню они уже будут обедать в каком-то шикарном французском ресторане — по крайней мере, так хвасталась Бриана, — и отправятся в исследовательский музей Квебека, где со скалы поднимается лифт, который ездит на открытом воздухе.
А я в это время сижу на этой дурацкой скале.
Она оторвала кусок лишайника и бросила его вниз. Интересно, позавтракали ли уже Уилл и Тедди. Может, они захотят пострелять из лука вместе с ней. Но вместо того, чтобы спуститься вниз по гребню, она шлепнулась на спину, вытянувшись, словно змея, греющаяся на теплом валуне, и закрыла глаза. Услышала собачье тявканье и ощутила, как Медведь прижался к ее джинсам. Она гладила его по спине, наслаждаясь прикосновениями к меху. Что же делает компанию собак такой успокаивающей? Может быть, то, что от них не нужно скрывать свои чувства, не нужно прикрываться фальшивой улыбочкой.
— Дружище Медведь, — пробормотала она и открыла глаза, чтобы взглянуть на него. — Ты вернулся за мной?
Пес держал что-то во рту, штуковину, которую он, похоже, не собирался отдавать. Только когда она резко дернула за это, он, наконец-то отпустил находку. Это была черная кожаная перчатка. Где в этих лесах Медведь умудрился разыскать перчатку? Она плохо пахла и блестела от собачьей слюны.
Скривившись, Клэр подняла ее и почувствовала ее тяжесть. Заглянув внутрь, она увидела, как внутри блестит что-то белое. Она перевернула перчатку и сильно ее потрясла. То, что оттуда выпало, заставило Клэр закричать и начать карабкаться назад, подальше от зловонного предмета, лежащего на валуне.
От руки.
— Их всегда находят собаки, — сказала доктор Эмма Оуэн.
Маура и судмедэксперт из Мэна стояли в пятнистой тени леса, вокруг их лиц жужжали насекомые, а воздух был наполнен зловонием трупа. Мауры подумала о других телах, которые она перевидала за эти годы, тоже обнаруженные собаками, чьи носы всегда начеку для таких мертвых сокровищ. Хотя останки находились в сотнях ярдов от школы, Медведь учуял запах и проследил его до этой чащи, где густой подлесок частично скрывал тело. Мужчина, выглядевший мускулистым и подтянутым, был одет в камуфляжные штаны, темно-зеленую ветровку, футболку и походные ботинки. Нож с зазубренным лезвием по-прежнему был привязан к лодыжке, а винтовка с оптическим прицелом опиралась на соседний валун. Он лежал на левом боку, отдав правую сторону лица и шеи силам природы. Падальщики уже поработали над ними: обглодали кожу головы и лица, прогрызли носовой хрящ, вычистили правое полушарие, которое сейчас зияло пустотой, и до блеска вылизали глазницу. «Семейство псовых, — подумала Маура, отметив следы зубов на оставшейся коже и проколы на тонкой орбитальной кости [148]. — Скорее всего, койоты. Или, в таком отдаленном месте, может и волки». Даже сквозь всю эту одежду причину смерти было легко обнаружить: алюминиевая стрела, кончик которой торчал из левого глаза, оперение окрашено в темно-зеленый цвет.