Купол над бедой (СИ)
Полина без размышлений взяла на себя ответственность за решение.
- Да гори оно огнем, их останавливать. С обеих сторон кретины, бедный город, блин. Не трогай. Нам за ними разгребать после всего. Если выживем еще.
Евгений в это время ехал в Приозерск и по дороге говорил с матерью через гарнитуру.
- Мама, я жив. Привет. Нет, меня не покусали, и никто в меня не плюнул ядовитой слизью, их остановили раньше. Не повезло другим людям.
- Нет, мам, люди наместника тоже целы, у них же вассальное подчинение, помнишь? Не повезло команде его второго заместителя, она женщина, ее зовут Асана. А ее родовое имя - да Сиалан, переводится как "род дождя" или "род тумана", я не настолько хорошо понимаю их язык. У нее кошмарные потери, в том числе несколько дворян, ее вассалов. И солдат человек сорок, ее личных. Общих потерь гораздо больше.
- Ну, женщина-офицер. Израилю нормально, почему этим должно жать?
- Нет, она тоже нормальная такая барышня, как и первый зам наместника, мы с ней дней за несколько до того довольно мило общались про их женский национальный костюм. Как раз кто-то из ее девиц свою одежду притащил показывать. А вчера ее хоронили, как раз эту, чьи платья я смотрел и фотографировал. Ее и остальных. Лодки, вода, огонь, вот это все.
- Мама, я не знаю. И мне очень трудно выбирать сторону, потому что я не могу не отдавать себе отчета, что действия Сопротивления закономерны после событий восемнадцатого года и они имеют право еще лет десять продолжать. Но мысль о том, что частью их послания наместнику могу стать лично я, и даже не потому что я с ним работаю, а просто проходя рядом, меня как-то напрягает.
- Нет, мам, мне не страшно. Мне просто очень тяжело понять, кто прав и на чьей я стороне. Я не могу согласиться с борьбой за свободу посредством разрушения защиты от оборотней. А с другой стороны, танцевать вокруг фонтана, взявшись за руки, - это очень милая идея, но можно бы оставить в покое некрополи лавры и открыть их для посещения, раз уж Эрмитажа больше нет.
- Я знаю, мам. Ничего, когда-нибудь определится. Хорошего дня тебе, пока.
Попрощавшись, он извинился перед коллегой по редакции журнала, принимая сочувствие, пожал плечами - "мама..." - и перевел разговор на рабочие темы.
Последствия теракта на Краснофлотском были страшными. Смертник подорвал грузовик, начиненный взрывчаткой, у казарм рядом с блокпостом. Именно там находились опергруппы, контролировавшие периметр. Сорок восемь человек погибло на месте, около сотни было ранено, большинство тяжело. Террорист явно знал, куда целиться. В выбранном им крыле находились в основном саалан, маги и гвардейцы. Димитри доложили о ЧП сразу: хотя час был поздний, он еще не ложился. Асана со своими магами ушла туда немедленно, но они все равно опоздали. Привлеченные чужими болью и страданием оборотни ушли в пригороды и рассеялись в жилых массивах и лесопарковых зонах. По оценкам ребят Асаны, речь шла о нескольких десятках тварей. С учетом их обычного поведения, можно было готовиться к появлению примерно сотни фавнов: сперва твари будут жрать, потом играть с добычей, намеренно ее упуская. До фельдшерских пунктов дойдут не все, кого они отпустят. Оставалось надеяться, что они не успеют начать сбиваться в стаи и не смогут создать себе лежки в городе. Блокпост и линии слежения придется восстанавливать, но это была меньшая из проблем.
После заседания оперативного штаба из местных и саалан, Димитри задержал Дейвина.
- Я хочу знать, кто это. Поименно. Я тебя слишком хорошо знаю, чтобы не заметить, что ты на совещании не сказал и четверти своих соображений.
Граф откинулся в кресле и сплел пальцы.
- Похожие акции устраивают промосковские группировки. Но им нравится чужой страх, так что обычно они подписываются, это хорошо для бизнеса и отчета. Сейчас прошли уже ночь и полдня, а на их ресурсах ликование диванных боевиков и полное молчание лидеров. Возможно, это новые люди, решившие начать свою политическую карьеру с громкой заявки и кормящиеся из той же руки.
- Эта, рыжая? - отрывисто спросил князь.
Да Айгит неопределенно повел плечом.
- Только если решила повысить ставки. С москвичами она конкурирует на другом поле.
- Когда будет имя автора? - спросил Димитри. - Сроки мне кажутся сомнительными.
Граф кивнул, подтверждая подозрения сюзерена.
- Литейный попытается отчитаться перед нами задержанием групп, обнаруженных до теракта. Их держат под колпаком специально на эти случаи. Горожанам полезно видеть, как берегут их покой. Дальше будет тихо. Установят личность смертника, определят круг его контактов, и тогда мы узнаем, кто посадил его за руль и набил грузовик взрывчаткой.
- Сколько времени это займет, Дейвин?
- Мой князь, реально - около двух суток, официально - дней пять.
- Хорошо, - кивнул Димитри. - Продолжим разговор, после того как я вернусь из Московии. Я не могу отменить поездку, какой бы траур у нас ни был.
- Мне это не нравится, мой князь, - признался Дейвин. - Тебе не стоило бы ехать. Но... свободного пути тебе.
Тайна молчания лидеров промосковских группировок открылась спустя сутки, когда Димитри вылетел в Москву. Самолет наместника взорвался где-то в Новгородской области. Скрины с Flу-radar с доказательствами были в сети уже через десять минут. И москвичи сразу же заявили, что сумели уничтожить диктатора. Впрочем, порадоваться досыта у них не вышло. Очень злой имперский наместник через два часа прибыл на пресс-конференцию в Москве. С экрана он приносил извинения в камеру за то, что вопреки всем договоренностям был вынужден воспользоваться технологиями пришельцев, чтобы вовремя оказаться в этом зале, представлял прессе напуганных, но живых бортпроводников и приносил соболезнования семьям погибших пилотов, их он вытащить своими методами не успел. Террористы-неудачники вместо получения неувядаемой славы стали мировым посмешищем.
По возвращении из Москвы Димитри успел переговорить с графом да Айгитом до получения докладов от местных спецслужб и совещания с администрацией города.
- Что по Краснофлотскому? Кто организатор?
- Алиса Медуница, известная как Лиска Рыжий хвост. Не сама и через третьи руки, но организатор и заказчик точно она.
- Она взяла на себя ответственность?
- Нет. Издевается над москвичами, и не больше.
- Странно, на местных террористов это не похоже. Что у нас вообще есть на эту дрянь? Из какой она семьи?
- На удивление мало. До "манифеста" она вела забавную жизнь. Родилась в девяносто пятом году, родители местные, эмигрировали после объявления протектората куда-то в Южную Америку. Училась в школе, как они все, а вот высшую школу не закончила, это редкость. Начав жить со своим любовником до того, как получила паспорт, в тот же год завела блог, в котором делилась впечатлениями от путешествий. По миру Алиса правда ездила много, и по очень странным для юной девушки местам. На какие средства она путешествовала, выяснить не удалось. Коллеги пытались говорить с людьми, знавшими ее до объявления протектората, но ничего конкретного узнать не вышло - да, вроде была такая рыжая девочка, но обстоятельств знакомства не вспомнил никто из опрошенных. У коллег сложилось впечатление, что у Алисы было несколько разных кругов общения. И эти круги никак не пересекались. В две тысячи восьмом ее имя упоминается в сводках в числе местных ультранаци, но, похоже, позже они разошлись. Сейчас из того кружка допросить уже некого: они сами разобрались с собой и друг с другом. После аварии на ЛАЭС ее как подменили. Мои здешние коллеги утверждают, что в создание ее образа непримиримого борца с оккупацией кто-то вложил большие средства. Ей предложили, она взяла, и вот, - граф вздохнул, - имеем что имеем. На выбор в ее хозяева аналитики службы безопасности края предложили с десяток имен, и все это не те люди. Никто из списка не мог отследить ее контакты. Никому неизвестно, как она пересекает границу, на какие деньги путешествует. И даже живет ли она в Санкт-Петербурге или приезжает время от времени, они не в курсе. Подготовку в лагерях террористов она не проходила, в списках людей, которыми интересовалась местная разведка в целях вербовки и обучения, не числится. Перечень подвигов ее стаи за последние годы я подготовил, он длинный. Ни за одну акцию она ответственности на себя не взяла, и неудивительно. Она создает свободно развивающуюся сеть, с большинством участников групп структуры в лучшем случае обменялась парой приветов в сети. А остальное люди делали сами по материалам, выложенным ею. Она просто распространяет эти материалы для желающих: приходи и бери, дальше на личное усмотрение.