Записки хищницы 2 (ЛП)

Краем глаза я вижу, как другие дамы скачут на члене, но все они сосут и падают через несколько секунд.
— Давайте, дамы, — кричу я. — Можно подумать, вы никогда раньше не катались на члене.
Это то, что каждая женщина должна сказать хотя бы раз в жизни.
Гости полны энтузиазма, я должна отдать им должное. Они кричат на все, что я говорю, и я чувствую себя долбаной рок-звездой.
Прежде, чем я встаю в очередь, Мэтт делает мне еще один шот.
— Я собираюсь победить, — говорю я ему. Он кивает.
— Я не сомневаюсь.
Он не выглядит разочарованным этим, что я интерпретирую как то, что он болеет за меня. Поэтому ухмыляюсь, выпиваю свой шот, посасываю лайм, затем встаю в очередь.
Я смотрю на монстра передо мной.
Он огромен, может быть, восьми футов в длину, с огромной окружностью. Но я справлюсь с этим. Я могу справиться с чем угодно. Я рыжая задира. Неважно, что красный цвет из-за краски для волос. У меня сердце тигра и задница молодой доярки, я могу это сделать.
Я запрыгиваю на пенис, засовываю ноги за шляпку гриба и держусь изо всех сил.
Это сложнее, чем вы можете себе представить. Твердая резина подо мной натягивается под моими ногами, а пенис дергается и продолжает двигаться, как будто он трахает двухдолларовую шлюху.
— Срань господня, — визжу я и держусь, как обезьяна-паук. Краем глаза вижу Элли, она пьет напиток и смеется надо мной, а потом я вижу Мэтта, и мое внимание возвращается.
Я держусь крепче и напрягаю мышцы промежности, и, наконец, мои упражнения кегеля полностью окупаются. Мои ноги сцепляются, и часы показывают восемь секунд, девять, а затем десять, прежде чем я, наконец, улетаю.
Я практически приземляюсь у ног Элли и улыбаюсь ей.
— Я выигрываю.
Она закатывает глаза и помогает мне подняться.
— Ночь еще не закончилась.
Глава 11
Сейчас самое подходящее время вспомнить Колби…
Мы с Элли сидим в баре и пьем «Ураган» (чтобы уравновесить рюмки текилы, очевидно), когда Меган-С-Идеальной-задницей выкрикивает мое имя сквозь толпу.
— Сара? Сара? Твой инструктор по мастер-классу здесь.
Элли поражена.
— Мастер-класс?
Я ухмыляюсь.
— Черт возьми, да. Мы совершенствуемся сегодня вечером.
— О, Боже, — выдыхает Элли. — Что ты наделала?
Я задираю нос.
— Ничего. Я даю всем вам опыт и некоторое образование. Вы поблагодарите меня за свои навыки позже
— Я когда-нибудь благодарила тебя?
— Это к делу не относится.
— И еще, — она принюхивается, затем смотрит на свой напиток. — Никто больше не говорит «навыкиии».
— Неважно.
Я как можно элегантнее соскальзываю со своего барного стула, что нелегко, потому что я выпила много текилы, и пересекаю зал, чтобы встретиться с инструктором.
Чего я не ожидала, так это того, что инструктор — Колби Харрис, сын Алекса.
Сын Алекса, жениха Элли.
Сын, с которым у Элли был роман, когда она платила ему за то, чтобы он был ее «эскортом».
О, Господи.
Я останавливаюсь как вкопанная.
Он останавливается как вкопанный.
Его голубые глаза расширяются, затем сужаются, а затем он сокращает расстояние между нами в несколько шагов.
— Ты та Сара, которая организует этот девичник? О, Боже. Только не говори мне, что невеста…
— Колби? — сквозь шум доносится голос Элли, и она шокирована.
Я шокирована.
Колби шокирован.
Мы все шокированы.
— Я думала, ты в Китае, — заикается Элли, когда добирается до нас. Он кивает.
— Так и было. Я имею в виду, так и есть. Но я начал чувствовать себя виноватым, поэтому не мог пропустить свадьбу своего отца. Твою свадьбу. Я в городе ненадолго, всего на несколько дней.
Повисает неловкая пауза, и, Боже, это неудобно.
Элли и Колби, застыв, смотрят друг на друга.
Их руки были по всему телу друг друга, а Алекс так и не узнал об этом. Конечно, они не изменяли друг другу, потому что Алекс и Элли еще не были вместе. Но, когда Элли узнала, что Колби — сын Алекса, она никогда не упоминала Алексу об этом маленьком лакомом кусочке.
— И все же, почему ты здесь? — спрашивает Элли, обводя жестом бурную девчачью вечеринку, и вокруг нас раздается рев «Задница вверх», в то время, как визжащую женщину сбрасывает с быка-пениса.
 
— Ээээ. Клуб «Утопия» сказал мне, что всякий раз, когда я буду в городе и захочу выступить, то должен дать им знать, — отвечает Колби, и теперь он смущен. — Это хорошие деньги, и мне было скучно, так что…. Я пошел на этот мастер-класс сегодня вечером. Но не знал, что это ты, клянусь.
Он говорит правду. Я вижу это по его молодому красивому лицу.
— Что именно это за мастер-класс? — нерешительно спрашивает Элли.
Колби улыбается.
— Как делать отличный минет.
Элли совершенно бледнеет и поворачивается ко мне очень медленно, а на лбу у нее вздувается вена.
— Позволь мне прояснить ситуацию. Ты наняла инструктора, чтобы он научил нас сосать члены, и этот инструктор — сын моего жениха, с которым у меня были близкие отношения?
Я не решаюсь ответить, потому что кажется, что все, что я произнесу, будет неправильным.
— Хорошо, — пытаюсь я. — Когда ты так говоришь, это кажется убогим.
Она рычит, и я пытаюсь пойти на попятную.
— Но я не знала, что это будет Колби, — заикаюсь я.
Она снова рычит, и, Боже, Элли звучит как бешеный оборотень.
— Ты звонила в «Утопию», чтобы договориться об этом? — спрашивает она.
Я киваю.
— Ты помнишь, что «Утопия» — это клуб, где работал Колби?
Я нерешительно киваю.
Она снова рычит низким горловым голосом, и я почти уверена, что это признак того, что что-то взбесилось. Поэтому делаю шаг назад.
— Элли, я не знала, что он все еще иногда там работает. У него успешная корпоративная работа, и… — я прерываюсь и поворачиваюсь к нему. — Почему ты работаешь в «Утопии»? У тебя успешная корпоративная работа.
Он улыбается, и на его щеках появляются ямочки, а темные волосы вьются по плечам.
— Я не знаю. Наверное, мне иногда становится скучно.
Не могу винить его за это. Мне тоже иногда становится скучно.
— Ну что ж, теперь, когда мы все уладили, я могу начать мастер-класс? — на его щеках снова появляются ямочки, и я почти уверена, что сделаю все, о чем он попросит.
Я киваю.
— Да.
— Хорошо, — говорят ямочки на его щеках. — Я схожу за вещами. Сейчас вернусь!
Я смотрю ему вслед, а Элли качает головой.
— Клянусь Богом. Во что ты меня втягиваешь. Если Алекс узнает об этом…
— Он не узнает! А если узнает, ты можешь свалить это на меня. Он привык к этому. И знает меня.
— Для этого мне понадобится больше алкоголя, — вздыхает Элли, возвращаясь к бару. Должна сказать, я согласна.
В мире недостаточно алкоголя, чтобы подготовить нас к этому фиаско.
Но! Когда жизнь преподносит вам неудачи, готовьте из них напитки. Это то, что я всегда говорю. Затем намажьте эту сучку взбитыми сливками и украсьте сверху вишенкой.
Я прохожу к у-образному ряду столов, установленных для нашего «мастер-класса».
— Учиться сосать пенис — это не мастер-класс, — шипит на меня Элли через соломинку. Она сосет свой «Ураган» так, словно он выходит из моды, словно это последний член в море вагин.
— Но это так, — уважительно возражаю я. — Если бы это было не так, нас бы здесь не было.
— Мы здесь из-за тебя, — вежливо указывает она, и я внезапно вспоминаю о соломинках в виде пениса.
— У меня есть соломинки в виде пениса! — объявляю я и бросаюсь за пакетами, которые отправила сюда ранее. Покопавшись, я нахожу коробку, наполненную резиновыми соломинками с насадками в виде пениса. Я опускаю одну в напиток Элли.
— Для твоего удовольствия сосать.
Она смотрит на это.
— Я думаю, что сегодня вечером я буду сосать достаточно, спасибо.
Но соломинку она оставляет себе. И использует ее, оставляя кольца красной помады на верхней части пениса. Я ухмыляюсь и протягиваю Меган коробку.