Купол над бедой (СИ)
- Да, Исиан, у меня есть предположения, - медленно сказал князь. - Когда я прибыл в край, там был полный разгром, столица края осталась без света, тепла, воды и двух третей транспорта, а следовательно, и без снабжения. Это все были последствия аварии, в которой Алиса так или иначе поучаствовала. Но было и кое-что другое, случившееся до того. Были разрушены и сожжены ценные для них места: городской дворец музыки, филармония, их дворец смеха, цирк, и музей с очень большой коллекцией картин, статуй и предметов искусства с длинной историей, Эрмитаж. Я сейчас выясняю обстоятельства этих аварий, но дело продвигается медленно, потому что свидетелей осталось очень немного. Местные злы на нас за эти свои потери, кажется, даже больше, чем за ЛАЭС.
- Вот как, - задумчиво произнес Исиан. - То есть вся драма развернулась до того, как ты принял край, я верно понял?
Димитри наклонил голову:
- Именно так.
Принц помолчал, глядя одновременно и на собеседника, и сквозь него. Князь видел работу души и мысли в этом взгляде, но не представлял себе ее сути.
- Утраченные здания и ценности ведь были мирового значения, так? Скажи, протесты из-за рубежа были?
- Да, были, - кивнул Димитри, - я нашел их, разбирая почту.
Следующая реплика Исиана удивила князя очень сильно. Сайх ему посочувствовал. Искренне и от всей души. А после этого сказал, что он посоветуется со своими, чтобы определить, что он может предложить краю и князю для решения проблем, и свяжется с ним снова. Затем он попрощался и ушел, оставив обоих саалан в недоумении.
Димитри, глядя на закрывшуюся за принцем дверь, кивнул на эту дверь Дейвину:
- Ты видел?
И Дейвин ответил:
- До этого дня - никогда.
Вернувшись в Приозерск, князь понял, что разговор с сайхом никак не выходит у него из мыслей. Ближе к полуночи он наконец прекратил себя обманывать, подошел к письменному столу в малом кабинете, взял камни и начал раскладывать по светло-серой ткани, формируя образ ситуации. Закончив, взял чарр Алисы и сделал то, что считал себя должным сделать для Исиана, как дворянин для дворянина.
Этого же дня, 19 марта по времени Озерного края, принцу Исиану от князя Димитри лично.
Исиан, наш утренний разговор навел меня на мысли, утаить которые от тебя мне кажется низким и нечестным. Все события, ставшие причиной нашей встречи, говорят мне о том, что Алиса, хоть она и верный вассал твой, не слишком доверяет другим твоим людям. Не возьмусь гадать, как у вас, а у нас, когда бывает такое между дворянином и его вассалом, можно верно знать, что за спиной сюзерена кто-то из вассалов или сплетничает, или наушничает, или затеял нечестную игру, чтобы выдворить этого верного из людей своего господина ради своей выгоды. У вас обычай отличается, но гниль пахнет одинаково всюду, человеческая в том числе. На этом мне стоит и закончить письмо, ведь ты не спрашивал у меня совета, как тебе вести дела в твоем Доме. Написать это письмо меня побудила прежде всего забота об Алисе и ее будущем, но кроме этого, еще и уважение к твоим чувствам. Найти подобное среди тех, кому доверяешь, а особенно среди родни, неприятно и грустно. Я не хотел бы этого для тебя, но могу только поделиться с тобой своими сомнениями.
С надеждой ошибиться,
Димитри.
Получив письмо, Исиан лишь пожал плечами, сочтя все написанное иллюстрацией к нравам саалан и логике их решений, так что на совете Дома это вообще не обсуждали, речь шла только о встрече и ее результатах. А Димитри он отправил короткий ответ с благодарностью за заботу о благополучии его Дома и его людей и пожеланиями всяческих благ и удач его команде.
Тем более не сообщил Исиан о письме Димитри совету Созвездия. На него он принес сразу две печали. Одну - что его человек действительно мог сделать то, в чем его обвиняли чужаки, а второй стали сами собратья по Искусству, ведь вместо честной просьбы о помощи и содействии, внимательного рассмотрения всей цепочки событий они пытались обмануть его. И, значит, настоять на своем им важнее, чем выяснить истину и найти общую гармонию.
Исиан получил должную поддержку от сородичей и заверения в сопереживании беде его девочки. Заодно все решили, что ставить в известность все сообщество о существовании чужаков, конечно, надо, однако стоит это сделать чуть позже, когда будет больше ясности в формате отношений с сааланцами, а Алиса вернется домой. Или дом Утренней Звезды достоверно убедится в ее гибели. А пока радостная весть о собратьях-магах может привести к большим бедам, потому что молодежь, недостаточно опытная и зрелая, зато жадная до всего нового, наверняка захочет увидеть своими глазами мир, где родились эти чужаки, а варварский разум, не понимающий, насколько далеко Созвездие ушло от идей насилия, решит, что речь идет о вторжении. Да и самим детям может грозить нешуточная опасность. И сайхи решили, что раз собратья-маги оказались настолько диким и жестоким народом, что даже пролитую кровь оценивают в деньгах, придется говорить с ними на понятном им языке.
Вскоре совет Созвездия собрался вновь: главы Домов обсудили со своими Cемьями, что именно они готовы предложить сааланцам. Разумеется, компенсации за жизни людей были сочтены неприемлемыми, тем более что сааланцы сами виновны в них, и даже дальнейший разговор о них был невозможен. Гибель человека - настолько невозможное горе, что только время может принести утешение, а живые могут лишь закончить дела умершего и хранить память о нем. Но в мире Алисы, в ее городе опасность грозила жителям постоянно, от оборотней или других причин, угрозы голода и болезней. И, разумеется, Созвездие не могло бросить людей в беде, когда им так нужна помощь и поддержка. Кому, как не им, жителям мира, нашедшего свою гармонию в стремлении к разуму и красоте, показать этим несчастным, а заодно и диким собратьям по Искусству, какой может стать жизнь, если следовать правильным идеалам и ценностям. Узнав о том, что край до аварии потерял около двух третей возможностей культурной жизни, члены совета молчали сто ударов сердца, выражая сочувствие людям. Жители родного мира Алисы после этого стали им ближе, чем собратья по Искусству, виновные в случившемся. Не имея возможности участвовать в восстановлении утраченных и разрушенных ценностей, совет постановил начать исследование, чтобы когда-нибудь, если вопрос будет задан, иметь достойный ответ наготове. А пока следовало сосредоточиться на задачах безопасности людей и обеспечении основных экологических требований на пострадавшей территории.
Так они решили, и с этим Исиан продолжил переговоры с наместником Озерного края.
На третью встречу сайх принес проект предложения по возможному сотрудничеству. И это можно было даже счесть желанием компенсировать вред, причиненный саалан вассалом Исиана. Но все меняли слова, сопровождавшие предложение принца. Сначала Исииан дал Димитри возможность ознакомиться с бумагами, а потом прокомментировал проект Созвездия.
- Мы считаем, - сказал он, - что часть вреда вы нанесли себе сами, когда делали что хотели, не думая, что на земле, в которую вы пришли жить и обустраиваться, вообще-то есть живые люди, и им может не понравиться такое вольное обращение с их ценностями и свободами. Вы можете обвинять руки, державшие оружие, можете винить и само оружие, и Алису, которая, как вы утверждаете, его дала своим соотечественникам. Вы можете обвинять даже меня, но кроме вас самих виновных нет, сколько бы вы ни требовали возмещения и компенсации вреда. Гуманитарная катастрофа в крае - результат ваших действий и выборов. Но, - продолжил он без паузы, - есть ситуации, когда о вине речь не идет, да и об ответственности тоже. Речь идет о сознательности и гуманности. Мы не можем оставить людей в зоне катастрофы и даже не попытаться им помочь. Так что Созвездие поможет империи Белого Ветра справиться с бедой в Озерном крае. Конечно, вы скажете, что мои сородичи и я делаем это за сотворенное Алисой, но для себя мы точно знаем, что пришли вам помогать с ликвидацией последствий аварии, несмотря на то что она целиком вашего авторства. Просто потому что мы - Саэхен, и это наш долг как владеющих Искусством. Вы можете либо принять нашу помощь, либо отказаться от нее.