"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
- Божки пустыни - ничто перред Ррекой и её Рречниками, - убеждённо сказал кот, приоткрыв один глаз. - Вот только не хотел бы я снова её перресечь...
- Если снова пойдём в пустыню - разделимся, - нахмурился Фрисс. - Боги пустыни не любят меня, а мучают тех, кто со мной. Без меня вас не обидят. Как твой хвост?
- Норрмально, - Алсаг на мгновение развернул перепончатый веер на хвосте и вновь спрятал его. Фрисс нащупал костяные выросты-зубцы под нижней челюстью хеска - они были прикрыты мехом, но в колено Речника упирались ощутимо.
- Нецис пррогуливается, - муркнул хеск, укладывая на Фрисса тяжёлые лапы. - Веррнётся ли к ночи?
- Он Некромант, для него ночь - как для нас день, - хмыкнул Речник. - Ему надо размяться, пусть бродит.
- Я-то не прротив, местные не ррассеррдились бы, - кот закрыл глаза и засопел. Фрисс покачал головой и откинулся назад, прислонившись к нагретой солнцем стене. Высоко в чистом небе пролетел тёмно-зелёный дракон, один из стражей Ритчи, выписал в воздухе спираль и скрылся за ступенчатыми стенами крепости. Невдалеке, в маленьком храме застенья - на пологом холме, выложенном булыжниками - жрец-менн провожал солнце прощальной песней. Фрисс слушал, прикрыв глаза, ему виделись истоки Канумяэ, белые скалы и хрустальные водопады, а ещё - далёкий и древний город Наахеш, давние странствия по западным пустошам, Старые Города и сарматские станции. "Зря не надел скафандр, когда пошёл в пустыню!" - запоздало пожалел Речник. "Небось, к сармату лезть никакой божок не захочет..."
На рассвете что-то дробно застучало по сухой земле, тихо защёлкало над ухом. Фрисс поднял голову, потёр онемевшую щёку - мех Алсага отпечатался на коже мелкими красными полосками - и озадаченно посмотрел на огромного красного паука. Тварь, закованная в багровую броню, была толста, приземиста, коротколапа, ощетинилась пиками острых костей и бессмысленно таращилась глазницами десятка черепов, встроенных в её туловище. Холодный свет Квайи дрожал над ней в утреннем полумраке. На спине паука, раскинув руки и уткнувшись лицом в броню, спал Нецис.
- Ишь ты... Настоящий токатль, - прошептал Речник, неприязненно глядя на костяного голема. - Давно я их не видел...
Нецис заворочался на жёсткой броне, подобрал руки под себя и поёжился от утренней прохлады. Речник накинул на него плащ, стараясь не прикасаться к пауку-нежити. Некромант тихо вздохнул, закутываясь в плащ с головой, и снова оцепенел. Фрисс покачал головой и вернулся на крыльцо. Алсаг дремал на ступеньках. В небе навстречу друг другу летели два Изумрудных Дракона, и Речник пригнулся, когда услышал их рёв. Драконы выдохнули пламя, но огненные потоки разошлись над городом, никого не задев. Ночной караул уступал место дневному, только и всего. Никакой опасности нет... Фрисс протёр глаза и неуверенно побрёл к дому.
Хозяев уже не было - менны просыпались рано. Очаг ещё не остыл, и Речник выкопал из углей большой горшок, из которого пахло пряностями и пареным зерном.
- Икенурр, - определил кот, понюхав то, что Ренчик высыпал ему в миску. - Здесь коррмят икенурром даже зноррков, не только нас?
- Ешь, Алсаг. Это хорошая еда, - отозвался Фрисс, поглощая варево. Здесь растили много полезных трав - фарью, маленькую лозу с толстыми стручками, Кемшу, к пряным семенам которой не нужны приправы, Сетту с мясистыми листьями... На дне горшка нашлось и мясо. Речник поделился с котом и подумал, не разбудить ли Нециса, чтобы и он поел.
Некромант вместе с пауком уже забрался под навес. Теперь нежить лежала под боком у Гелина. Демон топорщил усы и брезгливо подбирал лапы.
"Откуда мертвяк?" - недовольно спросил он.
"Нецис сделал. Зачем - у него спроси," - усмехнулся Речник. Будить Некроманта ему расхотелось.
"Маг тренируется, а я чем занят?!" - покачал он головой.
Под навесом, у стены, под громоздким телом Гелина, лежали обрубки Чилонка - гигантского тростника, самой высокой из трав, а чуть поодаль, под открытым небом - вороха длинных жёстких листьев. Фрисс подобрал одну "травинку" и поставил её стоймя, укрепив в одной из трещин в сухой земле. Лист Чилонка слегка изогнулся, но не упал, - это была очень грубая трава, на ощупь схожая с шершавым камнем, ей устилали дороги, а потом прибивали к башмакам деревянные подошвы, чтобы Чилонк не протёр их и не изрезал пятки... Фрисс достал мечи и в один удар отсёк от листа два куска. Клинки слегка светились, по ним бегали весёлые искры, и режущие кромки были остры, как стеклянные сколы...
Фрисс заметил, как пара смутных теней скользнула по небу, но внимания не обратил и обернулся лишь на шаги за спиной и взволнованный голос кого-то из местных, судя по шипению, иприлора:
- Путники сс запада здессь, под кровом Шшайи Тханьи! Госспожа Тханьи ссейчасс в отлучке...
- Не беспокой её попусту, житель, - спутник иприлора, бородатый синдалиец в мантии с меховой оторочкой, остановился невдалеке от Речника. Его взгляд был жёстким и ярким, как взор хищной птицы. Двое воинов Вегмийи в броне из выбеленной кожи встали с двух сторон от синдалийца, раздвоенные жезлы в их руках горели зловещим огнём.
"Опять начинается..." - поморщился Речник и шагнул к пришельцам, не опуская мечей.
- Что случилось? - спросил он.
Поодаль, тяжело хлопая крыльями, опустилась гигантская летучая мышь. Второй синдалиец с охраной ступил на твёрдую землю. Первый глянул на него через плечо, и его лицо окаменело.
"Гелин, буди Нециса! Эти шестеро за нами явились..." - мысленно крикнул Речник. Демон ошалело затряс головой и поддел лапой костяного паука. Голем вылетел из-под навеса, проскрежетал брюхом по тропинке и врезался в дерево. На всех посыпалась медузья икра, синдалийцы отступили, поспешно отряхиваясь. Фрисс сунул меч в ножны, утёр лицо и вновь взялся за рукоять.
- Мы мирные странники, - хмуро сказал он. - Зачем вы к нам явились? Если вы за Некромантом, то лучше бы...
- Тише, тише, чужеземец, - первый из синдалийцев показал ему пустые ладони в знак мирных намерений. - Некромант может спать спокойно. Моё имя - Тхия ве-Нгиса. Я из дома ве-Нафастэ...
Он со значением посмотрел на Речника, но тот остался безучастным - местных властителей он не знал и узнавать не стремился. Кецань приняла его нерадостно, с тех пор, как он взял в спутники Нециса Некроманта, знакомство с владыками не сулило ему ничего хорошего.
- Ифат всегда лезет в каждую щель, - вполголоса заметил второй синдалиец, поравнявшись с первым. - А городом пока что правит Саука Хурин Кеснек, и забывать об этом не следует. Я Эдгем ве-Набар, его посланник. Слава о тебе летит на крыльях ветра, воин Великой Реки. Не ты ли победил пустынных духов под стенами Эхекатлана? Правда ли, что подземные воды тебе повинуются?
- Мои предки провели воду в города страны Кеснек, - нахмурился Фрисс. - И я могу так сделать, если меня попросят по-хорошему. Уберите оружие!
К его изумлению, воины Вегмийи медленно опустили жезлы, хотя взгляды их не стали дружелюбнее. Тхия ве-Нгиса мимолётно усмехнулся и склонил голову.
- Ифат ве-Нафастэ - всего лишь посланник дома Навмении в этом дивном городе, - сказал он. - Что же делать, если дела Ритчи и его жителей так волнуют Навмению... Говорят ещё, Фриссгейн Кегин, что ты благороден, и что тебя не нужно умолять о помощи...
Речник с трудом подавил желание удрать куда подальше и кивнул. "Ну да... Навменийцам положено знать всё. Эти ославят на весь мир... Ладно, спрошу, что у них стряслось," - подумал он, переводя взгляд с одного посланника на другого. Они между тем косились друг на друга.
- Кому нужна помощь? - спросил Речник. - Если это возможно, я помогу.
Один синдалиец погрозил другому посохом и подошёл к Фриссу ещё на шаг.
- Если духи песков и кладбищ не страшат тебя, то не испугают и демоны камня, - сказал он. - Наши воины перед ними отступили. Они к северу от Ритчи, на Тальхумовых полях, их след отмечен поломанными стеблями и развалинами хижин. Живые холмы ползут к городской стене, Фриссгейн, и оружие Вегмийи не берёт их.