"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
— Вот и всё, Тумиу, — стены мягко дрогнули от гулкого голоса.
Альрикс замер и неслышно подкрался к широкой двери, окружённой черепами. Стены вокруг неё плавились и текли, как патока, широкими языками захлёстывая дверной проём. Илэркес поднял серп, коснулся дерева — широкая трещина пролегла по створке.
— Не думал я, повелитель, что попрощаюсь с тобой так скоро, — грустно прошелестел второй голос. — Что теперь будет с Хеликсом?
— Разорят его, что же ещё… — первый тяжело вздохнул. — Алинхег и Кейгвен разберут его по камешку. Уходи отсюда, Тумиу, уводи всех живых и мёртвых, иначе пойдёшь на безнадёжную войну, под испепеляющее оружие Реки. Шиамон из Юксии примет тебя, он хозяйственный маг, не выкинет из замка верных слуг…
— Шиамон из Юксии — добрый чародей, — Тумиу вздохнул в ответ. — Хорошо быть под его рукой. Но я буду помнить тебя, повелитель Сирмис. Никогда Хеликс не был так прекрасен, так ухожен, так наполнен богатствами… Альрикс переглянулся со спутниками.
— Тумиу — ирн Наймекиса, — прошептал Илэркес. — Его управляющий.
Лживая груда костей! Как он смеет льстить убийце хозяина?!
— Я смею просить тебя, повелитель Сирмис… — голос Тумиу дрожал.
— Позволь мне проследовать за тобой! Разве там, в загадочной Церане, в недрах Хесса, тебе не нужны будут слуги? Мы не оставили бы тебя ни на миг, преумножая твоё добро…
— Проследовать?! — Илэркес с изумлением посмотрел на Альрикса и взмахнул серпом, обращая дверь в ледяную пыль. Трое магов переступили порог… и преграда из подвижного камня выросла у них на пути. Стены, пол, своды зала — всё вздымалось волнами, а в центре, на обломках мебели и покорёженных чашах жаровен, свивался кольцами огромный каменный змей. Он схож был с грудой валунов, но все они соединялись между собой, как будто демон оделся в броню из скал. На его хвосте, прижимая к груди дорожную суму, стоял ирн в чёрной мантии. Скелеты, Стриксы, другие ирны скрывались меж тяжёлых колец, как горох, рассыпанный среди гальки. Они стояли на спине каменного змея без малейшего страха, но сейчас появились чужаки — и жители замка взирали на них с тревогой.
— Сирмис, наглый вор, оставь эту нежить — она не твоя! — закричал Илэркес, серпом рассекая пустоту. Тело змея дрогнуло, и очередная каменная волна, словно щит, отбила поток ледяных лезвий.
— Повелитель! — в голосе Тумиу было отчаяние. — Позволь…
— Ещё чего не хватало, — каменный змей приподнял голову, взгляд маленьких багровых глаз остановился на Илэркесе и тут же перешёл на Кессу. — Чёрная Река не подводит… и не прощает. Ты уже здесь, Речница…
— Да, Сирмис, — Речница не отвела взгляд. — Ты разорил и опустошил страну. Мы от тебя избавимся.
— И я от вас, — от голоса змея еле заметно вздрогнули каменные волны. — Прощай, Речница. И вы, чародеи, прощайте. Того, что я оставил в этом замке, хватит на виру. То, что я забираю, мне нужнее.
Меня ждёт мой народ… Держись крепче, Тумиу. Ты меня уговорил…
— Что?! Ха'тхишайт! — Альрикс взмахнул посохом, от пола повалил зеленоватый туман, но каменные волны поднялись снова и дотянулись до потолка, скрывая Сирмиса за живой стеной. Очень медленно волна опустилась, и пол, мелко вздрагивая, разгладился. Клокочущий под ногами камень складывался в обычные плиты, усеянные обломками и костями.
— Трусливая каменная тварь… — глаза Альрикса горели ненавистью.
— Они ушли с ним по доброй воле… — Илэркес растерянно смотрел на опустевший зал. Потом сделал несколько шагов и склонился к обрывкам чёрной одежды. Что-то блеснуло в его руке.
— Перстень Наймекиса, — прошептал он, показывая серо-стальное кольцо. — Кто наденет его?
— Это к лучшему, что он ушёл… — тихо сказала Речница, вспоминая громадного змея в непроницаемой броне. Как подобному существу мог повредить крохотный кинжал?!
— Куунве, ты слышишь что-нибудь? Тут есть пленники? — спросила она. Двое Некромантов увлечённо разглядывали стену, выложенную самоцветной галькой, и изумлённо перешёптывались, но моллюск отозвался. «Я слышу только Стальных Теней. Хорошо, что Сирмис ушёл без уговоров, но к нам может прийти Кейгвен. Идём к Алласоту! Илриэны…»
— Крылья Гелина… — выдохнул Альрикс. — Идём, Куунве. Я засмотрелся… Илэркес, ты видел?! Тут нерсийский нефрит, тут малахит и радужные опалы!
— Щедрая вира, — пробормотал Илэркес. — Но и унёс он, я полагаю, немало. Сейчас проверим, что в святилище… Неуютно было в замке Хеликс, даже после того, как камни перестали шевелиться… Костяные засовы тихо хрустнули, Альрикс вошёл первым и замер, в почтении склонив голову у чёрного алтаря. Холодок пробежал по спине Речницы, когда она шагнула под арку.
Что-то холодное и неживое поджидало тут… Ледяной взгляд Стальной Тени обжёг её и чуть не заставил отступить. Четверо призраков окружили плиту базальта, неровную, со сколами и щербинами, лежащую на основании из черепов. Жаровни дымились, и запах горелого мяса и какой-то смолы висел в воздухе, как густой туман.
— Могущество да пребудет с Каимой! — склонился перед плитой Альрикс. — Его звезда не померкнет в нашем небе! Пурпурный свет заливал святилище, потёками крови блестел на грубо отёсанных плитах. Этот зал был построен вечность назад — так он и выглядел…
— Сирилин, не смотри им в глаза! — шепнул Илэркес, утаскивая Речницу в угол. Там, поодаль от алтаря Каимы, стоял в кольце дымящихся чаш каменный стол, мерцающий от Квайи. Некромант вытряс из карманов пригоршню сухой травы пополам с корешками и щепками и деловито бросил на угли.
— Надень эти кольца, Сирилин, — шепнул Альрикс. — Покажи их в знак смерти Нейги и Наймекиса. Скажи, что замки наших владык более не в руках демонов — и Аксатегон, и Хеликс свободны от мерзких тварей.
Что убийц ожидает не награда, а кара. Весь Нэйн увидит тебя, Чёрная Речница. Посей хаос среди врагов! Дым валил от огненных чаш столбами, вливаясь в плотное белесое облако, потом зеленоватые молнии бесшумно сверкнули в глубинах дымовой тучи.
— Холэн! — промолвил Альрикс и взял Кессу за запястье, погружая её руку в дым. — Алласот связал замки меж собой. Ничего не бойся, Речница, Кейгвен не войдёт сюда — мы за твоей спиной. В сумрачном зале не было окон — только негасимые жаровни освещали его. Белый свет на камнях тёк и дробился, сливаясь с багряным. Кесса ничего не видела за мерцающим облаком, но чувствовала взгляды, полные недоумения и тревоги. Она сжала пальцы в кулак, так, чтобы видны были тяжёлые перстни владык.
— Илкор ан Нэйн! — срывающимся голосом сказала Речница. — Ничего не бойтесь, Илриэйя. Этот год был полон мрака, семёрка демонов захватила свободный Нэйн, ограбила вас и выставила кровожадными убийцами. Больше они не причинят никому вреда. У Нэйна более нет властителей. Все приказы Ирралина отныне отменены. Этой ночью война с Рекой прекратилась, никто теперь не смеет нападать на Урталар и его народ, запасы всех фабрик, городов и жителей принадлежат только им. Те, кто посягнёт на чужой замок — не исполнители воли Санети-Рейкса, а грабители и убийцы. Те, кто выполнял преступные приказы, будут наказаны. Я, Кесса Кегина, говорю от имени Чёрной Реки. Священный замок Хеликс в моих руках. Тот, кто будет избран Санети-Рейксом в этом году, станет владеть им. Речница запнулась. Взгляды из клубящегося облака жгли её, она чувствовала кожей чужой страх, изумление, недоверие и несмелую радость…
— Тем, кто не проливал чужую кровь, никто не причинит вреда, — прошептала Кесса. — Те, кто сражался честно, заслужили уважение.
Пусть в Нэйн вернётся мир… Травы, брошенные в огонь, уже рассыпались в прах, дым стремительно таял, белый свет тускнел. Кесса поёжилась от ледяного ветра, налетевшего из ниоткуда. Стальные Тени отошли от алтаря и разглядывали Речницу, пристально, но без злобы. Альрикс склонился перед ней, прижав руку к груди.
— Благодарю тебя, Си… Кесса, — прошептал он. — Теперь у нас появилось время. Мы полетим в замок Агинана, избавим реки Нэйна от власти демона. Но сейчас нам нужно укрыться…