"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
- Мы не враги, и зла вам мы не хотели, - сказал Речник, положив перевязь с мечами на обелиск. С досадой он заметил, что его голос звучит невнятно. Брызги сока, похоже, попали и на щёки, теперь опухло и лицо.
- Он отравлен, - кто-то из форнов внимательно посмотрел на ноги Речника. - Трава укусила его. Это плохо...
- Шафагат решит, что делать с ними, - махнул рукой форн в доспехах. - Форнэй! Довольно галдеть! Идите сюда, все, кто видел Ил-Хси...
Фрисс переступил через высокий порог, держась за руку Нециса. Изнутри в лицо ему ударил горячий ветер. В доме было ещё жарче, чем снаружи.
Каменные чаши, наполненные кей-рудой, освещали коридор со множеством дверей, заложенных до половины и прикрытых циновками. Фрисс уловил запах жареных грибов, пряностей и печёных плодов Чинпы - и, как ему померещилось, чего-то наподобие кислухи или даже нийока.
Последняя завеса, толстая, многослойная, закрывала дверь, в которую прошёл бы, не пригнувшись, даже Гедимин. Из-за неё слышались приглушённые голоса, время от времени прерывающиеся гулким рёвом. Гицка, передав арбалет одному из форнов-стражей, откинул завесу и остановился на пороге.
- Шафагат! - пронзительно закричал он. - Мы привели знорков!
- Дай им войти, - прорычало невидимое существо. - Кто ещё ранен?
- Никто больше, - покачал головой Гицка. - Но все забрызгались. Всем войти сюда?
- Если могут ходить - пусть ходят под солнцем, - рык существа стал тише и спокойнее. - Это для Вуты, и будет ещё.
Двое форнов отдали Гицке закрытый сосуд - небольшой, покрытый сажей, но и под копотью Фрисс узнал речное стекло.
- Шафагат! Эвча спрашивает, что делать с озером, - не спешил уходить Гицка. Существо громко вздохнуло.
- Есть вода в колодце. Пусть все знают, что озеро отравлено. Эвче скажи - после дождей очистится.
"Дела..." - покачал головой Речник. "Чего я не хотел, так это портить чужую воду. Хватит ли сил это исправить..."
- Идите сюда, знорки. Встаньте там, где я могу видеть вас, - сказало существо, и Фрисс, отодвинув Гицку с дороги, первым вошёл в сумрачную залу.
Эта комната была велика и для форнов, и для людей. Речник даже не сразу заметил, где разместились раненые и те, кто пришёл с ними. У стен, на постеленных одна на другую циновках, могли бы устроиться все форны с площади, и ещё осталось бы место. Огненная чаша источала багровый свет и прозрачный дым, а рядом с ней в огромном каменном кресле сидел ярко-красный дымящийся Скарс.
Ему было немало лет - Фрисс видел выцветшие пятна на красной коже, поломанные шипы, страшные шрамы, нелепый обрубок, оставшийся от уха... Хвоста у Скарса не было вовсе. Двое форнов устроились рядом на подлокотнике и смотрели на плечо демона. Что-то раздувшееся, пятнистое, с трепыхающимися плавниками присосалось к нему. Фрисс удивлённо мигнул, узнав одну из огромных болотных пиявок. Такие твари бесшумно летали над затопленным лесом - и Речник ни за что на свете не подпустил бы такую пиявку к себе.
Один из форнов перехватил пиявку поближе к челюстям и приложил к её хвосту дымящийся осколок кей-руды. Тварь дёрнулась, но всё же отцепилась и повисла в его руке, раздувая бока. Форн сунул пиявку "головой" в проворно подставленный кувшин и сжал двумя руками посреди туловища, выдавливая из неё выпитое. Второй вытряхнул из шевелящегося мешка ещё одну пятнистую тварь. Скарс покосился на него и оскалил клыки.
- Фенра! Иди отсюда - и учись уже экономить реагенты! Тем, что ты из меня сегодня выцедил, десять городов опоить можно.
- Прощения просим, - неловко поклонился форн, бросил пиявку обратно в мешок и спрыгнул с подлокотника, одновременно отбирая у второго форна "опустошённое" существо. Кувшин унесли к стене и спрятались с ним за огненную чашу. Фрисс услышал бульканье, шипение и плеск и почуял запах горелого мяса и окалины.
- Знорки, - Скарс перевёл взгляд на пришельцев. - Знорки, пришедшие издалека... Я Шафагат, повелитель Кьюскена, и вы на моей земле. Кто вы такие?
- Я Нецис Изгнанный, - склонил голову Некромант. - Силы и славы тебе, властитель.
- Я Фриссгейн, посланник Великой Реки, - сказал Фрисс, пытаясь чётко выговаривать слова. - И со мной Верительная Грамота.
Он сунул непослушную руку в сумку, но футляр никак не нашаривался. Пальцы жгло, а времеанми они утрачивали чувствительность. Шафагат снова показал клыки, его глаза недобро сверкнули.
- Здесь не Великая Река, - сказал он, выдохнув дым. - Оставь свои поиски. Некромант и водяной маг... Вы спасались от Ил-Хси на моей земле, так? Вы спасли свои жизни, да, но моему городу это дорого обошлось. Мои воины были ранены, защищая вас. Озеро Кюска наполнилось ядом, и одним богам известно, когда его вода очистится. И к тому же... Гицка! Что там ещё?!
- Шафагат! - форн выпрыгнул из-за дверной завесы, размахивая пучком сухой травы. - Вута просит огня! Ил-Хси видели на всех западных улицах. Весь запад нужно выжечь, пока не укоренилось...
- Фаррраррх! - клуб дыма из пасти Скарса взлетел к потолку. - Весь запад?!
- От стены до убежища, - понурился Гицка. - Очень много побегов, они там повсюду.
- Я сам взгляну на это, - угрюмо прорычал Шафагат. - Собирайте все плоды, все листья, всё, что пойдёт в дело. Пусть Вута ждёт меня...
"Нецис, ты можешь ещё колдовать?" - спросил Речник, не глядя на Некроманта. "Если нам придётся вырываться отсюда с боем... У меня немного сил."
"Фрисс, мы не убежим далеко," - отозвался Нецис. "В тебе слишком много яда."
- Мы выжжем западные улицы, - Скарс подпёр голову когтистыми лапами и выдохнул дым. - Выжжем все деревья и все травы. И десять лет пройдёт, пока там вырастет хотя бы одна Чинпа. Вы отняли у нас урожай десяти лет! Чем вы можете заплатить за это, знорки?
- Вута говорит... - Гицка снова выглянул из-за дверной завесы.
- Знаю, - сверкнул глазами Скарс. - Их тряпьё и их плоть - этого слишком мало. Что вы умеете делать, знорки? Чем вы поможете Кьюскену? Я оставлю вас тут, пока не сочту плату достаточной, хоть бы пришлось тысячу лет держать вас на привязи!
- Постой! - Фрисс с трудом поднял негнущуюся руку. - Постой, Шафагат. Это из-за меня пострадал твой город. Нецис тут ни при чём. Отпусти его... а я избавлю твоё озеро от яда. У вас снова будет чистая вода. И ещё... я могу привести для вас воду из-под земли. У вас будет два источника - и если один из них иссякнет, вы не останетесь без воды.
Он смотрел в горящие глаза Скарса. Трудно было не отвести взгляд, но Речник выдержал.
- Ты много обещаешь, Фриссгейн, - оскалился Шафагат. - Я узнаю, чего стоят твои обещания. Иди и исполняй их. Эвча и Гицка за тобой присмотрят.
- Ты отпустишь Нециса? - нахмурился Речник. Скарс выдохнул облако чёрного дыма.
- Не тебе ставить условия, знорк. Иди! Что можешь сказать ты, Некромант? Может, ты поднимешь из мёртвых наши деревья и пряные кусты?
- Шафагат, ты злишься и от этого поспешен в решениях, - склонил голову Нецис. - Фриссгейн не сможет ничего сделать для вас, пока не получит противоядие. Ты же видишь, что он еле держится на ногах.
- Фаррх! - из пасти Скарса показалось пламя. - Фенра, дай ему лекарство - столько, сколько нужно знорку. Гицка, сразу после этого веди его к озеру. Пусть исправит то, что сам натворил, и я отпущу его. Некромант, ты не ответил мне. Что ты сделаешь для моего города?
Фрисс неуклюже шмякнулся на циновку. Ему казалось, что ступни распухли вчетверо, а руки превратились в брёвна. Форн сунул ему под нос густую чёрную жижу, пахнущую горелым мясом.
- Мне не оживить твои деревья, Шафагат, - покачал головой Нецис. - Но я могу отвадить хищную лозу от Кьюскена. Я подниму для вас чёрного ицколотля. Он будет охранять город. Ничто не пересечёт его границу без твоего ведома и разрешения. Ничто...
Форны вздрогнули. Все взгляды сошлись на Некроманте. Шафагат привстал с трона.
- Чёрный ицколотль? И у тебя, знорк, хватит на это сил?!