"Великая река". Компиляция. Книги 1-8

— Одиннадцатого, с самого утра, в Хеликсе, — долетели до Речницы обрывки фраз Некроманта. — Есть броня и оружие — берите с собой, тем, у кого нет, её выдадут на месте. За приведённую нежить — дополнительная плата. Болотные огни? Если вы ими управляете, берите их тоже. Нам нужны все силы, чтобы победить. Илкор ан Нэйн!
— Илкор ан Сарк! — отозвались двое. Альрикс с окаменевшим лицом проехал мимо, делая вид, что смотрит в другую сторону, но Кесса слышала, как он скрипит зубами.
  
— Илриэн! — окликнул его Некромант у ворот, пока двое жителей о чём-то толковали с ирном. — Властитель Ирралин собирает армию, каждый маг нужен ему! Записывайся в войско теней!
— Оставь меня, горожанин, — ровным голосом ответил Альрикс, не повернув головы. Очередь перед воротами таяла быстро, нежить текла полноводной рекой, и двое стражей — внушительного вида воины-Ильникены в чёрно-белой броне — уже не препятствовали пришельцам и не пересчитывали их, следя только, чтобы мертвяки не снесли сами ворота. Кесса с робостью глядела на огромных хесков и на жуткое оружие в их лапах — широкие палицы, покрытые не шипами, а выложенными один к одному черепами с горящими глазницами. Синеватый мех на плечах и загривках Ильникенов стоял дыбом и тихо искрил, выдавая скрытую тревогу хесков.
— Светел и ярок целительный луч! — крикнул им приветствие Альрикс, проезжая мимо. Ильникены ответили, но слов Кесса не расслышала — треск костей и гомон разумных мертвецов заглушали всё.
Корабль проплыл под аркой и остановился на развилке, прижавшись к стене.
— Цефи, отведёшь тхэйгу на место — и делай что хочешь, но одиннадцатого ты явишься в замок и всё это стадо пригонишь с собой, — сказал Некромант, выбираясь из корабля и помогая выбраться Кессе.
— Пойдёте пешком, тхэйгу я заберу сам.
— Да не будет праздник скучным! — пожелал Цефи, пытаясь улыбнуться тонкими, почти невидимыми губами. Кожи на его черепе было немного, мяса не было вовсе, и присохшие к костям губы не слушались, а потому улыбка выглядела как жуткий оскал. Речница улыбнулась в ответ.
— Цефи, и вам тоже хорошей гулянки! Только не деритесь ни с кем! — успела сказать она, прежде чем Альрикс увлёк её в толпу, и корабль затерялся в море живых и немёртвых. Улица, как река, зажатая в каменных берегах, текла меж двумя рядами высоких домов, чёрных, тёмно-серых и лиловых. Многие здания увиты были цветущими лозами, где-то грубый камень стен нельзя было даже разглядеть из-под листвы. Узкие арки, окружённые черепами, вели вглубь кварталов, но ничего разглядеть за ними было нельзя — каждый проход как будто затягивала серая пелена.
— Партия кей-руды, только что из Энергина! Всего шестьдесят манзогов! — крикнул кто-то из-под арки. — Только для домостроителей и домовладельцев! Господа алхимики, обратите внимание — негаснущие чаши, огненная пыль, листья Тунги и Маа! Торопитесь, вечером мы закроем двери на целых четыре дня!
— Может, ты рождён быть драконьим всадником? — второй голос был ещё громче. — Всего три манзога за пробный полёт! Крылатый отряд улетает на запад, торопитесь, вы нескоро увидитесь с ним! Всего три манзога за полёт — вечером драконы покинут нас!
— Илриэн, госпожа Илриэна, посмотрите сюда! А ещё лучше — попробуйте! — крикнул третий невидимка. — Пряности с полей Саркейсы!
Пряности нового урожая! Жгучие, как лава Тар'Агни! Кесса замедлила шаг, но Альрикс покачал головой и потянул Речницу дальше.
— Одиннадцатого, когда город утихомирится, купим всё, что нужно, — заверил он, пропуская Кессу под очередную арку, украшенную почему-то не черепами, а змеями. За аркой, посреди дворика, в окружении цветущего Кенрилла журчал небольшой фонтан. В кустах на резной скамье сидело семейство огромных белых крыс, во все глаза разглядывающих то фонтан, то пришельцев. На хвосте каждой из них были яркие ленты, в ушах — по две, а то и по три серьги из гранёного стекла, крысиная шерсть блестела чистотой, и в глазах существ горел несомненный огонёк разума.
— Хорошего праздника вам, — сказала Речница после секундного смущения, крысы вразнобой ответили, некоторые даже привстали и поклонились.
— Много народу сейчас в «Бездне»? — Альрикс кивнул на дверь. — Ифьен ещё принимает постояльцев?
— Ифьен всегда рад принять ещё постояльцев, даже если спать им постелено на крыше, — пронзительно пропищала самая большая крыса. — Заходите, уважаемые Илриэны, в «Бездне» сейчас тесно, зато не скучно… Некромант сдержанно улыбнулся. Дверь, окружённая черепами, выкрашенная в чёрный и разрисованная изображениями разноцветных змей, открылась легко — и Речница вслед за магом вошла в пропахший смолой полумрак. Длинные скамьи тянулись вдоль стен, невысокие, но столь же длинные столы были составлены один к одному, вдоль проходов, по другую сторону столов, разложили высокие подушки, и Кесса только и смотрела, чтобы не наступить на чей-нибудь плащ или хвост. Полутьму разгоняли плавающие над столами светящиеся шары, вроде болотных огней, но не зелёные, а оранжевые или багряные, в углу негромко пели флейты. Альрикс остановился, выловил из-под стола пару подушек, кивнул Кессе на них и растворился в полутьме — ушёл искать хозяина.
Речница села, скрестив ноги, как тут было заведено, и с интересом огляделась — народ в таверне был весьма пёстрый. Люди — в длинных и коротких плащах, а то и вовсе без плащей, костлявые ирны в пышных мантиях, стайки громко пищащих крыс, ярко светящиеся Стриксы…
— Ну что ты, хасси? Было бы из-за чего тревожиться… — смущённо пробормотал кто-то невдалеке от Речницы, она осторожно оглянулась и увидела Ильникена. Воину за низеньким столом было тесно, он сидел в стороне и не знал, куда пристроить хвост. Длинная светящаяся шерсть на его теле шевелилась без ветра — мелкие искры блуждали по ней, иногда с треском сыпались на пол. Лапы Ильникена лежали на плечах его соплеменника… вернее, соплеменницы, как смогла разглядеть Кесса во мраке таверны, и двое хесков сидели нос к носу, соприкасаясь усами. Речница смутилась и стала разглядывать скатерть.
— Как закончится война, я сразу вернусь, хасси, — сказал Ильникен.
Что ему ответили, Кесса не расслышала — его собеседница ткнулась носом в его плечо и говорила совсем тихо. Хеск негромко вздохнул и крепче обнял её.
— Нет нам покоя, хасси. Страшное оружие направлено на Нэйн, пока оно существует — никак нам не жить с ними мирно. Я должен защитить жителей, хасси. А потом я вернусь… Кесса медленно развернулась от стола к хескам и привстала, но рука Альрикса легла на её плечо и повернула Речницу обратно. Глаза Некроманта в полумраке горели тревожным огнём.
— Илриэна Сирилин! Как хорошо, что вы нашли время и заглянули в Саркейсу! — сказал тот, кто пришёл с Альриксом. Это был менн — при каждом его движении за его спиной звенели стеклянные подвески и бубенцы, нанизанные на ленты и вплетённые в длинную иссиня-чёрную косу. Чешуя на хвосте менна тоже казалась чёрной в багряном свете… а может, и была такой. На коже существа неярко мерцал светящийся узор.
— Да уж, мы тут давно не были, — кивнул Альрикс. — Как у тебя идут дела, Ифьен? Скелет с подносом склонился над столом, расставляя тарелки и кубки. Менн качнулся на хвосте.
— Наш Санети-Рейкс прямо перед праздником забрал у меня всех слуг, Илриэны, теперь я летаю, как кошка с горящим хвостом, и всё равно, боюсь, много будет недовольных… Ну вот, уже кто-то зовёт.
Угощайтесь, Илриэны, я сейчас… Ифьен ускользнул вместе с подносами. Перед Кессой и Альриксом стояло одно длинное блюдо, прикрытое крышкой, тарелка с тонкими лепёшками и кубки с чем-то искрящимся. Жидкость пахла листьями Яртиса.
  
— Грибы и листья Сетты в вине, — кивнул Альрикс на блюдо. — Грибы в Саркейсе всегда хороши. Но сначала выпей, пока жара тебя не доконала. Это «Горный родник», отличное зелье… Речница осторожно отпила из кубка. Кисловатая жидкость непохожа была на вино, и приятная прохлада разливалась от неё по всему телу.
В голове у Кессы прояснилось. Речница оглянулась туда, где недавно сидели хески — их уже не было. Она задумчиво покачала головой.