Купол над бедой (СИ)
- Вроде нет. Я была настолько на нервах, что ничего не почувствовала, мы очень боялись не успеть. Граф Новгородский когда нас увидел, его аж перекосило, тебе не рассказать.
- Почему не рассказать, давай рассказывай.
- Ну, я тогда с начала начну. На Рош-а-Шана или на Суккот... нет, на Рош-а-Шана все-таки, нам чуть не поменяли наместника посредством взрывчатки.
- Мариша, но Рош-а-Шана - это же осень?
- Ну да, тогда все и началось. Погоди, Левка, не перебивай. В общем, было покушение на него, и он не только выжил, а еще и сделал вид, что ничего не было вообще. Но видимо, что-то все же было, потому что после того случая всех ребят Эмергова, болтающихся у нас, оставили в покое и перестали замечать, зато взялись за наш боевой край. Нет, не возражай, у нас с ними один программный документ. В общем, для начала полностью вытрясли город, тут было ужас что. Выяснилось, что уже давно есть списки всех организаторов акций, часть людей расстреливали прямо там, где брали, а еще аресты, обыски, допросы... В общем, очень нескучная была осень. А у меня и так было чем заняться, скажу тебе. Но когда обратившуюся за помощью семью приходится срочно эвакуировать из края чуть ли не на собаках только потому, что школьник участвовал в организации карательной акции против оккупантов, и так пять раз поверх всего...
- Милая, ты хоть спала? Прости, я не в том смысле. В том, конечно, тоже, но...
- Да, Лева, ты прав. Спать было некогда. Дрыхнуть тоже. Дрыхнуть, должна отметить, хочется больше. Ну так вот. Через месяц примерно наши боевые друзья сообразили, что происходит, и начали отстреливаться при аресте всерьез. Несколько раз люди успешно уходили, мы их прятали, потом переправляли из края, куда получалось. В основном Эмергов принимал. Подожди, я закурю. Да, так вот. Я тебе скажу, везение Лиски - это что-то особенное. В Новгороде накрыли квартиру, где она гостила, так она за пятнадцать минут до звонка в дверь вышла за хлебом, а остальных мы как раз вынимали из-под суда. Но перед этим она была в Мурманске, и эти идиоты, представь, прислали наместнику ее фото на фоне городских достопримечательностей, а потом еще и видеоролик с наилучшими пожеланиями ему и поздравлением с Новым годом. Конечно, за ней приехали. Но не нашли, разумеется. Она была уже в Беломорске. Во Пскове ее тоже поискали, особенно было миленько, что она там была одновременно с наместником, я бы дорого дала за то, чтобы видеть его лицо при встрече с этим известием. Так что в Новгород за ней ехали уже очень всерьез. И я тебе скажу, она все-таки очень большая молодец. Потому что когда их похватали, она рванула в Хельсинки, нашла там как-то Миику Кооскинена и объяснила ему суть событий, а уже он вышел на меня. Представил мое удивление?
- Честно говоря, твое удивление я представил уже не очень. Мне и своего хватило. От услышанного. У вас там, похоже, совсем не скучно.
- А ты как хотел? Оккупация - тот еще аттракциончик, иначе и быть не могло.
- Я хотел долго и счастливо, и по возможности вместе, но ты уж рассказывай, как было.
- Ну так я и рассказываю. В общем, когда она ко мне сама пришла, я уже была в курсе ситуации в достаточной мере. Ее я пересунула по-быстрому в очень дальний угол Псковской области, в Усолье. Оттуда до электрички пешком часов восемь, при этом три двора целых и два горелых, и единственной семье жителей все равно, кто ты и кому родня. Пришел - вот тебе свободный дом, заходи, живи. Она и жила там, сколько получилось. Ее оторванцев мы как-то из-под суда вынули. Конечно, не без побоев, но живых. А когда мы приехали к ним туда на суд, этот самый граф, вот я не помню, как зовут эту рожу, распорядился всех задержанных выпороть и выкинуть из города, чтобы только мы больше не приезжали. Мы ему между арестом и судом успели примелькаться, так он решил, что если ускорить суд, мы не появимся, наивный...
- Ну ты его прости, он же просто тебя не знал до сих пор, теперь вот знает и будет готов.
- Не знаю я, Лева, к чем он там будет готов. Теперь у нас июнь, ждем, что будет на годовщину побоища в Заходском. Что-то точно будет.
- Мариша, ты, главное, в живых останься, пожалуйста. Я не буду тебе врать, что не переживу, но без тебя этот мир будет гораздо хуже, мне кажется.
- Лева, я стараюсь. Держитесь там, не скучайте.
- С тобой заскучаешь...
Если вы в дождь бегаете с лейкой в теплицу, чтобы помидоры не завяли, потому что вам все равно больше заняться нечем; если хозяйские дети с утра выясняют отношения с соседскими детьми по поводу "их" ручной жабы, забравшейся в дождь в "наш" сортир и представляющей серьезную угрозу для "наших" ручных пауков; если на шести сотках присутствуют четыре вида (не путать с сортами) яблонь из шести, представленных на всей территории Евразии; если хозяйская кошка рыгает вам под дверь полупереваренной ящерицей длиной с ладонь; если в трехстах метрах от вашего забора лес, и в нем малина есть, а на вашем участке - увы; если в магазине, несмотря на санкции, есть молдавский - сухой! - мускат и нет банальных пальчиковых батареек; если к вам приходят утром, чтобы одолжить строительный песок в обмен на сахарный - вы в гостях в садоводстве. Теперь оно называется "коммунальное хозяйство" и занимается выращиванием зелени и фруктов на продажу, но порядки остались почти прежние. Вот только вокруг охраняемый периметр и КПП. И чтобы выйти в лес даже днем, надо брать с собой световую пушку и двух вооруженных мужиков. А то за периметром оборотни.
Зато есть уникальные кадры: я поймала в объектив точку росы на закате. Это когда туман сам по себе собирается в совершенно круглые комочки размером с теннисный мяч, и после этого комочек раз - и собирается в каплю, медленно двигаясь куда-то, где может осесть. Или прямо в воздухе, что особенно красиво. Я выложу, как руки дойдут. Кстати, здравствуйте. Я вернулась.
Из блога Аугментины, запись за 05.06.2023.
Из этой поездки Полина привезла, кроме фотографий, папку с несколькими подписанными договорами и небольшой металлический ящичек, бывший когда-то стерилизатором для медицинских инструментов. В нем были "фрагменты неясной этиологии" - может быть, дерево, может быть, кость. Все они были слишком большими, чтобы ими пренебречь, и слишком мелкими, чтобы уверенно определить, что они такое. Ни досточтимые, ни полиция этой находкой не заинтересовались, а везти ее своим ходом нашедшие не захотели, и их в этом можно было понять. Край уже жил по правилам, установленным Академией Аль Ас Саалан.
04 Дерни за веревочку
Сидя в кафешке у Финляндского вокзала в ожидании встречи, Полина наблюдала в окно, как абсолютно трезвый человек безуспешно пытается завязать шнурок на ботинке. В картинке на первый взгляд не было ничего особенного, кроме, пожалуй, того, что человек на этом шнурке стоял. Той самой ногой, обутой в расшнурованный ботинок. Полина перевела взгляд на смартфон, лежащий перед ней на столе. Он показал пятнадцатое июля двадцать третьего года, шестнадцать часов семнадцать минут. Валентин обещал подойти втроем кое-что обсудить, раз уж так сложилось, что Полина теперь в городе насовсем, и задерживался уже минут на пятнадцать - вместе, впрочем, с электричкой. Где-то по окраинам ловили фауну, и электричка стояла, вероятно, в районе Левашово и ждала семафора. Выборгское и Приозерское направления обслуживались идеально, в отличие от Лужского, Чудовского и официально объявленного приоритетным направления на Волховстрой. Но даже эти поезда стояли и ждали отмашки ветконтроля и полиции чаще раза в неделю.
Наконец, решив, что ждать дальше смысла не имеет, женщина вышла из кафе и не спеша пошла к Литейному мосту, который вот-вот должны были свести на полчаса для всех желающих пешеходов и транспорта. В принципе, можно было воспользоваться и услугой лодочника, но эти черти драли за проезд по полторы сотни в одну сторону, а на скамейках у них можно было картошку сажать, судя по количеству грунто-пылевой смеси в щелях. Отряхивать с юбки мокрую пыль и землю и платить за это сто пятьдесят рублей не очень хотелось, так что проще было подождать, пока сведут мост. Разведенными мосты держали из-за оборотней.