Рюрикович 2 (СИ)

Мы вместе понимали, что век его людей недолог. Что Бездна не остановится ни перед чем. Поэтому Тычимба захотел стать хоть чем-то полезным и добровольно вступил ко мне в услужение с одной целью — мстить за своих людей до последней жизни ведаря. Или пока Бездна не исчезнет из миров.
Я надеюсь, что последнее произойдёт раньше!
Да, тогда будет моя последняя жизнь, но мне хотелось бы прожить её как человеку, а не как оружию. Хотелось бы снова влюбиться, ощутить все те эмоции, которые были в самом первом моём мире…
  
И может быть даже найти такую спутницу жизни, как Марфа Васильевна…
— Так что будем делать, господин? — спросил Тычимба.
— А что мы делали всегда, Тычимба? — вздохнул я и сделал ещё глоток ледяного кваса.
В горле приятно защипали пузырьки газа. Тело отозвалось благодарным поёживанием. Силы понемногу восстанавливались.
— Мы всегда боролись против Бездны, — проговорил слуга.
— И в этот раз будем делать то же самое. Сомневаюсь, что нам удастся донести до хана Сахиба правду, но… Можем победить Казанское ханство и развеять договор с Бездной.
— И ещё ходят слухи, что царь-батюшка заболел. Что он последнее время всё больше бледнеет и худеет. Вроде как рак, но медики ничего сделать не могут. Говорят, что это старение и это естественный процесс.
— А ты как думаешь? — спросил я слугу.
— Думаю, что тут дело тёмное. В зале для приёмов царь был румян и свеж, а на той фотографии, которую я видел, под глазами появились черные круги, щёки впали. Я не доктор, но подозреваю заражение крови. Отравить его не могли — дегустаторы за обеденным столом хорошие, но вот если как иначе яд поступил в кровь…
— Эх, если я сейчас вернусь, то он снова на меня накричит и сошлёт в какую-нибудь Тьмутаракань, — вздохнул я.
— Не исключено, — хмыкнул Тычимба. — Но это не все новости, господин.
— А что ещё?
Мой телефон загорелся, тронутый мистическим прикосновением Тычимбы. Нужная ссылка быстро нашлась, и я увидел статью в сети. К тексту прилагались фотографии расчленённых клыкохватов. На фоне сваленных в кучу тварей стояли довольные Романов и Шуйский.
«Герои нашего дня» — так была озаглавлена статья.
— Чувствую, что тут написана весьма полезная информация, — хмыкнул я.
— Ну да, только она идет немного в разрез с тем, что вы рассказали, — хихикнул Тычимба.
Я вчитался.
'Сегодня вечером, на причале парка Белого Озера неожиданно появилась стая клыкохватов. Эти ужасные чудовища могли принести немало бед Белоозеру, но, к нашему счастью, рядом оказались княжичи Романов и Шуйский. Они со своими друзьями хотели покататься на арендованной яхте, и вот их приятная прогулка была омрачена появлением созданий Бедны.
Тысячи клыкохватов вырвались из появившегося Омута и атаковали княжичей, а также их одногруппников. Аристократы не привыкли отступать, и завязался грандиозный бой. Да, княжичи обучаются на первом курсе в Царском училище на отделении «крылатых всадников», поэтому обладают необходимыми боевыми навыками.
Бой вышел кровавым. Одного из одногруппников, младшего царевича Рюриковича, пришлось даже откачивать после сражения, а второго, княжича Годунова, вообще госпитализировали. Да, они сражались самоотверженно, но клыкохватов было много.
Умения княжичей Шуйского и Романова хватило на то, чтобы защитить своих одногруппников. Девушки не пострадали, а остальные уже чувствуют себя удовлетворительно.
Какое же хорошее воспитание и обучение получили княжичи, что они не допустили вторжения ужасающих созданий Бездны и смогли закрыть Омут своими силами, не дожидаясь подхода ведарей и Сверкающих. Вечная слава этим достойным фамилиям!'
Я только покачал головой. М-да, вот так вот и достается слава всяким прохиндеям. И ведь ничего не предъявишь — всё сказано относительно правильно. Я в самом деле отрубился, а Годунова унесли на носилках. И закрыл Омут до подхода ведарей — тоже правда.
И если начнёшь качать права, тогда скажут, что я просто завидую и что на самом деле хочу украсть часть славы Шуйского и Романова. Слова женщин примут во внимание, но в патриархальном обществе всё-таки привыкли доверять мужчинам.
— Так вот кто такие Шуйский и Романов… Герои нашего времени, — вздохнул я. — Молодцы какие…
— Оставите это просто так, господин?
— Ну конечно нет. Героям и награда по заслугам будет, — хмыкнул я в ответ.
— А ведь девушки тоже могут своё слово сказать?
— Ну, если скажут, то я подтвержу. А если нет, то и плевать. Не такое уж это большое происшествие, чтобы ради него задницу рвать. Гораздо хуже то, что в Омутах появились люди. Это должно волновать в первую очередь, а уж мирская слава… Она приходит и уходит. Послезавтра никто и не вспомнит, что был какой-то Омут и что его «закрыли», — я даже выделил это слово воздушными скобками, — два княжича. Сейчас важнее жизнь Годунова и чтобы с ним всё было в порядке. А я сейчас ещё заход сделаю и буду писать доклад в Ведарскую Общину. Попробую достучаться до верхушки, чтобы объяснить — насколько опасно такое единение с Бездной. Попробую убедить, что человеческие мозги и страшилища Бездны — это невероятно смертельный тандем. А дальше уже начнём работать в направлении разрушения этого союза.
  
Глава 10
 
«Успех для ведаря чаще всего обусловлен появлением в нужном месте, в нужное время»
Кодекс ведаря
Утром меня разбудил звонок будильника. Я бы проспал ещё полдня, восстанавливая силы, но нужно было появиться в Царском училище. Всё-таки обязанности посещения никуда не делись. И я должен был появиться хотя бы для того, чтобы ознакомиться с новыми преподавателями.
Сегодня нас ожидали такие три дисциплины: Магические существа, Алхимия, Предсказания и пророчества. Так что с преподавателями следовало познакомиться, а также узнать их номера телефонов. Напомнить им, что я староста и в случае чего на меня можно взвалить кучу ответственности.
За завтраком, который состоял из овсянки и яичницы, я узнал, что нашу машину удалось привести в порядок. Приятно начинать утро с хороших новостей. Всё-таки не на машине Бесстужевой и Карамзиной рассекать. Нет, конечно же они ничего бы не сказали, но я сам не люблю оказываться в должниках.
Хотя, после вчерашнего закрытого Омута это уже они могли считаться моими должницами. Или Романова и Шуйского, которые героически всех защитили.
Переодевшись и выслушав доклад от Тычимбы о состоянии Годунова, я спустился вниз. Годунова выпустят завтра, ещё немного подержав его на лечении, но состояние товарища уже было стабильным. Да, он растратил немало сил, чтобы привести меня в порядок. Но явно переборщил и пострадал от этого сам.
Мария Никифоровна, узнав о случившемся со своим любимце, тут же наказала выделить ему самую лучшую палату и поставить Бориса на ноги в самое ближайшее время. Оно и понятно, пока Борис в больнице, царевич Иван Васильевич остается без присмотра. Мало ли чего я натворить успею без пригляда?
Ну ладно, к чести Бориса я должен признаться, что и сам уже привык немного к этому неуклюжему товарищу. Без его вечной болтовни даже скучно было за завтраком.
Михаил Кузьмич прямо лучился радостью, когда показал мне результат своей работы. Машина сияла как у котика… глазки! То есть ни одна царапина не говорила о том, что совсем недавно съехала в канаву и страстно обняла столб. Новое ветровое стекло поблёскивало чистотой и невинностью. На нём ещё ни одна муха нужду не справляла.
— Вот она, моя ласточка! То есть, ваша ласточка, конечно, Иван Васильевич! — тут же поправился Михаил Кузьмич. — Сделали с Гаврилой в лучшем виде!
— А что с мотоциклом Гаврилы? Право слово, так неудобно получилось, — вздохнул я.
— Да с этим бегунком всё в порядке будет. Что с ним случится? — пожал плечами водитель. — Главное, что остов остался цел, а всё остальное Гаврила разберёт по винтику, потом соберёт обратно и будет лучше прежнего. Его мотоциклетка и не в таких передрягах бывала.