"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
Ты слышал что-нибудь о Кессе? Может, ты видел будущее? Как тогда, в Энергине… Маг виновато вздохнул и развёл руками.
— Ничего, Фриссгейн. В моих видениях — четверо укутанных во мрак, и ничего более. Но беды впереди я не вижу… Что-то будет, Фриссгейн, а что — неизвестно.
* * *
Неровный зеленоватый свет дрожал над обугленными развалинами, и защитное поле над ним трепетало и раскачивалось, окрашиваясь в алый и бордовый. Бывший квартал Фойстов был тих и безмолвен. Сармат в чёрной броне, пристроившийся на обломке стены, задумчиво рассматривал то, что лежало у него на ладони. Маленький, но тяжёлый снаряд в оболочке из тугоплавкого фрила поблескивал гладкими боками и на вид не скрывал в себе никаких изъянов… Сармат кивнул собственным мыслям и спрятал снаряд под пластиной брони. Казалось, ничего живого поблизости нет, но Гедимин чувствовал на себе взгляды сорока трёх глаз — и они его слегка раздражали. Обломок рилкара с мостовой лёг в его ладонь и улетел в длинную трещину в противоположной стене.
— Кья!!! — послышалось с той стороны, в трещине мелькнул длинный голый хвост, и всё смолкло. Отошедшая было пластина, прикрывающая реактор сфалта, с тихим треском вернулась на своё место. Количество глаз сократилось на три. Гедимин тихо вздохнул и поднялся на ноги.
— Что случилось, хранитель? — спросил он в пустоту. — Что-то не так? Обжигающий белесый свет скользнул по его руке. Голос станции был негромок, но пронизывал до костей. Сармат качнул головой.
— Ты так считаешь, хранитель? Приятно слышать. Готовь девятый к запуску. Вернусь — приступим. Постараюсь вернуться не один…
— Кьяа?! — из незаметного пролома под стеной высунулась крысиная морда. — Беда? Помочь? Сармат смерил крысу задумчивым взглядом. Полосатый мутант, скорее всего, не видел тех действий Гедимина, которые не должен был видеть… а если видел, то однажды развалины содрогнутся от подземного взрыва. Ирренций — непростое вещество, даже для крысы, способной прикинуть критическую массу… Гедимин хмыкнул и протянул Конту руку.
— Хочешь — иди со мной. Я отправляюсь на восточный приток…
Глава 19. Хлект
— Какой необычный артефакт… — протянул Илэркес, зачарованно глядя в Зеркало Призраков — в ту его сторону, где под давно утихшим ветром покачивались деревья исчезнувшего леса. — Сколько веков между нами и тем, что мы видим там?! Зеркало Мёртвого Леса то и дело мутнело, затягиваясь чёрной пеленой, а иногда за деревьями проступало что-то ещё, незнакомое ни Кессе, ни Илэркесу. Артефакт с каждым днём наливался силой, и Кесса представить боялась, какие свойства он ещё обретёт. Как будто мало было Зеркала Призраков, без следа поглощающего чары и хранящего тысячи миражей… Альрикс покосился на младшего Некроманта, пытаясь разглядеть артефакт в его руках. Те'валгест рад был бы смотреть на призрачный лес — внизу под кораблём тянулся ещё более мрачный ландшафт. Долина Костей, мёртвая чёрная равнина до горизонта, до самых гранёных стен Хлекта, опоясанного базальтовыми обелисками, и до цепочки горных вершин на севере…
— Ничего живого… — вздохнула Кесса, выглянув за борт. — Только мёртвая пустошь… Хлект — город мертвецов?
— Хлект — город оружия, — криво усмехнулся Альрикс. — Со дня основания он принадлежит «Хроксу». Там учатся накладывать чары разложения раньше, чем говорить, а резать по кости — раньше, чем стоять на ногах. Квайя течёт сквозь этот город полноводной рекой, к чему удивляться, что она выжгла землю дотла…
— Когда Аскея стала Дини-Рейксом, — погрустнел Илэркес, — она всё время думала о Хлекте. Была затея с очисткой земли, откачкой Квайи из-под стен… Нецис хотел лететь в Кецань, искать каких-то магов ей в помощь. А потом… Потом началось всё это, Сирилин. Теперь нет ни Нециса, ни Аскеи…
— Ни денег, которые должен был отдать мне «Хрокс», — закончил за него Альрикс. — Последнее огорчает меня. Любопытно, чем занимаются сейчас люди «Хрокса». Строят големов для армии Алайна?.. Что-то зеленовато-белое, похожее на дерево, показалось на пути корабля. Гибкие ажурные «ветви» изгибались в воздухе, как щупальца, и холодный свет трепетал над ними.
— Вижу впереди истикису! Курган Ронимиры прямо под нами, — сообщил молодой Некромант, заглянув в пропасть. — Сядем? Время обеда, а ты весь день ведёшь корабль…
— Тебе, Илэркес, я свою тхэйгу не доверю, — нахмурился Альрикс. — Летали уже, знаем… Сейчас приземлимся, держись за поручни…
— Илэркес… — Речница тронула мага за холодную руку. — Чей курган, ты сказал, прямо под нами?
— А! — встрепенулся Некромант. — Конечно, я расскажу. Это курган сожжений. Там сжигают мёртвых Илриэнов и мастеров с «Хрокса», там лежит их пепел. Так их сила сохраняется в пределах Нэйна… Этот курган называют именем Ронимиры Те'ильсимин, дочери Зелгана Серебряного. Великая чародейка, Мастер Вод, её два раза избирали Ютва-Рейксом! Погибла при испытаниях на Пятый разряд… Здесь лежит её прах.
— Ронимира Кошачья Лапка, Чёрная Речница? — прошептала Кесса, глядя в изумлённые глаза Некроманта. — Она покоится здесь?
— Так ты о ней слышала? — обрадовался Илэркес. — Да, это она — Ронимира Кошачья Лапка. Такое у неё было прозвище на Чёрной Реке…
А, ведь и ты оттуда, вы друг друга все знаете… А у тебя какое…
Сирилин! Что стряслось?
— Н-ничего, — с трудом проговорила Речница. Её трясло. Илэркес смотрел на неё в растерянности, потом повернулся к Альриксу и хотел что-то сказать, но тхэйга резко пошла вниз, и маг прикусил язык.
Кесса вцепилась в поручень так, что побелели пальцы. Корабль лёг на брюхо в трёх десятках шагов от пологого холма, увенчанного разлапистым костяным «кустом». Меж «ветвей» голема пылал сгусток зелёного пламени, временами окутывая нежить целиком. Альрикс бросил на землю циновку и поставил сундучок с припасами, Илэркес оживился и начал копаться в коробочках и фляжках. Кесса расставила тарелки — лёгкие, вырезанные из сухих листьев. Её руки едва заметно дрожали.
— Ты богач, Илэркес. У тебя в подвалах ещё осталось мясо… — усмехнулся Альрикс, вылавливая из корзинки котлеты и заворачивая в лепёшку.
— Оставь для Куунве, — нахмурился молодой Некромант. — Его укачало в полёте, но скоро он захочет есть… Сирилин, тебе подать что-нибудь? Вот, возьми, тут…
— Не надо, Илэркес. Мне не хочется есть, — покачала головой Кесса и оглянулась на холм. — Скажи, можно подойти к кургану?
— Почему бы нет? — маг пожал плечами. — Только не поднимайся, там истикиса… костяной голем, он охраняет курган и может напасть. А мы будем тут. Увидишь опасность — зови. Курган был невысок — в рост человека. Раскидистые «лапы» голема прикрывали его. Кесса опустилась на корточки у подножия, в двух шагах от шевелящейся истикисы. От голема исходил холод, но сам холм, как показалось Речнице, был ещё холоднее. Кесса коснулась земли и отдёрнула руку. Почва здесь походила на жирный пепел. И ни травинки…
— Как тебе спится тут, Ронимира Кошачья Лапка? — тихо спросила Речница. — Так далеко от Реки, в этой мёртвой земле… Налетел ветер, обдав Кессу неожиданным холодом. Откуда-то тянуло мокрой землёй и степными травами — далеко на юге бушевала гроза.
— Даже ливень не оживит эту землю… — склонила голову Кесса. — Даже самый сильный из ливней… Я хотела бы вырастить тут Высокие Травы… или принести зёрна Агайла и лист Ивы… напомнить о живой земле… Посмотри сюда, Чёрная Речница. В этом зеркале живёт древний лес. Может быть… Речница осеклась. В зеркале отражался не лес мёртвого мира. Там была степь. Там шёл дождь, и молния сверкала на потемневшем небе, и под ветром раскачивались серебристые колосья и длинные зелёные листья. Кесса видела в траве золотистые звёзды — цветки Мелна, закрытые розовые «чаши» вьюнков и пыльцу, смешанную с дождём. Там был и пологий холм, скрытый под травяным лесом, и смутные очертания гор, высвечиваемые сполохами молний…
— Вот она, погибшая земля Хлекта… — прошептала Речница. — Это же здесь было… Сколько веков назад?!