Купол над бедой (СИ)
Полина некоторое время думала над этим всем, стуча пальцами по столу рядом с ноутом, потом плюнула и легла спать. А с утра получила от Насти подробный отчет о том, как та отвезла окончательно разобранного Дениса в диспансер и как врач его прямо с приема отправила в клинику, вызвав сантранспорт. А затем, практически без перерыва, о том, как Корвин забрал ее в городе и отвез на Лесную к досточтимым и что там было. И как он объяснял, что они с женой решили зачать и родить здесь, в Озерном крае, потому что шансы на выживание ребенка тут больше, чем даже в столице империи за звездами. А тут внезапно такая классная Настя и такие ненадежные местные барьерные средства. И как клево, что Корвин считает ее классной, и как давно она этого не слышала. И как досточтимая выдала ей флакон и рассказала про режим приема, и что в общем ничего сложного, только вкус невыразимо мерзкий. И велела прийти через месяц, за другим флаконом, с менее гадким вкусом. А пока нужно пить это, если она не хочет детей от Корвина. Детей Настя не хотела вообще. У нее были все основания для этого выбора, и все их она очередной раз высыпала Полине в чат. Полина читала одним глазом, периодически вставляла сочувственные реплики, потом охнула, извинилась и сорвалась срочно в налоговую, где ее уже через сорок минут должен был ждать Валентин.
Валентин зашел к Марине по пути из налоговой, принес черновики писем на проверку и заодно сообщил, что у Алены через неделю экзамен на права и, по его мнению, она благополучно сдаст и теорию, и дорогу.
Марина отложила бумаги на стол и взяла с края пепельницы отложенную было сигарету:
- Валя, я все понимаю, но...
- Ну что "но"? - Валентин смотрел на бумаги, отложенные на стол, и выглядел не очень довольным реакцией на сообщение.
- Но когда я просила тебя поговорить с Аленой, я имела в виду не совсем этот результат.
- А какой?
- Что-то менее, - Марина затянулась, обожглась, чертыхнулась и сунула окурок под кран, - менее глобальное.
- А что такого глобального произошло? - Валентин задавал этот вопрос явно из вежливости.
Марина едва не зашипела в ответ:
- Ты издеваешься, что ли? Девка, из огня да в полымя, после всех коллизий садится за руль, и вот-вот окажется на дороге, причем не на машине, это бы я еще поняла. А именно на мотоцикле, как будто ей мало конфликтов и так. Валя, это же не женский стиль жизни!
- Мгм. Минирование блокпостов, значит, женский стиль... Не-не, ты продолжай, мне интересно.
- Ладно. Я заткнулась. Но хотя бы объясни, что ты видишь в этом всем для нее хорошее.
- Да все, Марина. Все для нее хорошее связано теперь с дорогой, просто поверь.
- Ты точно издеваешься. Я понимаю, для вас оно хорошо: езди, куда хочешь, делай, что хочешь, опять же, декоративную девочку, - Марина усмехнулась, - осчастливить мимоходом, но ей-то в таком режиме личная жизнь не светит в принципе.
Валентин шевельнул плечом, закуривая:
- Есть у меня знакомая дева. Не здесь, естественно, в более благодатных местах. Так она взяла огромный древний каэлэр шестьсот пятьдесят. С седла достает на цыпочках, роняет - поднять не может... Она его роняла-роняла на дорогах, стояла... Что девочка, видно по экипу, ей и помогали. И, - Валентин усмехнулся, - нашла-таки себе мужика. Теперь ездит за ним нажопницей и счастлива. Она специально взяла большой.
- Валя, но это не тот случай... - Марина крутила в руках пачку сигарет.
- Мариша, я знаю. Для Аленки это способ не сдаться после всех событий, - Валентин прервался, посмотрел в окно, - хотя бы этого лета. Были бы у нее права сейчас, можно было и рекомендовать вольняшкой-саппортом, чтобы год поездила с нами и подумала, но прав нет, и времени нет... - вздохнул и добавил. - Ни у нее, ни у нас.
- Валь, но все-таки. Почему к вам? Черт, куда я сунула пепельницу?
- Знаешь, тебе Поля лучше скажет, но... Тут что-то есть, ну такое, от психологии. Вот легковушка - она коробка безопасная, потому что ей типа нельзя на человека ехать, поэтому перед ней на дороге можно что угодно делать. Автобусы для пешеходов - это что-то типа слонов, добродушных и умных, хоть и больших. Люди часто ожидают, что когда на них едет милый домашний матиз, то он, как добрый ослик, поднимет ногу и переступит через лежачего. Посади ее за руль легковушки - и она опять всем должна и обязана, будто ей и так не хватило. А вот мотоцикл... Он мелкий хищник, и для него правил как бы нет. Это ей по характеру. Пепельница у тебя за спиной, на окне.
- Спасибо, - Марина все-таки закурила. - Валя, но она же дороги боится.
- Да ни хрена она не боится, - резко сказал Валентин. - Она просто задолбалась. Сама считай. Расклад с Алисой уже два полных года тянется, третий пошел. Их группу в течение месяца после ее ареста зачистили, считай, в ноль. - Он сделал паузу на затяжку и пошел к окну, аккуратно неся столбик пепла на окурке. - Их за эти два года осталось - в одной машине всех можно увезти. Кроме нее тогда выжили Елена твоя распрекрасная, да Санька-покойник, да этот мелкий перец Коля, который не в счет, он им не свой и никогда не был, да Пашка, который сейчас тоже под богом ходит, и сам это выбрал. И чистки эти ведь тоже по нервам дергают.
Марина кивнула. Валентин придавил окурок в пепельнице и продолжил:
- А если они уже и за своих взялись, то вдвойне. Санька ведь не просто так выбрыкнул. Он сломался просто и решил устроить им похохотать напоследок. Судя по итогам - устроил-таки, но остальным-то с этим жить. А Колька, сучонок мелкий, мало того что выпросил у девки милостыньку, чем обычно не подают, так еще сразу после похорон товарища начал ей мозг вынимать с целью так соскочить, чтобы виноватым не он остался. А она держалась до последнего. Вот он и слился. Сорвись она, он бы правым ушел, а так нет. И сам это знает, потому и не оставит ее в покое никак, то напишет ей в чат, то на стенку ВКонтакте бросит что-то такое, с намеком.
После этой реплики Валентин отошел от окна. В кухне стало светлее.
- Ну хорошо, - вздохнула Марина. - Это все я понимаю и согласна, но дорога-то тут причем?
- Да все при том же. Ты вспомни, что она сказала - тяжелый, мол, не справлюсь. Не в моте дело, Мариша, просто ей сейчас любая задача тяжелее ее самой. Ей же литровый никто не предлагает.
Марина поставила греться чайник, слушая неожиданно разговорившегося Валентина.
- А на чопперах легких, двухсотпятидесятках, как раз бывает очень легко учиться. И почему чоппер ее вариант - она невысокая. У чоппера низкий центр тяжести, реально низкий, ему не нужен клиренс. И седло низко, поэтому девочка, встав в седле чоппера, спокойно достанет пятками до пола и будет стоять всей ступней. На светофоре, например, - Валентин улыбнулся. - Дадим ей Элиминатор Валькирыча или Ванькин Интрудер старый, оба они в порядке, выберет себе мот и будет учиться, все у нее получится. А курьерить нормально начнет, на свой за год заработает без проблем.
Три дня до встречи с Полиной Марина ходила кругами, хваталась за телефон, вспоминала, что родители Алены подали резюме на работу в администрацию да Онгая, плевалась и пыталась отвлечься. На четвертый день она поехала к подруге обсудить деловую текучку и этот случай. Полина, смеясь Марининым ахам-страхам, искала в своем холодильнике контрабандные финские оливки.
- Мариша, в этой истории есть два момента, они же контраргументы к твоей позиции.
- Поля, но у нее же родители. - Марина нервничала и вертелась в кухонном кресле.
- Это первый момент. - Полина достала из холодильника пакет с куриной ногой. - И мы все знакомы с Аленой только потому, что они именно такие, как есть... Знаешь, я бы назвала их инфантильными, но это другое. Я не буду определять, ты сама все знаешь.
- Знаю... - Марина вздохнула.