Купол над бедой (СИ)
- А, существа-партнеры, - Полина кивнула. - Как вы знаете, у нас таких нет, то есть они есть, но наши партнеры другие, и умеют они другое. Собаки вместе с людьми охотятся и защищают территорию, кошки разделяют с людьми эмоциональные переживания. Есть еще лошади и дельфины - но не в Озерном крае. В начале века прошлого были люди, которые занимались партнерским обучением зверей-артистов, и то, что у них получалось, по уровню едва достигало успехов Ло или его взрослых сородичей. А потом это вылилось в отдельную отрасль, и в особых школах-питомниках стали обучать партнеров-животных для работы в паре с людьми.
- Да, - кивнул Димитри, - я читал и видел. Но сайни - это другое. Они могут жить без нас, хотя и гораздо хуже, чем с нами. У них сложные отношения, и они передают детям свой личный опыт и умения. Взрослый сайни умнее ребенка. Иногда так бывает, что они находят ненужных младенцев, и тогда они растят их, как своих, а лет в семь приводят к людям, и эти дети вполне хорошо устраиваются. Когда я был маленький, - Димитри улыбнулся, - у меня тоже была нянька из сайни. Больше всего меня возмущало, что когда летним вечером надо было идти домой, она вылавливала меня из какой-нибудь очередной грязной лужи, в которой я возился с ее очередным выводком, и начинала меня мыть. А их - нет, и они дразнились.
Полина смотрела на Ло, как несколькими минутами раньше на бабочку, с таким же любопытством, почти переходящим в восхищение:
- Очень интересно. Очень.
- Кстати, ддайг их уничтожают, когда встречают, а то и специально охотятся. Сайни чем-то им противны. На нашем новом континенте, Ддайг, мои люди нашли чудом уцелевшую стайку в труднодоступной долине. На контакт они идут крайне плохо, всего боятся, хорошо хоть сородичей опознают. Я бы перевез их ближе к людям, но боюсь, что не перенесут пути, особенно их старики. Лес рядом с людьми другой. Это убьет их, хоть и медленно.
- Ну да, - задумчиво сказала Полина - у ддайг, какими они стали, есть все основания ненавидеть и презирать сайни и хотеть их уничтожить. Если смотреть на мир их глазами, это понятное и естественное чувство к существам с такими привычками и свойствами.
Тем временем они успели и войти в сад, и пройти его насквозь, и, обойдя вокруг то ли скромного дворца, то ли огромного особняка в колониальном стиле, оказаться где-то на хозяйственном дворе. Здесь, в свете двух лун, шла какая-то своя нечеловеческая жизнь: кто-то копошился в куче мусора, кто-то громко чавкал, доносился писк и топот, похоже, лап, а не ног. Димитри громко свистнул, возня прекратилась, вокруг загорелись бусинки глаз и к нему подошла на задних лапах еще одна огромная крыса. То есть взрослая сайни. Она была намного крупнее и упитаннее Ло и, в отличие от него, носила жилетку с множеством карманов, щеголяла цепочкой на шее и сережками в ушах. Длинный голый хвост волочился за ней, и она даже не делала попытки его подобрать. Ло прижался к ногам человека и попытался спрятаться за ним.
- Опять в помойке копаетесь? - хмыкнул Димитри.
- Там вкусно, - самодовольно сказала она. - Ты человек, тебе не понять. Кого ты притащил?
Ло прижался к земле и, кажется, забыл, как дышать.
- Вот, потеряшку вам привел.
Матриарх встала на четыре лапы и попыталась обнюхать Ло. Тот угрожающе заворчал.
- Какой он грозный, - фыркнула сайни. - Мы поищем, если его родня тут - вернем. Ты кушать будешь?
- Спасибо, пока не хочется, - Димитри то ли улыбался, то ли смеялся про себя.
- Зря, зря... Потеряшка, пошли.
Ло хотел было вцепиться в ногу человека, но большая сайни была проворнее - она схватила его за хвост и потащила куда-то дальше, в лабиринт из сарайчиков, конур и навесов.
Полина наблюдала за развитием событий во все глаза: "...Или все-таки вокруг не Средиземье, а лабиринт короля гоблинов? Смотри, звезда моя, смотри. Перевозчик будет доволен. Интересно, когда и как".
- Вот и пристроили малыша. - улыбнулся наместник.
- А что они будут с ним делать? - удивилась Полина. - Они же впервые увиделись.
- Для начала - отмоют, он воняет на весь двор, даже для них, - Димитри усмехнулся. - Он, естественно, будет отбиваться, но ему не поможет. Потом выдадут пирожных, после ужина должны были остаться, и он забудет про свои беды. Ну а к вечеру все сайни острова будут знать о его запахе и о том, что он потерялся. Его же не бросили и не выгнали.
- Вы знаете, приблизительно сколько их живет в вашем доме? - спросила Полина.
- Очень примерно, - небрежно ответил наместник, почти не глядя на нее.
- Примерно - до десятка или до сотни? - уточнила женщина.
- До десятка.
Пока они шли от дверей до коридора, с которого началось их путешествие, атмосфера беседы стала ощутимо прохладнее, и тон задал наместник. "Ну вот, - подумала Полина, - мальчик пристроил свою ящерицу в хорошие руки и вспомнил, что пора возвращаться к урокам. Сейчас начнет изображать взрослого". Она вернулась в привычную отстраненно-вежливую позицию вслед за ним и слегка собралась - но, как выяснилось, напрасно. У дверей их ждали: юноша, почти мальчик, похоже, простоял тут уже несколько часов. Он сделал шаг навстречу и сказал:
- Дальфсангара нашли, мой капитан.
Его голос дрожал от нетерпения и ночи, проведенной без сна, глаза блестели радостным ожиданием.
- Где? - и наместник преобразился в третий раз.
Теперь это был подросток, собравшийся перед большой дракой. Кем бы ни был его противник, у него уже начались неприятности, даже если он еще не в курсе об этом. А уроки, конечно же, подождут.
"Ты смотри, звезда моя, ведь взрослый же мужик, от которого зависит чертова прорва народу - и вот, пожалуйста... Интересно, он хоть понимает, что застанет в Питере, когда вернется?"
- Сальферские острова, - у мальчика от волнения и недосыпа садился и дребезжал голос. - Его хорошо потрепало штормом, и их заметили и сообщили. Гнери сказал, что ты здесь, и я ждал.
- Корабль? - спросил Димитри, не повернув головы.
- Отплыл с ночным отливом, нить висит, - мальчик подпрыгивал в нетерпении.
- Полина Юрьевна, - Димитри вдруг стремительно обернулся к женщине. - Мы с вами задержимся тут еще дней на семь-восемь. Надеюсь, вы не возражаете. Я дам вам провожатого, ходите, смотрите, развлекайтесь.
Кивнул и, не дожидаясь ответа, пошел за подпрыгивающим от нетерпения парнем. Полина смотрела ему вслед, подняв бровь в ироничном недоумении: "Звезда моя, наша сказка развивается по всем законам жанра, тебе не кажется?"
Она простояла в коридоре, как и должно было быть по законам любого сказочного мира, не более минуты. К ней подошел какой-то человек, представился "человеком князя", показал ей ее комнату, рассказал, как позвонить в звонок, если будет что-то нужно, и пожелал добрых снов.
Полина едва не упала носом в подушку сразу, но все же нашла в себе силы разобрать постель, умыться в знакомом с детства чугунном, кажется, рукомойнике "с вымечком" и только потом повалилась на постель и выключилась. Ей снились бабочки, которых наместник делал из воздуха легким щелчком пальцев и отправлял к ней. Но в этом сне она продолжала ждать от него стрелы.
Сидя на земле чужого мира, Полина глядела в чужое море. Между водой и небом крутился калейдоскоп парусов, мелькали рыбы и сверкали крылья. Земля была теплой настолько, что никаких дополнительных сидений не требовалось, она не отбирала тепло тела, а слегка поддерживала его. Рядом с ней, на этой же земле, положив голову на ее бедро, спала девочка, не бывшая человеком. Говорящий волчонок, числящий за отца или бога Полининого убийцу, который уже отобрал все, что наполняло ее жизнь, и, видимо, намерен был продолжить пополнять список ее потерь, как только у него дойдут руки. Счастливый говорящий волчонок, заботой которого было в эту неделю следить за Полиной.