"Великая река". Компиляция. Книги 1-8

— Да, — кивнул Гедимин, вспоминая крылатого ящера, повисшего над Хагеном и пытающегося расклевать ему голову. После двух разрывных в упор ящер его выпустил, ещё две добили его, но Хаген уже встать не смог.
— Что с Кейденсом? — спросил он.
— Выживет, — Огден был уверен в своих словах. — Лёгкие прижились, мягкие ткани регенерируют. Кисти рук были обуглены, пришлось убрать их, дней за пять вырастут новые. Завтра займусь глазами, если пересадка пройдёт успешно — через неделю очнётся. Ожогов много, но это не страшно… и не удивительно. У него половина брони к телу прикипела, отделяли с мясом. Гедимин, так он в самом деле Скарса на топливный стержень насадил?
  
— На два стержня, — поправил Древний без тени усмешки. — Исключительно удачно. Скарс, зажаренный в нейтронном потоке… мне там уже делать было нечего. Если бы у Кейденса фильтры не поплавились…
Он тяжело качнул головой.
— Скажешь, когда можно будет его навестить. Экипаж беспокоится, — бесстрастно закончил он. — Никакой помощи не нужно? Нашёл время на образцы из могильника?
— Четверых помощников мне хватает, — пожал плечами Огден. — Образцы… Да, командир, мы изучили их сразу же. Не могу поверить, что вы с Хагеном видели этих существ живыми. Это трудно назвать биологическими образцами, скорее, это радиоактивные отходы.
— Если ты о Скарсе, то это ожидаемо, — хмыкнул Древний. — Я предлагал его оставить в могильнике, там он был на своём месте. Остальные образцы были более чем живы, когда мы прилетели. Один из них клевал Хагена, ещё двое поцарапали нам броню. Один экземпляр оставил мне вот это.
Он пощупал широкий рубец на груди.
— Я видел запись передатчиков, — кивнул Огден. — И тем не менее… Они практически полностью обуглились к вечеру того же дня. Кроме химического состава, изучать было нечего, а он… Я направил данные на «Руту», командир. Кронион сразу же вышел на связь. В костях этих существ кальций замещён ирренцием не на доли процента, как обычно, а на четверть. И их изотопный состав… Это короткоживущие изотопы ирренция. Никогда не видел их в такой концентрации, не то что в живом существе — в отчётах о самых безумных опытах.
— Короткоживущие изотопы? — глаза Гедимина сузились и стремительно темнели. — Откуда они у знорков?!
— Ни одна из технологий, доступных им, не позволяет разделять изотопы, — покачал головой Огден. — И всё же их кости поглотили очень много ирренция. Такое ощущение, что раствор ввели им в кровь. Каждому из них, и Скарсу, и полуденникам. Но смысла в этом действии я не вижу. Единственный возможный результат — мучительная смерть подопытных и радиационное поражение всех, кто оказался поблизости. Живые излучатели?
Гедимин и Огден одновременно пожали плечами.
— Что-то не то происходит в этом году, — тихо сказал Древний, глядя в стену. — Практически повсеместно. Спасибо за содействие, Огден. Если понадобится помощь — сообщи немедленно. Я переговорю с Гвенноном и Альгесом, спрошу совета… но если спросят меня — вылеты к Змеиным Норам следует прекратить. В вакуум такую дозиметрию…
Он поправил сфалт на плече и пошёл прочь. На прикладе оружия Огден рассмотрел небольшую вмятину и несколько царапин. О стычке, случившейся в боковых туннелях Змеиных Нор, знала уже вся станция. Некоторые сомневались, что Гедимин мог размозжить голову Скарсу одним ударом приклада. Огден не сомневался уже ни в чём.
«Короткоживущие изотопы ирренция… видел я, как их получают,» — Древний быстро шёл по коридору, кивая встречным сарматам и пытаясь сосредоточиться. «В Ураниуме ещё должна была сохраниться та установка… реакторный синтез ипрона — помню я этот проект,» — он поморщился, вспомнив, как получил несколько трещин в позвоночнике. «Зноркам не создать такое оборудование… мало получить — надо ещё разделить изотопы, а с их технологиями…»
Он остановился и стиснул виски ладонями — голова работала прескверно. Впору было поверить в утечку ЭСТ-излучения, причём постоянную, с полностью открытого реактора, и не одного. Если бы только Гедимин сам не изучал десятый день подряд показания счётчиков Конара. ЭСТ-фон на станции был чуть-чуть выше нормы — везде, где стояли счётчики, а стояли они повсюду. «Кейденс очнётся,» — подумал Древний — это была единственная приятная мысль. «Но не к этому вылету. Кто ещё в списке?»
Он посмотрел на экран передатчика и помрачнел. Предпоследнее имя в списке — имя Ангирана — только что перечеркнула красная черта.
 Глава 27. Миджити 
— Нецис, а эта нежить умеет бегать? — осторожно спросил Речник, глядя со спины костяного паука на вереницу големов, запрудившую переулок. Где кончалась эта колонна, Фрисс не видел — заслоняли деревья. В «корму» нежити, на которой он сидел, упирался следующий голем, и за ним тоже выстроилась немаленькая цепочка.
— Та-а… си-меннэль, — покачал головой Некромант, устраиваясь поудобнее на коробах для пряностей. — Подгонять их нельзя — если они налетят друг на друга, мы из этого затора за неделю не выберемся. Если ты устал, Фрисс, то ложись спать прямо здесь, я тебя посторожу.
— Я спать не хочу, — вздохнул Речник и покосился на заброшенные огороды. Вдали, за сотней оград, темнел овраг — пересохшее русло Ньянзы, а по небу медленно разливался багрянец — солнце клонилось к закату.
…Големы зацепились костяными клешнями за стены, качнулись — и неповоротливый токатль вылетел из переулка стрелой и шмякнулся на брюхо, разбросав лапы. Нецис столкнул Речника с его спины и спрыгнул сам, оттаскивая Фрисса к краю оврага. Костяной мост уже ждал их, встревоженно щёлкая сочленениями. Големы в переулке затрещали — вдвоём им тесно было в узкой улочке. Что-то свистнуло над головой Речника, плюхнулось в Ньянзу и взорвалось с оглушительным грохотом.
— А я говорил, что их нельзя подгонять! — Нецис сердито ткнул Речника в бок. — Фрисс, шевелись! Беги к Двухвостке, я прилечу следом…
Он повернулся к нежити, медленно сползающейся к мосту, и вскинул руку, вспыхнувшую зеленью.
— Та-а, хо" от к" эх!..
Мост за спиной Речника дёрнулся и вскинул «хвост», приподнявшись на костяных опорах. Фрисс едва не упал от толчка, но всё же смог прыгнуть вперёд и пролететь ещё несколько шагов, на ходу выхватив из ножен мечи. Впереди, на той стороне, трещали заросли, метались среди кустов цветные тени, и возмущённо ревела Двухвостка.
— Мрра-а-ау! — заорали в кустах. На край оврага вылетело серокожее существо и взмахнуло руками, пытаясь удержаться за каменную кромку. Внизу защёлкал «челюстями» токатль, так и не сумевший подняться. Существо закричало и кое-как вползло на край обрыва. Помотав головой, оно подобрало оброненную палицу и бросилось обратно в заросли. Оттуда послышался треск.
— Мрра-а-ау! Дерржи-ись! — взвыл хесский кот, следом послышался истошный вопль, и серокожее тело выпало из кустов, заливая тропу кровью. Горло его было перегрызено, голова откинулась назад и повисла под странным углом.
— Алсаг! — Речник влетел в заросли и едва успел скрещёнными мечами отразить удар палицы. — Ич-вакати!
Серокожий Инальтек в лохмотьях выпучил глаза и захрипел, падая на Речника. Его кожа потемнела и ссохлась. Фрисс отшатнулся, палица второго демона просвистела мимо, чиркнув зубцом по оплечью. За спиной Инальтека всхрапнула Двухвостка, и демон, получив тычок в спину, растянулся на дороге. Те четверо, что топтались вокруг Флоны, пытаясь подсунуть копьё под панцирь, бросились врассыпную — только затрещали кусты, ушибленный, покачиваясь и мотая голоовой, побежал следом. Иссушенное тело осталось лежать, Алсаг наступил на него лапой и презрительно фыркнул.
  
— Алсаг, ты цел? — Фрисс взъерошил мех кота там, где увидел пятно крови, но ранка была неглубокой — чьё-то копьё скользнуло вдоль спины, оцарапав кожу. Хеск фыркнул и ткнулся носом в живот Речника.
— Фррисс, воврремя же ты прришёл! Тут был целый отрряд, двадцать копий, не меньше. Флона их толкала, я гррыз, но они бы нас затыкали, наверрняка!