"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
— Норси и близко не подойдут, разве что под страхом смерти, — вздохнул Некромант. — Нежить — возможно… только я не слышал ни о ком из обитателей Эртану. Если тут кто и живёт, он сам к нам не полезет. При встрече, Фрисс, веди себя почтительно — этого хватит.
— Надеюсь, — поёжился Речник. — Подарков для нежити у меня нет. В тот раз хоть янтарь был…
Они дошли уже до выложенной базальтовыми плитами набережной, но Нецис не спешил покинуть мост — придерживая Фрисса за плечо, он следил за големами. Нежить, не обращая на пришельцев внимания, расходилась по своим делам. Речник присмотрелся к мертвякам и судорожно вздохнул — теперь и ему понятно было, что никакого хозяина у них давным-давно нет.
Эти костяные чудища были прочно сделаны, но когда-то их крепко потрепали, а время довершило разрушения. Они ещё двигались, но их кости держались слабо, прогнили и потрескались, мох покрыл их, а корни трав скрепили распадающиеся части. Красные и белесые чешуи брони раскололись и встали дыбом, да и осталось их немного. Некоторые големы разваливались на ходу, волочили лапы, другие передвигались рывками и то и дело валились на стену или в кусты. Один из них, проходя мимо Фрисса, покачнулся и развалился надвое. Передняя часть пошла дальше, ничего не замечая, задняя, судорожно дёргаясь, потащилась следом, удерживаясь только на корнях, вросших в кости.
— Когти Каимы… — покачал головой Нецис, глядя на нежить с нескрываемой жалостью. — Печальное зрелище, Фрисс… Та-а, к" инх ферот ину!
Он протянул руку к развалившему голему. Мертвяк — это был красноватый ицколотль, огромный скорпион с серпами на передних лапах и неприятного вида соплом на изогнутом хвосте — качнулся, приподнимая лапы и хвост, развернулся, волоча за собой обломки, и замер перед неподвижным Некромантом. Речник шагнул вперёд, выставив перед грудью руку с серебряным перстнем.
— Нецис, уйди! Ты, гора костей, — что тебе надо?! Иди в болото!
— Фрисс, тише, — Некромант легко отстранил его и дотронулся до бессильно висящей лапы голема. — Я сам его позвал. Прояви хотя бы каплю сострадания…
Речник ждал удара, но нежить стояла неподвижно, только глазницы её многочисленных черепов то вспыхивали, то гасли. То, что поддерживало в груде костей подобие жизни, точно так же разрушилось за века, как и сам замшелый скелет.
Нецис забрался на спину ицколотля, с интересом взглянул на отвалившиеся части — они болтались почти у земли, и Квайя мерцающими каплями стекала с них.
— Фрисс, залезай сюда, — похлопал он по костям. — Подержи вот эту кость — за середину, не прикасайся к краям. Я посмотрю, что можно восстановить…
— Нецис, — Речник остановился рядом с големом, но наверх не полез. — Оставь эту мертвечину, не трать силы. Даже если ты его починишь, он так и будет болтаться тут без цели и смысла… разве что протянет на сотню лет больше. А с собой мы это чучело не возьмём, даже не проси.
Он рассёк корни, на которых держались отвалившиеся кости. Обломки голема упали и раскатились по мостовой, теряя последние капли Квайи. Нецис каменным ножом отделил то, что ещё осталось, спрыгнул на землю и провёл ладонью по костям, подбирая ледяные искры. Ицколотль развернулся и побрёл дальше — он больше не падал набок, но стал на треть короче.
— Та-а, синхи, — покивал Некромант, стряхивая прах с ладоней. — Ты прав, Фрисс, я немного увлёкся.
Он посмотрел на развалины сквозь растопыренные пальцы, потом принюхался к вяло колышущемуся воздуху и покачал головой.
— Тут растёт много интересного, Фрисс, — задумчиво сказал он. — Гораздо больше, чем посадили здесь умышленно. И всё же тем, что нам нужно, тут не пахнет. Надо пройти к центру… Морихийки — не болотное растение, в овраге оно не выросло бы. Может, найдётся на городских огородах…
— Где же их искать? — Фрисс озадаченно смотрел на развалины. Из каждого камня торчали побеги, и некоторые из них шевелились, а в клетках полуразрушенных оград что-то шуршало и потрескивало, и наружу порой высовывались какие-то щупальца. Внизу послышался лязг — токатли снова закрывали проломы в склоне, и летучие мыши спешили вернуться в родные пещеры.
Нецис молча глядел на заросли, высматривая дорогу. Окраина Эртану была рассечена на небольшие огороженные квадраты — там за покосившимися, поглощёнными лесом базальтовыми стенами булькала вода, колыхались ветки и время от времени высовывались сквозь стены тонкие подвижные волоски. Там, где растения не заплели проходы, то и дело проползали костяные големы. Некромант усмотрел «свободный» переулок, шагнул к нему, но из-за ограды вытекло нечто, похожее на спутанный клубок волос, и повисло в проёме, раскачиваясь и помахивая щупальцами. К нему тут же устремилась большая костяная многоножка и замерла в проходе, что-то вытаскивая из-за стены подвижными костяными крючьями. Нецис покачал головой и отступил.
— Взгляни вон туда, Фрисс, — прошептал он, выставляя перед собой ладонь с растопыренными пальцами. — Неприметная канавка вдоль стен, узкие отверстия на расстоянии пяти шагов…
Речник с опаской взглянул на развалины сквозь пальцы Некроманта и вздрогнул — над каждой едва заметной скважиной колыхался мерцающий дымок.
— Охранные чары? — неуверенно спросил он, на всякий случай извлекая из ножен мечи.
— Маленькие хищные туманы… с незначительными усилениями, — едва заметно поморщился колдун. — Если вглядишься в почвенный слой под корнями вон тех широколистных лоз, то увидишь остатки их последней трапезы. Их хорошо присыпало перегноем, и корни сделали своё дело, но кое-что различить ещё можно.
Фрисс содрогнулся. Он уже видел расколотые черепа и почерневшие трубчатые кости, пятна зелени — остатки бронзовых пластин, крупные чешуи — ошмётки чьих-то доспехов… Меж листьев лозы просунулось тонкое желтоватое щупальце, ощупало скважину и уползло обратно.
— Недурно здесь охраняли огороды, — поёжился Речник. — Я в магии не силён, но кажется мне, что ни в один из этих переулков лучше не входить. А уж сунуться за ограду…
— Я бы распутал чары, но дело это небыстрое, — снова поморщился Некромант. — Сначала посмотреть бы на всё это сверху… Та-а, илкор ан Ургул, пешком мы никуда не дойдём! Та-а! К" инх ферот ину!
Он ткнул пальцем в огромного желтоватого токатля, поросшего травой. На спине голема стояли один к одному аккуратные костяные короба, прикрытые когтистыми «крышками». Тот, что стоял у самой «головы», был разбит, и в нём, как и на броне паука, выросла мягкая трава. Голем повернул было с набережной в переулок, но остановился и медленно развернулся. Глазницы уцелевших черепов уставились на Некроманта.
— Айгот инху! — приказал Нецис, хватаясь двумя руками за край короба и взбираясь на спину голема. — Отсюда хорошо видно, Фрисс. Забирайся!
— Бездна… — выдохнул Речник, глядя то на протянутую ему руку, то на костяное чудище. — Куда он нас утащит?
— По своему обычному пути, я надеюсь, — пожал плечами Некромант. — От опытных посадок владельца до его дома. Хорошо, если этот путь окажется долгим. Держись крепко, Фрисс, его остов расшатан, а падать здесь опасно…
Речник сел, прислонившись спиной к разбитой стене короба, но тут же отшатнулся — костяная «лапа», придерживающая крышку, качнулась и зацепила его плечо. Тхэйга будто и не заметила новую «поклажу» — она стояла, замерев на месте, и глазницы мерцали тускло и безжизненно.
— Ферот ри" у т" инх, — кивнул Нецис, залезая на один из коробов и окидывая взглядом окрестности. — Посмотри в ту сторону, Фрисс! Хотел бы я знать, как этого добились…
Спина длиннолапого токатля была вровень с оградами — и с неё было видно всё, что не спряталось за листвой тысяч папоротников. Посреди ближайшего огорода в кольце гранитных валунов поднималась высокая гряда с иссиня-чёрной землёй, а на ней шевелили мохнатыми листьями багряно-золотые кустики. Воздух над ними дрожал и струился, унося ввысь мелкий пепел.
— Маа, Огненный Лист, — покачал головой Фрисс. — Прямо на грядке… Видел я такое у огненных озёр, но чтобы здесь, посреди Орина…