"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
— А здесь факелов не видно, — заметил Речник, проталкивая плот в узкий канал. Протока заканчивалась крепко сколоченным причалом с деревянными кольцами. Все они пустовали — никого не было в «порту» Ацтариса.
— Ни одного факела, — Фрисс посмотрел по сторонам. Что-то шелестело за стенами хижин, но что — он не видел под «чешуёй» из листьев Самуны. Плотные дверные завесы были опущены до самой «земли» — кто-то спасался от жары и не спешил выйти, чтобы поглазеть на чужаков. Фрисс поправил свёрнутую из листа шляпу и шагнул на причал.
— Силлиги огонь недолюбливают, — вполголоса сказал Нецис, бросая ему канат. — Как и полуденное солнце. Мы приплыли рановато, надо было подождать до заката…
От хижин потянуло дымком, запахло жареной рыбой и чем-то кисловато-влажным. Алсаг заинтересованно шевельнул ухом.
— Ждите здесь, — Некромант, сойдя на берег, подозрительно огляделся. — Проверю, что тут изменилось за последние годы. Смотрите, чтобы Флона не объедала крыши…
— Нецис, ты бы Грамоту взял, — Речник сунул руку в сумку. — Пригодится в переговорах.
— Фрисс, из меня такой посланник Реки… — отмахнулся маг и тихо скрылся за хижинами. Флона громко выдохнула и с любопытством уставилась на стену, обшитую листьями. Речник надавил ей ладонью на нос и заставил отвернуться.
— Тише, Флона, — он сгрёб с плота остатки затоптанной листвы и положил перед мордой Двухвостки. — Скоро поплывём в лес, я тебя покормлю.
Полуденную тишину нарушал только плеск воды. Принюхиваясь к запаху чужой еды, Фрисс задумчиво жевал сушёное мясо и ждал. Что-то мелькнуло за хижинами — Речник спрятал припасы и выпрямился.
— Мир тебе, северянин, — беловолосый, бледный до синевы житель в длинном пёстром балахоне с бахромой остановился на краю причала и склонил голову. — Почтенный Имальксиат приглашает друзей Нециса Изгнанного отобедать в его доме.
— Приятно слышать, — кивнул Речник и придержал за шкирку Алсага, поспешившего сигануть на берег. — Но здесь Двухвостка, она голодна, и оставить её я не могу — она полгорода сжуёт.
— Ну что ты, — житель неуловимо усмехнулся. — Для твоего зверя приготовлена еда, и за ним присмотрят.
Четверо в похожих одеждах выбрались из-за дома, неся на шестах охапки листьев Кийчи. Двухвостка радостно зафыркала и потянулась к еде. Фрисс осторожно перебрался на шаткий причал. Кот последовал за ним.
…Под сплетённой из листьев крышей просторной хижины было темно и прохладно — заметно холоднее, чем обычно бывает в тростниковом доме, Фрисс даже озяб и порадовался, что пришёл сюда в броне. Под расстеленными прямо на полу циновками еле слышно плескалась вода, от лепёшек, сложенных на огромное блюдо, поднимался пар, длинный судок с кислейшим соком матлы и утонувшей в нём варёной рыбиной медленно двигался по кругу, от одного едока к другому. Фрисс выловил небольшой кусок и завернул в толстую лепёшку. Вкус теста, солоноватый и водянистый, был ему незнаком и ни не что не похож.
— Плоды Мфенеси, — привычно пояснил Некромант, отрывая кусок лепёшки и обмакивая в сок матлы. — Полезнейшее растение местных болот… Ешь рыбу, Алсаг. Немного приправы вкус не испортит.
— Это, по-твоему, немного? — шевельнул усами Алсаг. — Это чистый хашт, а не пррипррава.
Некромант подобрал с циновки большую закупоренную флягу из плода Кими. Странный зубчатый орнамент был вырезан на ней. Некромант плеснул немного жидкости на ладонь и задумчиво лизнул пальцы.
— Кислуха? — усмехнулся Речник, проследив за вспыхнувшим взглядом Алсага — кот учуял знакомый запах. — Из чего же её гонят? Тут и тины-то пригодной нет… Где служители? Позову, пусть принесут чашки.
— Постой, — Нецис поднял руку и жестом подозвал хеска. — Алсаг, это тебе.
— Хаэй! — Речник цапнул его за запястье. — Тут что, отрава?! Не вздумай травить Алсага…
— Фрисс, ты в себе? — поморщился Некромант. — Тут нет никакой отравы. Это уланзи, отличная пальмовая брага. Наверное, привезли вместе с тем грузом камней… её гонят в Мецете, по ту сторону пролива. Но нам, в отличие от Алсага, нужен будет ясный разум. Силлиги не просто так решили угостить нас — им явно понадобилось время на размышления. А вот о чём они размышляют, сказать трудно.
— Река моя Праматерь… — Фрисс ненадолго прикусил язык, выжидая, пока беловолосый служитель унесёт пустой судок и скроется сам. — Думаешь, они готовят ловушку?
— Та-а… си-меннэль, — покачал головой Некромант. — Навряд ли. Но что-то у них на уме есть. Иначе мы сухой лепёшки от них не дождались бы.
Фрисс с сожалением покосился на миску, наполненную уланзи. Алсаг лакал его громко, с явным удовольствием, и понемногу впадал в расслабленно-блаженное состояние. Речник усмехнулся, но тут же насторожился — кто-то подходил к двери, медленно и тяжело ступая по тростниковому настилу. Нецис поднялся, встречая пришельца.
Дверная завеса вновь опустилась за спиной островитянина. Он был в длинной и широкой мантии, полы которой волочились по циновкам. Поверх накинут был балахон покороче — всего до пояса, украшенный бахромой и снабжённый капюшоном, полностью скрывшим лицо.
— Вы нассытилиссь, — голос пришельца, глухой и присвистывающий, показался Фриссу неприятным — настолько, что Речник поёжился, как от холода. — Хорошшо…
Он жестом велел Некроманту садиться и опустился на циновку сам, откидывая на спину капюшон. Бледная кожа блеснула тусклым серебром. Светлые волосы, похожие на мягкий пух, толстой нитью связаны были в пучок на затылке, на худом костистом лице едва выделялся маленький бугорок носа, под прозрачной, похожей на стекло плёнкой светились лишённые век глаза — зеленовато-жёлтые, сверкающие, прозрачные, как чистый кварц. Всё, что ниже носа, закрыто было полосой плотной ткани, обёрнутой вокруг шеи.
— Он засслуживает доверия? — Силлиг указал бледной ладонью на Речника.
— Фриссгейн заслуживает доверия больше, чем ты и я, вместе взятые, — хмуро кивнул Некромант. — Что насторожило тебя, почтенный Имальксиат?
— Многое насстораживает меня, Нецисс Изгнанный, — прошелестел тот, переводя немигающий взгляд с мага на Речника. — Эти дни несспокойны, повссюду видитсся угроза…
— Ты опасаешься меня? — растерянно мигнул Фрисс и потянулся за сумкой. — Напрасно, я вовсе не…
Грамота неярко сверкнула в его руке, озарив сумрачную хижину бирюзовым и изумрудным светом. Силлиг отшатнулся.
— Хассса! Сспрячь! — он закрыл глаза узкой ладонью. Нецис бросил на Речника свирепый взгляд и молча указал на сумку. Фрисс озадаченно заморгал.
— Сссс… сслишшком яркий ссвет опассен для глаз, — Имальксиат медленно отвёл руку от лица. — Вот это и ссмущает меня, Нецисс Изгнанный. Сслишшком много ссвечения…
— Я сразу сказал, что работа не из лёгких, — покачал головой Некромант. — Но ваши умения…
— Нашши умения недёшшево сстоят, — Силлиг низко надвинул капюшон. — Мы иссполним твою проссьбу, ученик Зелгана, вопросс лишшь в цене…
— Моя цена кажется тебе низкой? — насторожился колдун. — Или ты боишься обмана?
— Ссссс… Ты чесстный Некромант, это вне ссомнений, — слабо махнул рукой Силлиг. — Жемчуг, аметиссты… ссокровища ссеверных земель… У насс ессть камни подороже… ссущесственно дороже. Вернее, были до посследних дней… Несспокойные дни, Нецисс Изгнанный, дни, полные тревоги и сстраха… Ессть вещи, которые для насс дороже ссеверных ссокровищ. Ессли тебе нужна нашша помощь, верни их нам.
Некромант переглянулся с Речником и как будто насторожился, но голос его остался спокойным.
— Что случилось, почтенный Имальксиат? — спросил он. — О каких вещах ты говоришь?
— Вещи большшой ссилы, ученик Зелгана. Большшой древноссти и большшой ссилы, — похоже, Силлиг волновался даже сильнее, чем Речник. — Три черепа из белого мрамора и косстяная сстрела. Вссе они лежали в одном кувшшине из чёрной глины, в надёжном тайнике — и вссе они вмессте были похищены. Один знорк из Хацаты украл их и унёсс, думая, что они уссилят его. Мы проссили вернуть их, но власститель Хацаты ссуров к нам, болотным сстранникам. Помощи мы не получили…