"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
...Фрисс навьючивал тюки на Гелина. Их стало гораздо больше за последние дни. Путники запаслись едой и водой, кормом для Алсага и спальными коконами для себя... В самом ценном тюке лежали отрезы тальхумового полотна, белого и крашеного.
- Ткань холодная и непрочная, - предупредил Некромант.
- Будто у нас лучше, - отмахнулся Фрисс и проверил сумку. Металла в ней оставалось всё меньше, зато красильных порошков и пряностей хватило бы на весь Фейр. И Речник уже думал, сколько он оставит себе, а сколько - раздарит.
- Нецис, а ты дневник ведёшь? - спросил Фрисс, перебирая листья Улдаса. Он не думал, что когда-нибудь сам приедет туда, где растёт это дерево, и где сшивают из его листьев тетради, но теперь в его дневнике прибавилось листов.
Маг вздрогнул.
- К чему ты спрашиваешь?
- Тут листья Улдаса, возьми для записей, сколько надо, - сказал Речник. - Ты же Некромант, будешь записывать новые заклятия...
Нецис неуверенно усмехнулся.
- Двух листьев хватит. Поберёг бы деньги для друзей и родни...
- А ты кто? - удивился Речник. - Бери. Как тебе колбы, пригодные? Это стекло с Великой Реки, пришлось поискать его в Ритчи...
- Целая лаборатория, - усмехнулся маг, перебирая колбы и плошки. - Даже жалко, что я так плох в алхимии...
- Да кто же тогда хорош?! - Речник пожал плечами и на всякий случай пощупал руку - не потекла ли снова слизью. - А то зелье, что ты искал, нашлось?
- Да, держи, - Нецис высыпал в его ладонь три маленьких свёртка. - Порошок Ичока. Несколько крупиц в воду, и жажда отступит на сутки. А после одного свёртка можно неделю не есть, не спать и не останавливаться. Конечно, лучше, если до этого не дойдёт... потом ещё неделю тело не собрать, и голова мутная, но кто знает, как быстро нам придётся бежать...
- И это делают из... из кун? Из семян Кууси? - недоверчиво спросил Речник. Маг кивнул.
- Кууси много где растёт, но Ичоку делают только здесь, в Ритчи. Местный рецепт... Мне о нём рассказал Алсек, у него здесь родня.
- Что же мы к ним не зашли? - удивился Фрисс.
- Чем дальше мы от Айгената, тем спокойнее путь, - поморщился Некромант. - Мало тебе приключений?
- Сдаётся мне, что от Аойгена не спрячешься, - задумчиво отозвался Фрисс. - Он от нас ни на шаг не отходит... Не нравится мне то, что творится в Кецани. Я уже такое видел - однажды в Хессе... Как по-твоему, Ангахар властен над Саламандрами?
- Над ними - нет, но вот что в холме делали да"анчи... - маг пожал плечами. - Мне тоже не нравится. Такая тряска не к добру...
Глава 21. Айятуна
- Смотри! Мегины в бубенцах! - Фрисс ткнул пальцем в небо. Гигантские летучие мыши летели клином на восток, и стеклянные бубенцы, привязанные к их ошейникам, звенели на ветру. Седоки в ярких праздничных накидках, закинув за спину магические жезлы, смотрели на странных путников с любопытством и без угрозы. Замыкающий помахал им рукой. Фрисс помахал в ответ и перевёл взгляд на вереницу анкехьо. Бесконечный караван ящеров, увешанных пёстрыми кистями и погремушками, бежал резво, невзирая на нелёгкую поклажу и множество седоков. Следом за ящерами по обочине мчались, едва касаясь земли, крылатые кошки-йиннэн, белые и золотистые.
- Сегодня, как мне помнится, пятое Иттау? - ненадолго задумался Нецис. - Города готовятся к великому дню...
- Праздник Крыс! - усмехнулся Речник. - Где я только его ни встречал...
Он вздохнул. Уже пятый год не получалось встретить Праздник Крыс как положено - в Фейре, со знакомыми жителями, с Кессой... где-то сейчас Кесса, отпустили её в Фейр на гуляния, или она осталась в золотом городе? Главное, что в этом году её не услали ни на какое задание, и никакая тварь не пытается заколдовать её или покалечить! Фрисс ещё вернётся на Реку, тогда они и расскажут друг другу, кто как прожил это лето. А пока впереди чужой город, Айятуна, закованная в золотую броню, и кто знает, рады ли там гостям...
- В эти дни в стране Кеснек раздают еду на улицах, - задумчиво сказал Некромант. - В основном печёные листья Нушти. А в праздничную ночь поят всех разбавленным ицином.
- А как в Айятуне встречают пришлых Некромантов? - спросил Речник. - Пустят нас в город, или опять остановимся в застенье?
- Сколько себя помню, в Айятуне всегда было спокойно, - пожал плечами колдун. - Гелин, идём дальше, пока дорогу не заняло стадо куманов...
Речник смотрел вниз, под лапы демона, видел гладкие плиты мостовой и маленькие столбики вдоль обочины - на них установлены были кристаллы церитового стекла, в ночной мгле освещающие путь. Вдоль дороги зеленели жёстколистные папоротники, Улдас склонял ветви над путниками, даря им прохладу. С юга на север тянулись каналы, и, заглянув под очередной мост, Фрисс увидел утиную стаю. Дикие фамсы реяли в воздухе, а совсем низко над полем висели большие раздувшиеся канзисы. Медузы-переростки отжили свой срок, теперь они готовились упасть и растечься слизью. Уборщики, оседлавшие тощих куманов, сталкивали полудохлых медуз с дороги и вылавливали из каналов.
- Я видел ступенчатые храмы в городах Ти-Нау, - задумался вдруг Речник. - Скажи, они никого не приносят в жертву в эти дни?
- Не в Айятуне, - покачал головой Нецис. - Знаю, что тут сжигают плоды, колосья и пряности... может, закалывают кумана, а потом раздают мясо чужеземцам. Здесь в этот день прославляют Хелана Молнию, а он был бы против убийства разумных...
- Хелана?! Илирика, героя древности?! - изумился Речник.
- Да, это его день, - кивнул маг. - Хелан отвёл когда-то от народа Ти-Нау гнев богов, с тех пор его тут почитают. Ты, как изыскатель, должен бы его уважать...
- Какой из меня изыскатель... - отмахнулся Фрисс. - А Илирик был великим героем, и Ти-Нау поступают правильно. Можешь указать мне, какой храм ему посвящён?..
Очередной караван ящеров загородил всю дорогу. Они волокли огромные стволы Чилонка, груды листьев, ящики колючих листьев Нушти и - неизвестно для чего - бочонки с дохлыми медузами. Какая-то заминка случилась у ворот, и стража никак не могла пропустить эту кавалькаду. Гелин переминался с лапы на лапу, свесив язык набок. Дело шло к вечеру, солнце не пряталось за облачком ни на секунду с самого утра, и земля дымилась и трескалась под свирепыми лучами. Фрисс, попробовавший на себе действие Ичоки, глядел на серебряное небо без страха, дышал легко, но прохладу Реки всё равно вспоминал с тоской. Купальни купальнями, но так давно он не плавал в настоящей реке...
- Мирр вам! - поприветствовал путников кто-то с обочины. К Гелину, уворачиваясь от шипов анкехьо и свисающих отовсюду листьев тростника, пробирался Ти-Нау, а за ним следовал белый кот-йиннэн. Ти-Нау, судя по рыжей броне, был из местного войска. Фрисс тут же насторожился, Нецис пригнулся к седлу.
- И вам мир, стражи Айятуны, - кивнул Речник. - Нет ли в городе запасных ворот? В этом караване, верно, сейчас пересчитывают всех медуз в бочонках, и пока не пересчитают, мы до города не доберёмся...
Стражник хмыкнул.
- Не так всё плохо, путники, скоро вы войдёте в Айятуну. Постоялые дворы нынче переполнены, все стекаются в город перед Ночью Хелана. И вы приехали сюда на праздник?
- Верно, - согласился Фрисс. - Мы слышали, что празднуют в Айятуне весело, и что гостям тут рады.
- Нушти! Кому листья Нушти? Тёплые, только что из печи! - закричала торговка с другой обочины. - А кому Меланчин? Сочный молодой Меланчин, ни капли горечи! Кому Меланчин с пряностями? Кому жареных микрин? Всего один медный ча за связку микрин!
Алсаг шумно выдохнул и сунул нос в тюки с припасами. Нецис спешился ненадолго и вернулся с толстым листом Нушти.
- Фрисс, ешь. Это обычай, - Некромант оторвал кусочек и с явной неохотой прожевал его.
- Чужестранцы, вы похожи на людей с необычными дарами, - заметил стражник с обочины. - Мы ищем сейчас таких. Тем, кто устраивает разные штуки для увеселения в Ночь Хелана, платят немало. Сам наместник, благородный Синчи Мениа, нанимает людей для праздника...