Купол над бедой (СИ)
Больше всего меня интересовал вопрос, на кого я наткнулась: на землянина из тайного колдовского ордена или на чужака. В конце концов, если есть Источники - могут быть и маги, но я в Питере родилась и выросла, по грибы ходила не первый раз и до того таких, как он, не встречала. Я в тот год прочесала весь Северо-Запад, излазила новгородские болота, добралась до Заполярья и нашла несколько порталов. Передо мной были пришельцы из другого мира. И мне это совсем не понравилось. Они ломали всю мою привычную жизнь одним своим присутствием.
Я почти перестала колдовать - меня могли заметить. Больше не было никаких поездок "одним шагом" в Китай и Юго-Восточную Азию, Париж и Стокгольм, теперь как все - самолетом, с визами и паспортами. Необходимость маскировать каждое свое взаимодействие с Потоком, следить, чтобы не зачерпнуть энергии из их Источника, стирать следы крайне утомляла. И... я теперь не была такой единственной. И это злило больше, чем практические сложности.
А потом Гарант вдруг ушел в отставку по состоянию здоровья и переехал почему-то в Питер. Увидев рядом с ним пришельца, напоминавшего картинку из романтических фильмов про пиратов и мушкетеров, я окончательно поняла, что они пришли на Землю надолго, и страшно разозлилась. Не прошло и полугода, как Северо-Западный федеральный округ сперва вдруг стал Петербургской республикой, никем не признанной, но все равно гордой и независимой, а затем - Озерным краем, анклавом империи Аль Ас Саалан на Земле.
Тогда, летом две тысячи четырнадцатого, слова ведущего экстренного выпуска новостей казались фантастическим бредом, небывальщиной, запоздалым первоапрельским розыгрышем. Я слушала - и не верила, даже зная, что все правда, что тяжелые официальные речи переводятся просто: "нас захватили инопланетяне, мы их колония и добровольно признаем этот факт". А рядом со свежеобъявившимся наместником сидел Гарант, улыбался и говорил что-то про адаптацию гостей, межзвездную дружбу и общие перспективы. И от его слов почему-то сосало под ложечкой, хотя если он в курсе - значит, происходящее не случайность и не ошибка.
Дальше была истерика в мировых СМИ, ведь инопланетян не существует, есть сверхсекретные разработки ученых и синтетические наркотики. Я экстренно увозила из края семью, убив несколько недель на уговоры и убеждения, вполуха слушая прогнозы экспертов и прикидывая, что будет дальше. Но даже в самом страшном сне я не могла тогда представить себе реальность с оборотнями на улицах города и наградой за свою голову.
Впрочем, скоро все это кончится. И камера, и лаборатория, и маги с их колдовством, таким похожим на привычное мне и одновременно таким чужим.
После ареста Лиски Аугментина, похоже, задалась целью заменить ее собой. В ее блоге постоянно появлялись записи, провоцирующие письма ненависти в адрес горожан и жителей края, вступающих в личные отношения с сааланцами. Сама Аугментина в этом не участвовала, считала ниже своего достоинства. Не опускалась она и до прямых призывов. Но моральные оценки, которые она предлагала, уже во второй передаче выливались фактически в травлю любого замеченного в частных контактах с саалан. "Ключик" сделал выводы тоже, и очень скоро. Дейвину доложили про появление программ взаимопомощи и взаимоподдержки всем самозанятым. Желающих брать у наместника рабочие места поубавилось. Предлагаемый выбор был понятен: или ты имеешь дела с саалан и идешь под их защиту, или ты житель города и свой среди своих.
По саалан Аугментина проезжалась с пунктуальностью опытного крючкотвора, тыкая пальцем в любой прокол и в каждую небрежность. Персонально Димитри получал от нее серию нелестных оценочных суждений за каждую неловкую фразу и любое неудачное действие. Каждый разбор его ошибок предварял весь уже существующий ряд неудачных решений, от приснопамятного февраля. Ряд, разумеется, рос. Записи можно было найти в ее блоге по метке "дом, который построил Джек". По тэгу уже были пересчитаны все музеи, уничтоженные Святой стражей в рамках борьбы за моральный облик жителей, все необоснованные вмешательства в частную жизнь горожан и жителей края и все атаки досточтимых на местные культуру и традиции. А виноват каждый раз оказывался, конечно, князь. Сравнение с маркизом да Шайни напрашивалось и без проговаривания, но Аугментина не поленилась открыто сравнить и не нашла отличий. Или не признала их значимыми. Раза два досталось и Дейвину, правда, без указания имени. Зато с перечислением фактов, не озвученных публично, но очевидно следовавших из ряда решений, им принятых - честно говоря, в некоторой спешке. Димитри читал блог, вздыхал, говорил: "У меня строгий консультант, но, к счастью, бесплатный", - и старался не подставляться. Получалось не очень хорошо: прилетало регулярно.
Знакомая Айдиша, Полина, тоже помогала наместнику бескорыстно и безвозмездно. В ее журнале открыто публиковалась целая палитра способов защитить ребенка не только от фауны, но и от встречи с саалан в отсутствие родителей. В этом же блоге были собраны все случаи изъятия детей Святой стражей, с полным перечнем нарушений, если нарушения были. Благородно и сдержанно, безоценочно и нейтрально, но с постоянными ремарками в ключе "ну как же можно так небрежно, это ведь люди, а не дрова". Князь не мог нарадоваться на этот источник информации: распечатать пост - дело двух минут, а достопочтенный благополучно занят своими подчиненными еще на неделю. К радости Айдиша и, почему-то, Дейвина, "Школу на коленке" она тоже продолжала.
Ни одна из них не прокомментировала судьбу Лиски Рыжий хвост, хотя о случившемся знал весь город.
В тот день Дейвин заговорил со мной сам. Принес стул - руками, не магией - сел рядом и сказал:
- Ты знаешь, что тебя блокировали. Твои защиты истончаются и вот-вот упадут. Может быть, давай поговорим, как люди?
Я посмотрела ему в лицо. Да, я это знала. Я со вчерашнего дня задыхалась от стыда, как бывает, если тебя раздевают насильно и выталкивают в людное место. Стыд и вина за то, что не смогла защититься, могут значить только одно: в личном пространстве есть кто-то чужой, пришедший против моей воли и желания. Но сказала я не это.
- Так вы и не начинали. Говорить, в смысле. Хоть бы один вопрос для порядка задали. Наместник мне рассказал, кто я такая, в первый же день. А дальше вы вокруг меня ходили, как вокруг ящика. Как люди, говоришь? Давай. Может, у нас и получится.
Саалан любопытны. И, значит, не остановятся, а пойдут дальше. Система безопасности убьет меня при первой их попытке скопировать память или полезть под второй слой защит. Уж они-то не упадут из-за блока. Если саалан решат угрожать мне или пытать - я просто умру, быстро и безболезненно. Лиска Рыжий хвост станет одной из многих, пропавших в их застенках с тех пор, как они решили бороться с боевым крылом всерьез. А что это будет не расстрел, а кровоизлияние в мозг, так это мне повезет, а не им. Но теперь - чего бы не поговорить, раз красавчик так хочет.
- Мы знаем, что ты маг, - начал он, - и хороший маг.
Я улыбнулась и посмотрела ему в глаза - мол, слушаю, продолжай.
- Наш конфликт поэтому выглядит не вполне красиво с точки зрения рядовых жителей края, - светским тоном сказал он. - Поссорились маги, а рассчитывались своими жизнями смертные. Несправедливо вышло. Неблагородно.
Зараза, подумала я. Это ты мне о благородстве рассказывать будешь, после Заходского-то. Не говоря уже о том, что тут воротил да Шайни со своими. Но вдаваться не стала.
- Ну зашибись теперь, - усмехнулась я. - И чо?
- Ты намекаешь на то, что не ты начала? - он приподнял брови с улыбкой.
Я кивнула. Да я не намекаю, я тебе, мужик, это прямым текстом говорю.
- Но ведь ты заговорила с нами на языке магии.
Тварь, он почти флиртовал со мной...