"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
— Хаэй! — окликнул Фрисс человека с удочкой, выглядывающего себе место для вечерней рыбалки. Тот удивлённо взглянул на чужестранца, смерил его взглядом — Речник был на голову выше — и неуверенно усмехнулся.
— Куда пропал продавец камней? — сердито спросил Фрисс. — Я приплыл издалека, а тут ничего, кроме гнилого пня. Что у вас тут творится?
— А! Ты и правда издалека, если ничего не знаешь, — хмыкнул житель. — Той ночью тут проснулись мертвецы! Все кости повылезали из ила и…
— Ну-ну, — криво ухмыльнулся Речник.
— А! Вайнег с тобой, чужак, — отмахнулся тот. — Не хочешь слушать — не надо. Семья Риэни уплыла тем утром. Увезла все камни. Торгуют теперь за рыбным рынком. Табличку ещё не сделали, найдёшь по камню у порога.
Фрисс благодарно кивнул и шагнул обратно на плотик. Тот качнулся под ногами, и Речник с размаху растянулся на гнилом дереве. На мостках удивлённо крутил головой островитянин — «чужак» неожиданно исчез, будто в ил канул.
— Спасибо, Фрисс, — серьёзно кивнул Некромант. — Стало быть, рыбный рынок…
— На кой торговцу камнями поднимать мертвяков?! — пожал плечами Речник. — Не хочу никого убивать, но если он попробует не отдать черепа…
— Кое-что странное тут есть, Фрисс, — Нецис, разломав окончательно корзину, оттёр от грязи осколки кувшина и водил по ним пальцем, нащупывая еле заметные значки. — Вот здесь сдерживающая печать, она треснула вместе с глиной. А вот тут — нетронутые символы усиления… тут замурована бляшка, замешанная на крови, а тут — обломок человечьей кости. Останься черепа в разбитом кувшине, они работали бы куда лучше…
Он шумно втянул воздух и недоумённо покачал головой. Токатль пощёлкал суставами.
— Мне кажется, Фрисс, что сейчас черепа почти не действуют. Во всяком случае, мертвецы в иле не должны чувствовать столь слабый зов…
— И Некромантам нужна передышка, — нахмурился Речник. — Поплыли. Может, успеем, пока этот колдун снова не полез к мертвякам…
Тьма сгустилась быстро, и мимо рыбного рынка путники пробирались уже наугад, среди множества огней, полыхающих вдоль каждой улицы, на ограде каждого дома. Жители сматывали канаты и вытаскивали на мостки все плоты и лодки, стражники расхаживали по улицам с палицами наперевес и подозрительно косились на воду. Найти среди отблесков дрожащего света и колышущихся теней небольшой камень, даже если он лежал у входа, Фрисс даже не надеялся.
Они проплывали мимо большой хижины — точнее даже, трёх хижин, поставленных стена к стене на ушедшем в воду остове пня — когда глазницы токатля снова вспыхнули, и паук уверенно пополз к борту. Нецис посмотрел туда же, куда нежить, сквозь растопыренные пальцы — и кивнул.
— Еле заметные отблески, Фрисс, — прошептал он. — Даже токатлю тяжело учуять. Но более ярких вспышек я здесь не замечал. Вон та пристройка с засовом из костей.
Фрисс тихо накинул канат на выступ коры и молча ждал, пока Некромант нащупывал опору на скользком пне, бесшумно расцеплял челюсти цегота — диковинный, но не слишком надёжный замок — и пролезал под завесой, сплетённой из прутьев. Через несколько мгновений он выглянул, кивнул Речнику и снова скрылся в хижине. Фрисс перелез через порог и снял колпак с фонаря-церита.
Среди нарезанных листьев тростника и Самуны, ошкуренных и ещё покрытых корой прутьев, недоплетённых корзин и прочих вещей стояло плетёное блюдо, засыпанное лиственной трухой. Нецис разгрёб её — из-под мусора блеснул отполированный белый мрамор. Фрисс тихо охнул и прикрыл рот ладонью.
— Та-а… изумительный артефакт, — прошептал маг, бережно вытирая камень от трухи. — Фрисс, ты только взгляни на них…
Черепа вырезаны были из белого мрамора и отшлифованы до блеска. Все три легко уместились на ладони Некроманта — и вырезанные на них значки тут же засияли зеленью. Нецис осторожно вернул их на пол, положил поодаль друг от друга. Свет потускнел.
— Неудивительно, что Утумэс никогда о них не говорил, — Некромант покачал головой. — И я, достигнув такой мощи, не спешил бы делиться секретами. Вот только одно странно, Фрисс…
Тихий плеск и скрежет дерева о дерево прервал его речь. Фрисс шагнул к двери, положив ладонь на рукоять меча. Завеса резко качнулась в сторону, и что-то маленькое свистнуло в воздухе и ударило Нециса в плечо. Некромант молча осел на пол.
Видно, Квайя капнула на ремешок перевязи и исподволь источила его — только после удара Фрисс увидел, что ножны по-прежнему на мече, и бьёт он ими, а не клинком. Но врагу хватило — он согнулся пополам, хватая ртом воздух, и Речник выбил из его ослабевшей руки второй дротик и заломил руку за спину. Некромант встал, потирая плечо, и зажал пленнику рот.
— Фрисс, не убивай его, — прошептал он. Речник хмуро кивнул и вытащил пойманного на середину комнаты. Тот молча глотал воздух — Нецис убрал ладонь с его лица — и переводил взгляд с воина на мага и обратно. Он был немолод, но ещё крепок. Широкая травяная повязка обвивала бедро, из-под неё медленно сочилась кровь — видно, Фрисс задел её случайно.
— Это ты украл черепа? — тихо спросил Речник. — Мы заберём их и вернём владельцу. Не бойся, ни тебя, ни твоих родичей никто не обидит. Но черепа эти — не твои.
Житель моргнул.
— Ты человек, — пробормотал он, недоверчиво ощупывая руку Фрисса. — Настоящий человек, не то что этот белокожий. Зачем ты помогаешь болотным тварям?!
Нецис молчал, баюкая на ладони черепа. Казалось, только они его и занимают.
— Человек или нет, но я помогаю ограбленным, а не ворам, — хмыкнул Речник. — За то, что ты поднял мертвяков и натравил на город, тебя мало сжечь живьём, но…
— Погоди, Фрисс, — прошептал Некромант, накрывая черепа ладонью. — Это не он. Он ими пользоваться не умеет.
Житель скрипнул зубами, глаза его сверкнули.
— Вы видели, что эти мерзкие камни оставили от моего дома? Мне ещё повезло — я спас всех. Все мы, Риэни, спаслись оттуда, когда болотные твари… — он замолчал и судорожно сглотнул. — Я видел лодку в ночи. Знать бы заранее — пристрелил бы червя на месте!
— Червя? — удивлённо повторил Фрисс. — Так это не ты забрал черепа?
— Я, — кивнул житель. — Но слишком поздно. Додумался только к вечеру. Мертвяки успели повылезать и натворить тут дел. Пока соображал, как погасить зелёный огонь…
— Ты остановил мертвяков?! — Речник снова заткнул себе рот и чуть не прокусил ладонь от волнения. — А вызвали их…
— Силлиги, — сверкнул глазами Нецис, убирая ладонь с черепов. — Иного и ожидать не следовало. Кто, кроме них, справится с их артефактами… Сам Утумэс был тут. Даже ему мешает вода, поэтому он спускался на дно. Когда печать на кувшине была сломана… Скажи, Сторк, костяная стрела лежала вместе с черепами?
Житель вздрогнул всем телом, затравленно глядя на Некроманта.
— Откуда ты знаешь моё имя?! Ты человек?
— Черепа сказали, — без тени усмешки ответил маг. — Они тебя запомнили… и они на тебя в обиде. Так что сталось со стрелой?
Сторк с трудом поднялся на ноги. Фрисс помог ему. Речник был смущён до крайности.
— Вот она, — прошептал житель, выуживая из корзины завязанный узелок и вытряхивая содержимое на ладонь. Там лежали почерневшие крошки и хлопья пепла.
— Я растёр её в пыль и пережёг в очаге, — сверкнул глазами он. — Ни один чародей не соберёт её из праха. Только тогда зелёный огонь погас. Жаль, я не успел сделать с камнями то же…
— Ты очень смелый человек, Сторк Риэни, — покачал головой Некромант, ссыпая пепел обратно в узелок. — Смелый почти до безумия. Власти Хацаты должны бы одарить тебя…
— Вот ещё, — фыркнул житель. — Мы люди мирные. А если будет шум, болотные твари пронюхают и…
Он замолчал, с ужасом глядя на Некроманта. Фрисс недоумённо мигнул.
— Ни в коем случае, Сторк, — покачал головой Нецис. — Пока я жив, от меня Силлиги ничего не узнают. Но вот черепа… они молчать не будут. Ты решился уничтожить стрелу… Хватит ли у тебя смелости растолочь мрамор, а потом пережечь крошку? Я сделаю так, чтобы камни не сопротивлялись.