"Великая река". Компиляция. Книги 1-8

Фрисс не знал, видна ли Река с этого широкого и плоского холма — Разбитого Кургана — и удобно ли отсюда выбирать цели на берегах, но нежить на Кургане кишмя кишела. На подлёте, наклоняя нос корабля к земле, он видел, как выстраиваются полумесяцем бронированные костяные големы, а за их спиной орда мертвецов мечется вокруг полусобранных катапульт и гор снарядов. За вторым полукольцом големов чернели наспех поставленные шатры, над которыми уже разворачивался тусклый магический купол, а над куполом поднимались в небо Ильникены, на лету меняя облик. А между шатрами, колыхаясь в зелёном мареве, тянулась к небу ветвистая белая башня — огромное костяное дерево с пылающими ветвями. В сердце «ствола», как в печи, полыхал ледяной огонь.
  
— Ваак! — раздалось над головой Фрисса. Поднимая крыльями ураган, к лагерю нежити мчалась двадцатка Белых Драконов. С севера уже заворачивали Серые, за ними — отряд кораблей. Фрисс усмехнулся и вскинул руку, целясь в череп на хвосте ближайшего ицколотля — смертоносное «жало», мечущее тлетворные лучи.
— Лаканха! Ледяной ветер ударил Речнику в лицо. Чародейская защита нежити вспыхнула и обрушилась под волной драконьего огня. В огненном шквале сверкали синеватые «клинки» молний — Ильникены встретили драконов в небе. За огнём последовала вода — речные маги призвали дождь, прижимая Ильникенов к земле. Драконы сквозь электрический заслон прорывались к шатрам и башне, и корабли, уворачиваясь от костяных игл и взрывающихся снарядов, летели следом. Кожух на хиндиксе Фрисса уже тлел, разлагаясь на глазах, и борта покрывались «шерстью» из глубоко впившихся игл. Некроманты знали, как сделать кость прочнее железа… Едкий яд шипел, превращая доски в труху, Речник надеялся только, что тройная обшивка хиндиксы не развалится так уж сразу.
— Лаканха! — крикнул он, посылая водяную стрелу в основание ближайшей катапульты. Жуткое сооружение дрогнуло, выронив снаряд, и перекосилось, но вокруг уже бегали мертвецы, выпрямляя орудие.
Корабль слева от «Остролиста» нырнул к земле, отвлекая на себя костяных големов, Фрисс метнул туда же молнию и набрал высоту. С юго-запада, прокладывая дорогу в травяном лесу, к холму стремился отряд Двухвосток — Халан заметил полыхающее небо и прислал подмогу… Речник сощурился, выбирая наилучшую цель, швырнул соломину в печь и рванул к строю катапульт — только заскрежетали в пазах плавники, не привыкшие так быстро шевелиться. В днище, подбросив хиндиксу на десять локтей вверх, ударил череп-снаряд, из печи посыпались угли. Фрисс пинком забросил их обратно и сел на палубу. Под килем уже затрещали кости — корабль снёс одну катапульту, сшиб носом другую и катился теперь по остаткам под шипение разлагающих заклятий. Над хиндиксой бушевало пламя.
— Цокх аркуурх! — выкрикнул Речник, обнажая мечи. Костлявые руки, со всех сторон вцепившиеся в борта, разжались, нежить отхлынула. Фрисс нажал на рычаги, направляя корабль в небо, но что-то заскрежетало под палубой, и хиндикса дёрнулась и повалилась на правый бок. Шар бестолково захлопал и упал на толпу нежити, разваливаясь на лоскуты. Разлагающие испарения добили его. Фрисс невольно задержал дыхание — пусть на его лице была повязка, но намного ли она прочнее ткани корабельного шара?! Рука мертвеца впилась Речнику в шею, раздирая кожу до крови. Фрисс ударил мечом по открытому запястью скелета, нежить отлетела в сторону, рассыпаясь на костяные щепки, но следом к кораблю потянулись уже десятки неупокоенных. Опрокинутая хиндикса пока что защищала Речнику спину. Справа зашипел Алсаг, отбрасывая врага ударом лапы. Мертвяк не устоял на ногах и повалился на соратников, они подались назад.
— Ха-ат-хрот! — прохрипел Речник, указывая на упавшего скелета, и тут же прикрыл лицо рукавом. Костяные щепки расцарапали ладонь, и, выдирая из кожи осколки, Фрисс успел оглядеться по сторонам. Нежить напирала со всех сторон, впереди, за спинами скелетов, излучала пульсирующий свет башня-дерево, слева от корабля виднелись катапульты, забытые нежитью, сверху сыпался пепел. Квайет опомнились быстро — Фрисс еле успел ткнуть ближайшего врага в «лицо», прежде чем костлявые пальцы дотянулись до глаз Речника.
Другой мертвяк уже занёс палицу, и меч Фрисса зазвенел, приняв удар на себя. Алсаг прыгнул, повалил троих неживых воинов и тут же ушёл под защиту корабля. Фрисс отсёк протянутые к нему руки, прожёг ударом огненного меча доспехи очередного скелета и вонзил в прореху серебряный клинок. Халаты из мелнока выглядели на мертвецах нелепо, но прорубались плохо и от серебра защищали недурно… Что-то потревожило мертвяков. Они в замешательстве отпрянули от корабля, хватая друг друга за руки и пытаясь бежать во все стороны сразу. Фрисс высунулся из укрытия и услышал грохот. Дымящееся тело Ильникена упало на ближнюю катапульту и повисло на каких-то костяных выростах. Хеск, как показалось Речнику, был ещё жив. Фрисс, издав тихий рык, прицелился было водяной стрелой в голову Ильникена, но в последний миг направил удар чуть ниже, в одну из опор катапульты.
Костяная машина пошатнулась и упала на толпу нежити, Ильникен вместе с тем, на чём повис, отлетел в сторону и остался там лежать. Речник видел, как шевелится его хвост, но мертвяки ломились куда-то всей толпой, и пройти к упавшему Фрисс никак не мог. Вскоре скелеты заслонили хеска, и Речник вовсе потерял его из виду.
— Влипли, — прошептал он, переглянувшись с Алсагом. — Чего ждёшь?
Беги!
— Куда? — прижав уши к голове, спросил хесский кот. Скелеты возвращались — неведомая сила, отбросившая их от корабля, теперь погнала всю толпу обратно. В иное время Речник посмеялся бы над бестолковыми метаниями нежити… в иное время и с очень большой высоты, и лучше всего — со спины дракона. Сейчас же ему было не до смеха. Что-то твёрдое, но прочное попалось под ноги, Фрисс скосил глаза и увидел амулет с драконьими зубами — скелет, цапнувший Речника за шею, порвал шнурок… Поднимать не было времени — тут же Фриссу пришлось отражать удары, и двое мертвяков направились к нему, толкая перед собой широкий щит с шипами… Алсаг набросился на них, налетел на шипы, Фрисс ударил в открывшуюся брешь, испепеляя одного из немёртвых, хеск с протяжным воплем вернулся к кораблю. Второй Квайет, выронив щит, уставился куда-то вправо и вывернул шею винтом.
Толпа нежити снова пришла в движение и ломанулась туда, куда глядел первый мертвяк, а потом обратно, но не к кораблю, а к давно забытым катапультам. Сквозь растерянную армию Квайет, как сквозь травяной лес, продирался огромный красно-жёлтый «краб». Из его панциря, как иглы ежа, торчали костяные шипы и трубки. Взмахнув клешнёй, он швырнул в небо что-то светящееся. Где оно взорвалось, Фрисс не видел, но от грохота присели даже мертвецы.
— Стурн… Вот тут нас Вайнег и поберёт, — еле слышно пробормотал Речник, мелкими шажками пробираясь к корме корабля. Прочнее брони, чем у стурнов, не было ни у кого из нежити, один костяной краб мог остановить идущую Двухвостку, а два — устоять на пути бегущей… На спине стурна стоял во весь рост Некромант в чёрной броне, шлем он потерял где-то по пути, но сила осталась с ним — и неживая армия вдруг перестала метаться без цели. Фрисс увидел, как скелеты поднимают опрокинутую катапульту, а уцелевшие орудия приходят в движение… Он сжал пальцы в кулак, собирая остатки магии. Теперь не промахнуться бы…
— Лаканха! — крикнул Речник, протянув руку к Некроманту. Стурн уже заметил чужака-живого и надвигался на корабль, маг в недоумении обводил взглядом окрестности, что-то полыхнуло перед глазами Фрисса… но водяная стрела уже пробила чародею череп — точно так же, как прошила бы насквозь тонкую доску. Алсаг с воем взлетел на верхний борт корабля, уворачиваясь от клешни стурна, Речник сжал рукоять меча и со всей силы ударил в шов меж пластинами красной брони. Спустя мгновение голем, содрогаясь и разваливаясь на куски, обрушился на Фрисса, погребая под собой и Речника, и сбитую хиндиксу, и сунувшихся на подмогу скелетов. Безглазые Клоа, прилетевшие на запах магии, взметнулись над обломками, оставляя за собой обугленные черепа, и скрылись за холмом.