Неверный

— Мне Рустам рассказал. Знаешь, — она вздыхает и придвигается вместе со стулом поближе, — он вчера пришел ко мне такой убитый. Сказал, что ты его к себе не впускаешь, просил помочь. Мне его так жалко стало…
— Жалко? А он сказал, почему? — чувствую, как изнутри поднимается яростная волна, и усилием воли заставляю себя успокоиться. — Рассказал, почему я не хочу его видеть?
— Да, — видно, что мать ждала этого вопроса и готовилась. Она хватает меня за руку и говорит быстро, чтобы я не успела ее перебить. — Да, он все рассказал мне, Сонечка. Мы часа три проговорили, а ты сама знаешь, что для твоего мужа это означает.
Это правда, Рустама Айдарова сложно назвать разговорчивым. Раньше мне это не казалось недостатком, а теперь…
Теперь мне должно быть все равно. Я не хочу знать, о чем они вели беседы, но мама продолжает говорить сбивчиво и торопливо:
— Ты меня знаешь, я за тебя всегда горой. Я как узнала, что у тебя выкидыш случился, думала, убью его. Но он упросил, чтобы я его выслушала. Ради вашей семьи.
У меня такое чувство, будто мама пересказывает мне сюжет одной из мелодрам, которые безостановочно крутят по телевизору и которые она обожает.
Мама за меня горой?
Мама готова из-за меня убить Рустама?
Рустам упрашивал, чтобы она его выслушала?
Это уже не мелодрама, это фантастика. Может, «Нетфликс» снял новый сериал, и мама пересказывает мне очередную серию?
— Вот тогда он и признался, что изменил тебе, что его любовница беременная. А ты об этом узнала и ребенка скинула. И теперь видеть его не хочешь.
«Изменил тебе…»
«Беременная…»
Да, мама знает как надо поддержать. Знает и практикует.
С другой стороны, признание мужа избавляет меня от необходимости встречаться с ним и объяснять, почему я хочу подать на развод. Он сам все понимает.
— Так и есть. Я потеряла ребенка и не желаю видеть Рустама. Поэтому, — делаю паузу, — я хочу с ним развестись.
— Что значит, развестись? Почему? Он твой муж, он тебя любит! Как ты можешь даже думать о таком? — мигом вспыхивает мама. Судя по реакции, они с Рустамом вчера этот вариант тоже проработали, потому что в руки мать берет себя относительно быстро. — Соня, о разводе и речи быть не может. Даже вслух это слово не произноси.
Она всем видом дает понять, что будет стоять до конца, и я устало тру переносицу.
— Мама, пожалуйста, послушай. Рустам мне изменил. Он спит с другой женщиной, у них будет ребенок. Я не могу оставаться с ним после всего, что он сделал, — говорю, пытаясь сдержаться и не удариться в истерику. — Разве тебе это непонятно?
— Ты думаешь, что это правильное решение? Как ты будешь жить без мужа? — продолжает возмущаться мама.
— У меня и так больше нет мужа. Я не могу оставаться с мужчиной, который мне изменил. Буду жить одна и как-то с этим справляться, — отвечаю, с трудом сохраняя спокойствие.
— И что ты будешь делать без денег? Без Рустама ты не сможешь поддерживать тот уровень, к которому привыкла! — упрекает мама, пробуя вовлечь меня в перепалку. Но спорить и что-то доказывать у меня нет никакого желания. И сил.
— Мама, я уже решила. Буду работать и сама зарабатывать деньги. Я же училась, зачем-то мне дали диплом. Мне не нужна твоя помощь, я справлюсь сама, — говорю, чувствуя, как слезы подступают к глазам.
Мама смотрит на меня и с осуждением качает головой.
— Что ж ты такая упрямая, а? Хороших мужчин днем с огнем не найдешь. Другая бы за такого насмерть билась, а ты готова на блюдечке его этой лярве преподнести, — она понижает голос и дальше практически шепчет: — Ну да, козел он, не удержал своего дружка в штанах. Но и ты будь умнее. Хитрее. Не простила сразу, и правильно. Потрепли ему нервы, пусть понервничает. Знала бы ты, какой он вчера пришел, я его никогда таким не видела. Он когда про дите про ваше говорил, у него голос дрожал. Если б не слышала своими ушами, в жизни бы не поверила. И лицо тер все время, думала, кожу сотрет. Любит он тебя, Соня. Любит.
— Любит? — я тоже шепчу горячечно. — Его любовница ждет ребенка. Ребенка, которого он ей сделал. Так кого он любит кроме себя, мама? А я наслушалась от нее, какой у нее любовник щедрый и внимательный. Как он сына ждет и на руках ее носит.
 
Сама не знаю, зачем это говорю. Каждое слово причиняет мне боль. Мои мысли прерывистые и хаотичные, я не могу сосредоточиться ни на чем, кроме боли. Она рвет мою душу на части, и я не знаю, как смогу это все пережить. Чувствую себя обманутой, избитой и с оглушающей ясностью осознаю, что мои мечты о счастливой семье разрушены навсегда.
— Нашла кого слушать! — хлопает мама себя по коленям. — Шалаву подзаборную.
— Вот именно, мама, вот именно, — шепчу горько, слизывая с губ соленые капли, — меня это еще больше убивает. Лучше бы я не видела, на кого он меня променял.
— Да кто менял, Сонечка! Один раз у них было всего, он выпил, у них тогда корпоратив был. Они с другой компанией гуляли, она там секретаршей работала. Ты тогда на семинар уехала, а я ведь говорила, не надо тебе никуда уезжать. Мужа бросать. Вот и доездилась.
— Не нужен мне такой муж, которого стеречь надо, — говорю, разглядывая потолок.
— Ну а вот чучундра эта его с удовольствием захомутает. И в кого ты такая бесхарактерная, дочка? Нет чтобы побороться за такого мужика, а ты наоборот в сторону. Да брешет она, коза эта, брешет как дышит. Рустам с ней только из-за ребенка видится, да и то чтобы деньги передать. Тут ты должна смириться, что он сына не бросит, у них не так как у нас. Но с этой проституткой у него ничего, он клялся мне…
— Мам, — продолжаю смотреть в потолок и спрашиваю будничным тоном, — что он тебе предложил?
— Что ты хочешь сказать? — мать тушуется, и я понимаю, что угадала. В принципе, не сомневалась, но все же была надежда.
— Ну что тебе Рустам пообещал, если ты меня уговоришь с ним остаться?
— Дочка, ты же знаешь, как я тебя люблю. Я не хочу, чтобы ты страдала, — мать старается изо всех сил, чтобы быть убедительной. — А ты страдаешь, потому что любишь его. Ты должна остаться со своим мужем. Развод это не метод. Рустам мужчина, он оступился, но теперь он жалеет и мучается. Развод из-за измены — это слабость. Потому что ты сдаешься и отходишь в сторону, а она все подгребет под себя. Не отдавай ей мужа. Ты подумай, Сонечка, у всех пар бывают трудные времена, но они преодолевают их вместе. Пожалуйста, дочка, подумай хорошенько, все взвесь…
— Заправка, автомойка, шиномонтаж…
На автомойке ее глаза загораются, и я закрываю глаза. Дальше можно не продолжать. Кто бы сомневался, что Рустам попытается перетянуть мою мать на свою сторону? И кто сомневается, какое решение она приняла?
Она бредит этой автомойкой, потому что ее новый жених — автослесарь.
Утешает одно — я не успела признаться, что выкидыша не было. Мой ребенок во мне, и я с трудом подавляю желание накрыть живот рукой.
Говорю ровным, спокойным тоном, но стараюсь, чтобы голос звучал твердо:
— Рустам мог честно сказать, что у него будет ребенок от своей любовницы, и подать на развод. Он выбрал обман. Мой муж меня предал, я не могу с ним жить дальше. Я ждала от тебя понимания, но ты думаешь только о своем благополучии. Мне не нужна твоя поддержка, и твои упреки тоже не нужны. Я не хочу видеть Рустама, и я не хочу слушать, что он говорит через тебя.
Мама встает со стула и скорбно сцепляет перед собой руки.
— Что ж, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — говорит и выходит из палаты. А я остаюсь в раздраянных чувствах.
В сердце бушуют настоящие ураганы. Я злюсь на мужа за измену, за потерю нашего семейного счастья, боюсь за будущее ребенка. Все эти чувства смешиваются внутри, создавая калейдоскоп из слез, отчаяния и боли.
Мама сумела посеять сомнения, в которые я сама с трудом не проваливаюсь. Это разрывает мою душу на части, оставляя боль еще острее и невыносимее. Эмоции опаляют и гнут мое тело, но я не могу убрать эту боль из своей жизни.