Купол над бедой (СИ)
Да Айгит ушел думать, что делать с местными. Помня, что предыдущие приговоры основателям портала, как выяснилось из дела, обеспечили три года назад обвал связи на три дня в черте города и неделю забастовки речников, он признавал, что волнения неизбежны. И теперь с этим надо было что-то решать, пока ситуация еще под контролем.
Литейный предложил пренебречь реакцией горожан, пока возможно, а потом решить вопрос при помощи брандспойтов и экскаваторов. Достойные дети своей земли, что тут скажешь. Правда, на его вопрос, почему бы не задействовать сразу пулеметы, они не стали отвечать и попрятали глаза. А пренебречь не получалось никак. По приговору уже протестовали финские правозащитные организации, состоявшие более чем на треть из эмигрантов, покинувших край. Довод у них был, на их взгляд, убедительнейший - раз магии не существует, а овладение технологиями инопланетян невозможно, значит, Полину арестовали и приговорили за убеждения и должны немедленно отпустить. Как соединяется одно с другим, саалан искренне не понимали и списывали на местные культурные особенности. Но бунт черни в многомиллионном городе - это в любом случае серьезно, а без него точно не обойдется. Что бы ни думал Волчонок. И портить отношения с соседями дополнительно очень не хотелось: даже у обаяния князя есть предел.
А Димитри искал решение. То ли день был его, то ли удача решила навестить его именно сегодня - но решение само пришло к нему в приемную. И им, как ни странно, оказалась Алиса Медуница. Она пришла и попросила для Полины помилования, вслед за Айдишем. Вряд ли они договаривались: встретиться у них возможности не было.
Он выслушал ее и задал вопрос:
- Ты понимаешь, о чем просишь и что делаешь? - дождался кивка в ответ и уточнил, помнит ли Алиса, как именно она объясняла сослуживцам причины своего расстройства, вылившегося сперва во внезапный визит к князю, а потом во взыскание. А когда Алиса снова кивнула, задал следующий вопрос. - Почему ты считаешь, что я сохраню жизнь человеку, за которого ты просишь, если просьба будет настоящей, а не придуманной?
- У меня больше никого не осталось. Из той жизни, - очень тихо сказала она, смотря себе под ноги. - Я от нее только хорошее видела. Послушай я ее - может, все иначе бы сложилось. Пожалуйста, пресветлый князь, я... Я очень тебя прошу.
- Не поэтому ли ты хочешь рискнуть ее жизнью еще раз? - хмыкнул пресветлый князь. - Чтобы она точно знала, кому обязана новой порцией событий?
Девушка не ответила. Димитри присмотрелся, увидел уже знакомый взгляд широко раскрытых глаз в никуда и быстро сменил тему. Тратить два часа на ее слезы ему было совершенно некогда.
- Ты не единственная, кто просит о милости для нее, но есть сложность.
Алиса все-таки вернулась в реальность и включилась в разговор:
- Какая, пресветлый князь?
- На ее месте я бы за одну эту идею вызвал предлагавшего на дуэль прямо в камере смертников, - князь усмехнулся. - У вас, кажется, в подобных обстоятельствах применяют взрывчатку, но это все равно отрицательный ответ. Или ты думаешь, что она может принять помилование, - он сделал выразительную паузу, - от меня?
Алиса опустила голову и начала кусать губы. Но не заплакала, а задала вопрос:
- Пресветлый князь, есть ли у империи еще возможности предложить ей жизнь?
Димитри ответил после короткой паузы.
- Есть. Отсрочка приговора. Ей почти пятьдесят, больше ста вы не живете, значит, семидесяти лет хватит. Она сможет жить и делать, что хочет. Кроме того, в чем была обвинена, конечно.
Алису ничуть не тронуло напоминание о ее собственной смертности. Она оживилась и, похоже, обрадовалась.
- А можно так сделать?
- Сделать - можно. Но что из этого выйдет, зависит не от меня, а от нее.
- Я прошу тебя сделать это для Полины, пресветлый князь.
- Да? - он глянул девушке в глаза, не увидел там ни тени сомнения и распорядился. - Ну так иди и убеди ее согласиться принять это. Бумаги будут готовы через два часа, дождешься в приемной.
Она немедленно развернулась к двери кабинета. Димитри поморщился.
- Стой, я не отпускал тебя. Как ты собираешься добираться до Питера и забирать Полину?
- Пресветлый князь, в город идет машина за грузом, вакцина и всякое-разное, я уже напросилась в сопровождение.
- Хорошо, иди.
Отпуская ее, Димитри хмыкнул про себя: постоянное "сопровождение" было организовано по его распоряжению, потому что отпускать Алису одну было небезопасно. Так что основной задачей бойцов стояла охрана "нашего чучела" и, на этот раз, сопровождаемого ею лица, а не груза.
Сложностей князь ждал, потому и не ложился спать. Он нашел себе отличное занятие на этот вечер, "Психоистория" Ллойда Демоза, хорошее название для ночного чтения. За ним он и собирался дождаться доклада Алисы. В самом лучшем случае - о том, что они благополучно прибыли в Приозерск. Но с гораздо большей вероятностью - о том, что и почему пошло не так.
Тихо тренькнул мессенджер, показывая, что пришло сообщение по личному каналу. Вот и сообщение о непредвиденных сложностях. Удивительно, что не звонок - похоже, девушка усвоила за прошедшее время хотя бы зачатки субординации.
"Полина со мной не идет и требует подписавшего бумаги. Алиса".
Димитри вдруг ощутил всю усталость дня и понял, что вызвать дежурного мага по комму проще, чем послать Зов.
- Портал на метку Алисы, сейчас, из лаборатории. Она где-то в "Крестах", точно найдете сами.
- Да, мой князь! На общий? - в "Крестах", как и во многих других присутственных местах, стоял маяк, позволявший строить портал без определения заново координат места.
- Нет, к ней.
- Да, мой князь, через промежуток будет.
Димитри закрыл глаза и опустил голову на подголовник кресла. Вникнуть в книгу он уже не успевал, порталы с точными координатами на такое расстояние ставятся быстро.
Алиса, сидевшая на койке, вскочила, когда наместник вышел из искрящегося овала, и бросилась навстречу ему. Димитри остановил ее взглядом. Глаза у нее были красные и опухшие, истерики у девушки начинали входить в привычку. Он решил, что этим займется позже. Полина Бауэр почти неподвижно стояла возле своей койки. На первый взгляд эта женщина казалась бесцветной. Аккуратная короткая стрижка, спокойный внимательный взгляд, прямая спина. Особых примет у Аугментины не было, она была обычной, как кусочек городского гранита. Ее можно было вообще не заметить, пока она сама не поворачивала голову к собеседнику.
Глаза врага были цвета местной воды - серо-зеленые, холодные, глубокие. На секунду Димитри показалось, что на него посмотрела Нева. Под гладкой поверхностью этого взгляда было стремительное мощное течение. А еще Аугментина напоминала острие летящего копья, уже нашедшего свою цель, и словно светилась изнутри ожиданием столкновения с этой целью. Димитри она узнала с первого взгляда и, похоже, удивилась этому. Интересно, она считала, что придет кто-то конкретный или куратор Алисы из безопасников?
- Осужденная Полина Бауэр. Мне был предъявлен указ об отсрочке казни на семьдесят лет и освобождении. Могу я получить подтверждение действительности этой бумаги и подписи?
Димитри приподнял бровь. Неужели можно всерьез решить, что кто-то из его людей рискнет подделывать его подпись и печать? Что человек, подписывающий подобный приказ, делает это, не прочитав документ и не проверив все обстоятельства? Все же они здесь все ненормальные, даже если кажутся людьми.
- Да, - кивнул он. - Указ подписан мной.
- Я не подавала прошения о помиловании или отсрочке.
Князь протянул руку, взял поданный Алисой комм, быстро сверился с нужными статьями кодексов. По их законам, действительно, была необходима просьба о помиловании либо со стороны самого осужденного, либо третьих лиц, так или иначе заинтересованных в исходе дела.