"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
Мелкие искры посыпались с его пальцев, погнались за да"анчи, и личинки брызнули во все стороны. Фрисс придавил несколько штук, остальных, сбившихся в плотный огнедышащий рой, но не успевших напасть, сжёг молнией. Голова Иджлана приподнялась, в глазах появилась слабая искра любопытства.
- Да"анчи слетаются на твою кровь, - сказал Речник, доставая из сумки склянку воинского бальзама. - Полежи спокойно, я смажу твои раны хорошим зельем. Личинки больше не учуют тебя, а шкура срастётся.
Демон не шевелился. Фрисс подошёл вплотную, осторожно провёл рукой по густой чёрной шерсти, - существо лежало спокойно.
"Зачем тебе это, знорк?"
Удивлённый голос прозвучал в мозгу Речника, минуя уши. Фрисс мотнул головой - нет, ему не послышалось. Иджлан смотрел на него изучающе, его усы не шевелились - значит, говорил он не пастью.
- Долг велит мне помогать тем, кто нуждается в помощи, - ответил Речник, не отводя взгляда. - Не бойся, я не заставлю тебя служить мне. Теперь не двигайся, зелье сильно жжётся.
"Долг... Я тоже верен был долгу, знорк. Тогда меня звали Шарраэн, теперь я никто," - грустно сказало существо и первым посмотрело в сторону. Речник посмотрел на глубокий рваный след на его боку и присвистнул. Человек не стерпел бы такой боли...
- Моё имя Фриссгейн, - сказал он. - Мой дом на Великой Реке. Ты издалека?
"Из Фаайдинна. Ты не слышал об этом месте, знорк Фриссгейн," - ответил Иджлан. Как показалось Фриссу, говорить он сейчас не хотел...
... - Почему ты так думаешь, Шарраэн? - Фрисс в недоумении пожал плечами. - А если не ты бросил их, а они бросили тебя, когда отступали? В дни Волны трудно сохранять ясность ума. Что, если сейчас они разыскивают тебя по всему Хессу и не могут найти?
Он сидел в тени огромного демона, прислонившись к мохнатому боку, и грыз сушёное мясо, прихваченное ещё в Хэнгуле. Иджлан, задумчиво помахивая хвостом, развалился на песке. Рубцы на его боках уже не сочились сукровицей, их края сомкнулись. Фрисс пытался распутать шерсть и очистить её от засохшей крови, но без воды получалось плохо. Мех у Иджлана был длинный, мягкий, иссиня-чёрный с тонкими тёмно-красными полосками, расступался он только на брюхе, покрытом прочнейшей чешуйчатой шкурой серебристо-синеватого цвета. Если не считать окраски и длинного хвоста с клешнёй на конце, существо походило на помесь волка и гиены, с короткой толстой шеей и длинной мордой, и в его пасти было очень много зубов.
"Пустые домыслы, знорк. Если Гиайны оставили меня, значит, они уже мертвы. И вина в этом - моя," - Шарраэн был мрачен. "Теперь моя доля - доживать здесь, в мире знорков, ждать, пока смерть избавит меня от позора. В том году меня держали в плену дикари. Теперь они бросили меня, а ты нашёл."
- Погоди, Шарраэн, - Фрисс запрокинул голову, чтобы встретиться с ним взглядом. - Зачем тебе оставаться в Орине? Возвращайся в Хесс. Волна закончилась, а ты так силён, что никто не встанет у тебя на пути. Вернёшься к родичам и Гиайнам, в Фаайдинн.
"В Фаайдинне меня не примут. Я нарушил долг, оставил свой отряд, теперь даже смерть слишком хороша для меня," - отозвался Иджлан. "Ты выглядишь как воин, пусть ты знорк, но более достойных воинов я пока не видел. Ты можешь убить меня?"
- Я не собираюсь тебя убивать! - крикнул Речник, поднимаясь на ноги. "Ну что за проклятие на мне, мало, что ли, было мне Алсага?!" - думал он с досадой. Шарраэн равнодушно смотрел на него. Фрисс тихо вздохнул, остановился и снова заглянул в ничего не отражающие глаза.
- Хеджи сделали тебя вьючной скотиной? Унижали тебя и мучали?
"Их клеймо до сих пор на моём ухе," - бесстрастно ответил Иджлан. "Я не могу откусить ухо сам себе. Не то чтобы оно унижало меня... Я - джохту, изменник, существо без чести, меня теперь ничто не унизит."
- О боги... - Речник тяжело вздохнул. До уха демона было нелегко дотянуться... Клеймо и правда оказалось там - на самом кончике, несколько тонких рубцов, знак одного из хеджийских племён. Хеск не шелохнулся, когда острое лезвие рассекло его шкуру и сделало ухо немного короче.
- Всё. Теперь ты никому не раб, - сказал Фрисс, спрыгнув обратно на землю. - И откусывать не надо. Можешь идти, куда хочешь.
"Я никуда не хочу идти, знорк," - Иджлан опустил голову на лапы. "Некуда мне идти."
- Так не пойдёт, - покачал головой Фрисс. - Ты - могучий воин, не годится тебе лежать тут и ждать смерти. Хочешь, я отведу тебя в страну Кеми? Там много славных магов. Они вернут тебя в Хесс... или ты останешься с ними, будешь великим защитником какого-нибудь города. Согласен?
"Мне всё равно, знорк," - Шарраэн повернул голову к Речнику и почти коснулся его носом, Фриссу жутковато стало рядом с огромной пастью демона, но виду он не подал.
- Тебя не обидит, если я сяду тебе на спину? - деловито спросил он, закинув сумку за плечо. Шарраэн дохнул ему в лицо - горячий воздух не пах ничем, кроме гари и едких испарений. О чём существо думает, Фрисс даже не догадывался. Мысли не отражались в глазах демона, или, может, Речник недостаточно знал о таких существах...
- Интересно, ты умеешь дышать огнём? - задумчиво спросил Фрисс, хватаясь за луку седла и взбираясь на спину хеска. Тот резко распрямил лапы, но Речник удержался и сел, с замиранием в груди осматривая окрестности. Наверное, никому из людей ещё не доводилось ездить на Иджлане!
"Можешь ездить на мне, знорк Фриссгейн. Но запомни одно - я не буду сражаться для знорков," - существо негромко зарычало. "Куда тебя везти?"
- Я ищу какую-нибудь химу. До какой из них мы доберёмся быстрее? - спросил Речник, думая про себя, что ему невероятно повезло. Могучий демон, не знающий усталости, не нуждающийся в пище, почти не испытывающий жажды... Если он поможет Фриссу попасть в Кештен, этого Речнику будет достаточно.
"Ближе всего - хима Тули," - демон громко фыркнул. "Поселения хеджей наполнены вонью. Ты пахнешь иначе, знорк Фриссгейн. Твой запах напоминает о речных заводях. Я отвезу тебя в Тули, если удержишься в седле..."
Он распластался в длинном прыжке над барханами. Фрисс усмехнулся. Он даже не держался руками, да и не за что было держаться. Седло мягко покачивалось из стороны в сторону, Иджлан бесшумно опускался на песок и летел дальше. Солнце ещё сияло вполсилы, по белесому небу пролегли зеленоватые разводы, до раскалённого полудня было далеко, и Фрисс надеялся провести его в тени шатров, за чашей темарина. С чем его пьют, Речник не знал, но думал, что гаже кислухи напитков нет, а значит, темарин сгодится.
- Как называется безмолвная речь вашего народа? - спросил Фрисс. Мягкий шаг Иджлана ничуть не мешал думать и даже разговаривать. Демон вздрогнул и слегка присел - похоже, он думал, что Речник сейчас цепляется за седло и мечтает только о том, как бы не упасть...
"Она называется Хлок. Если будешь думать отдельными словами, я услышу тебя. Знорки так умеют?"
"Шарраэн!" - мысленно позвал Фрисс. Хеск остановился, его уши повернулись к седоку.
"Я слышу тебя, знорк Фриссгейн. Зачем тебе нужен Хлок?"
"Долг велит нам учиться полезному у всех существ," - эта фраза была посложнее, Фрисс старался мысленно выговаривать каждое слово. "Ты не устал, Шарраэн?"
"Держись крепче! Ещё три прыжка, и будешь в Тули," - Иджлан взревел, выдыхая чёрное пламя, и рванулся вперёд. Вдалеке Речник увидел кроны пальм и дымовые столбы, тающие в утреннем небе.
Когда ровные песчаные волны сменились густой порослью зеленовато-жёлтой гезы, Фрисс окончательно убедился, что хима не мерещится ему. Тут была вода, и тут была жизнь. Среди кустов безлистного джузгуна, пощипывая жухлую травку, паслись изящные харсули - живых харсулей Фрисс доселе не видел, но картинки в книгах рассматривал и шкуры на базаре трогал. Когда Иджлан ступил на лужайку, стадо разбежалось, а из кустов с громким квохтанием взлетели пёстрые птицы. Улетели, впрочем, они недалеко. На шум из-за джузгуна выбрался житель в замызганном, когда-то белом балахоне, посмотрел на пришельцев и молча ушёл обратно. Шарраэн вскинул голову и принял надменный вид. Речник спешился и пошёл вперёд, не оглядываясь.