Старые обиды и предательство (СИ)

- И что, я должен буду выкопать себе могилу? Да пошел ты! – я бросил лопату обратно.
- Это было бы забавно и чертовски приятно, но нет, твоя задача раскопать другую могилу.
Лопата вновь полетела мне в руки. Я ее поймал, но с места не сдвинулся, потребовал.
- Объяснись.
- Труп достанем, все поймешь.
- Так не пойдет. Звучит, будто ты меня убивать не собираешься.
- Не собираюсь, - подтвердил Ферон. – Как бы не хотелось прикопать тебя рядышком, не могу позволить себе такой роскоши.
- Тогда, - я снова бросил лопату обратно. – Доказывай действием.
Шон перехватил лопату за черенок, подошел ближе и врезал полотном мне по лицу, снова сбив на землю. Я даже моргнуть не успел, скорость была вполне сопоставима с той, что демонстрировал Лукас Линдеманн в нашем спарринге.
- Я тебя сейчас отделаю, засранец! – Лопата вонзилась в землю рядом с моим ухом. – Инструмент в зубы и работать!
- Да пошел ты!
Пинок ногой в район печени едва не оторвал меня от земли, но пару раз перекатиться заставил. Едва пришел в себя, в позе эмбриона, сжимаясь от жуткой боли, последовал второй, третий, четвертый… Ребра затрещали, одежда перемазалась землей и травой, а мелкие камни оставили царапины на теле и дырки в одежде. Остановился я только скатившись в какое-то углубление у самого дерева. Ферон дал отдышаться и прийти в себя, а потом бросил лопату, чтобы полотно снова ударило по лицу, но я рефлекторно прикрылся рукой.
- Бери лопату и рой яму, иначе мы не договоримся, - пригрозил Шон.
- Мы, так или иначе, не договоримся! – ответил я на эмоциях, получил еще один пинок и вылетел из углубления, что видно и было той могилой, которую мне предстояло раскопать.
- Ненавижу Кинкейдов! – заявил Ферон. – Самоуверенные, самовлюбленные и упертые как бараны! Ей богу легче прикопать, чем договариваться!
Лопата вонзилась в грунт, комья земли полетели мне в лицо и на грудь. Я откатился в сторону и перевел дыхание. Шон остервенело рыл землю, очень быстро углубляясь. На мгновение он остановился, посмотрел в мою сторону и пообещал переломать ноги, если я побегу. Я не побежал. Во-первых, не мне с его скоростью соревноваться, а во-вторых, зачем столько сложностей? Если он хотел меня прикопать, даже живым, то логично было сразу ноги переломать. Мучился бы дольше, ему на радость.
Вскоре с ямы повело мертвечиной, лопата сменила звук и скрежетнула по кости. Шон остановился и выбрался наружу.
- Полезай. И не упрямься, знаешь же, что заставлю.
В том, что заставит, я не сомневался, но кое-что решил уточнить.
- И что я должен увидеть?
- Обрати внимание на клыки.
Я спрыгнул. Под ногами противно хрустнуло, чавкнуло и мерзкая вонь заполнила могилу. Я едва не задохнулся, хотел пулей выскочить обратно, но отбитый бок подвел и выбрался я не сразу. Ферон засмеялся, достал из кармана пузырек и бросил мне.
- Помажь под носом.
От зелья нос замерз, перестал ощущаться, исчезли запахи, и я снова рискнул спуститься. Ноги поставил шире, под стенки могилы, чтобы не стоять на теле. Шон неплохо собрал землю вокруг головы, но зацепил и содрал гнилой нос. По оставшимся ошметкам лицо уже было не собрать, но губы остались целы, если не считать пару борозд, проделанных червями.
- Кинжал дай хоть, - попросил я. Касаться руками не хотелось совершенно.
Шон отошел, хлопнул дверцей и вернулся с дядиным подарком. Я разрезал губу трупа напротив левого клыка, поднял острием гнилую плоть и быстро подцепил клык, чтобы выдвинуть его из гнезда. Финт не получился, металл только скрежетнул по кости, но с третьей попытки у меня получилось. Клык был толстым, длинным…
- Не птенец, - констатировал я и вылез из ямы. Вытер клинок о траву, полирнул штаниной, сунул в ножны и отправил во внутренний карман куртки.
- Шутишь, надеюсь? Ходили слухи, что в Фарнелле ты поднабрался опыта в этом деле.
- Я каждому встречному кровососу в рот не заглядывал… Мастер?
- Ну, слава тебе Господи, - облегченно взмолился Шон. – Бери лопату, закапывай. И не смотри на меня так! Я выкапывал, ты зарываешь.
 
Я подхватил лопату и начал засыпать яму. Поморщился от боли и потребовал зелье исцеления. В этой малости мне не отказали. Раз так, убивать точно не собирались, но что происходило, я не понимал и потребовал.
- Рассказывай.
- Он пришел ко мне два месяца назад. Земля тогда была мерзлой. Я упарился, пока вырыл эту могилу.
- Не отвлекайся.
- Он рассказал мне о сыне.
Я неловко махнул лопатой, слишком резко дернулся и едва не свалился в яму. Шон выругался.
- Проклятье, знал, что это правда, но где-то глубоко, все же надеялся…
Можно бросить землю ему в лицо, потом рубануть полотном по шее. Или сразу кинжал бросить? Попробовать траекторию подкорректировать.
- Глупостей не делай, - сказал Шон. – Если бы хотел тебя убить… Хотя, если честно, я хотел. Очень сильно хотел. Хотел так, что готов был всю вашу семейку перерезать.
- И что тебя остановило?
- Шерон.
Любовница? Я воткнул лопату в кучу земли и начал вышагивать взад-вперед, пытаясь уместить этот бардак в голове. Это ж какое влияние девка на мужика имеет! А если имеет, то зачем он рассказывает!?
- Давай подробности, - потребовал я и снова взялся за лопату. – Не заставляй по слову вытягивать. Хочешь договориться – говори честно!
Шон сплюнул, выругался и можно сказать, прыгнул в бездну.
- Шерон беременна.
Я снова едва в могилу не свалился, дернулся так, что земля с лопаты не в яму, а на Ферона полетела. Тот материться начал, но я не слушал, у меня пазл сложился. Вот она, неизвестная, что заставила мужчину опуститься до переговоров. О ребенке мы бы узнали так или иначе, а пострадай кто-то из детей… Возможно, у меня рука не поднимется, Логан спасует, но Салли за сына глотку перегрызет. Эван, Брайс, с его тяжелыми решениями легко мог бы использовать ребенка, чтобы уничтожить Шона. И я даже предположить не могу, какая судьба ждала бы молодую девушку с незаконнорожденным ребенком. Одного мстителя-Ферона Бреморцам хватило.
- Кинкейд убивает Ферона, Ферон убивает Кинкейда, - продолжил Шон. – Как ты и говорил – отличный план развалить клан. С большой долей вероятности для этого использовали бы мой образ. У нас есть повод враждовать. – Интонация Шона стала какой-то мертвой, словно из голоса выдавили остатки эмоций. – Ты убил моего сына.
Ферон сдерживался, и мне стоило бы, но последний укор всколыхнул целый ворох воспоминаний, поднял эмоции, которым я и поддался.
- Было за что. Он деда в вампира превратил.
На минуту повисла тишина, прерываемая только остервенелым шелестом полотна лопаты о землю.
- Что за бред ты несешь? – спросил Ферон.
- О, так зубастый друг всего не рассказал? – удивился я. – С чего ты вообще ему поверил?
- Он дал мне дневник Саймона, за пару лет, когда сын покинул клан. Там много пробелов, записи нерегулярные, но встреча с вампиром описана хорошо. Он не называл его имени, но я сложил два плюс два, навел справки. Ноа Валентайн, с которым у тебя были проблемы. Теперь объясни свой бред.
- Помнишь, мой последний караул? Он прошел не так гладко, как все думают. Дед поднялся. В виде вампира.
- Его же оборотень порвал.
- А потом твой сын влил в тело вампирскую кровь с исцеляющим зельем. Когда дед поднялся, он вышел из тени и велел старику убить меня. Еле жив остался, и только потому, что дед сопротивлялся.
- Брайс знает? – спросил Шон, но сразу опомнился. – Конечно же знает, иначе ты бы с Фарнелла живым не вернулся. Но почему он этим не воспользовался? Ты врешь!
- И зачем мне это?
 
- Кровную вражду надо доводить до конца. Если бы Саймон действительно это сделал…
Шон не договорил, но я его понял.
- И что бы осталось от клана? Бейли с высокой долей вероятности пойдут за вами, МакЛили – наши. Логг, МакЛал, Бойли, Кинк, эти могут остаться в стороне. До первой крови. Кланы уже разваливались, Ферон, да ты и сам не хочешь такой доли ребенку.