"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
— Не всем боги выдали столько смелости, — спокойно ответила Речница, выдержав взгляд, полный презрения. — Ты отправишься завтра?
Прямо перед Праздником Крыс?
— А, праздник… — Аскея махнула рукой. — Чем-то приходится жертвовать, Сирилин. Я отпраздную там, на захваченной земле, выпью свежей крови за твоё здоровье. Мы с Уиркиной поспорили, кому выпадет убить короля рыбоедов, и я не намерена проигрывать спор из-за какого-то праздника. Если тебе с Альриксом вдруг станет скучно, прилетай седьмого в Хеликс — наши собираются отмечать там. Ирралин просил пригласить тебя, если мы вдруг встретимся, ну вот — я приглашаю.
— Спасибо, Аскея, — вежливо кивнула Речница. — Уиркина тоже летит на Реку? А почему Ирралин остаётся?
— Хм, вовсе нет, — глаза Илриэны уже полыхали, как два костра. — Уиркина медлит, хочет привести всю свою армию, а драконы — медлительные рептилии… А наш Санети-Рейкс, хочу сказать тебе, безмерно умён, но трусоват. Зато щедр… Мы проложим для него прямую дорогу, и тут уже Река не устоит, какое бы невероятное оружие у неё ни оказалось в запасе… Стало быть, новые земли не привлекают тебя?
— Увы, — Кесса покачала головой.
— Тогда пожелай мне удачи, — Аскея встала. Двое Инальтеков шагнули к ней. Один из них заглянул Речнице в глаза. Это был очень тоскливый взгляд, и очень испуганный.
— Да будет с тобой Владыка Хальмен, — ответила Кесса, поднимаясь с кресла. — И все остальные боги, разумеется. Маати, до того сжимавшаяся в комок у ног Речницы, вскочила, громко хлопнула крыльями и встала рядом с «хозяйкой». Её чешуя встопорщилась, дракониха очень хотела сейчас показаться большой и страшной, но получалось плохо. Аскея смерила её насмешливым взглядом и покачала головой.
— Я и забыла о твоих зверюшках… Странно, что такая Илриэна, как ты, ещё не выгнала эту мелюзгу. Взгляни на моих воинов! Вот такие стражи должны быть в замке моей сестры, а не эти куропатки в чешуе!
Я могла бы обменяться с тобой — пока я в отлёте, слуги не очень нужны мне, а отдавать их Ирралину я не хочу. Не хочешь взять в замок… ну, например, Гваура? Инальтек, на которого она кивнула, вскинул голову, но страх и тоска в его глазах были очень хорошо видны, и Кессе захотелось утешить его. Странные они — те Инальтеки, которые ходят в доспехах… И очень странный обмен. Не хочет ли Аскея, чтобы хеск следил за Сирилин и Альриксом…
— У тебя хорошие воины, но я воевать не собираюсь, — улыбнулась Кесса. — Ойти отлично следят за замком и помогают мне в делах.
Спасибо тебе, но я откажусь.
— Как хочешь, сестрёнка, — слегка нахмурилась колдунья. — Ну что же, приятных тебе ночей и дней… пока мы кровью и магией добываем себе владения! Кесса ещё долго чувствовала кожей взгляд Аскеи. Илриэна так и стояла у дверей, пока гости не спустились и не исчезли за воротами замка. Неживые стражи проводили Речницу до выхода. Мертвяки с носилками так и стояли там, не двигаясь с места. Маати шмыгнула под полог.
Речница кивнула нежити на прощание, отряд молча поклонился. В полной тишине двое живых поехали обратно на запад… Синий дракон перестал дрожать от страха только у подножия Кералта.
Когда нежить побрела по тропинке в гору, Ойти повернулась к Речнице и прошептала:
— Илриэна бесстрашна, Илриэна не боится даже Талегвы… Даже Талегвы из Повелителей Тьмы! Она же может всех нас испепелить одной мыслью…
— Ничего она нам не сделает, — буркнула Кесса, отгоняя видения свирепого неуязвимого дракона, сжигающего всё вокруг, мёртвых степей вдоль Реки и отравленных речных вод, по берегу которых движутся легионы скелетов. И никак не предупредить ни Фрисса, ни Астанена, чтобы они берегли Реку и ждали нападения… Альрикс ещё не вернулся — заночевал где-то в городе, все живые и мёртвые обитатели Кералта хлопотали вокруг Речницы, она же была молчалива и погружена в размышления. И поздно вечером, когда Нэйн утонул во мраке, а Кесса прилегла на кровать с книгой о древних героях, буквы плыли перед глазами, не складываясь ни во что осмысленное.
— Помоги им, Нуску, разгони тьму над Рекой… — прошептала она, забывшись. Шум крыльев и лёгкий сквозняк заставил её вздрогнуть и поднять взгляд. В комнату влетела Маати.
— Илриэна Сирилин, там, в магическом зале… Гваур из Оррата хочет поговорить с тобой, ты ответишь ему?
— Гваур? — Кесса вскочила на ноги, но тут же села обратно. — Он что, здесь, в Кералте? И что…
— Нет, разумеется, но он пробрался к Алласоту и как-то подчинил себе туман, — растерянно хлопнула крыльями дракониха. — Илриэна Сирилин скажет ему что-нибудь? Ему нельзя долго там быть, Талегва заметит…
— Идём, — сказала Речница, влезая в мягкие туфли. Что такое Алласот и о каком тумане речь, она понятия не имела, но надеялась разобраться на месте. В открытом зале для Некромантии, над маленьким алтарём, окружённым жаровнями, клубился густой туман, время от времени сплетающийся в гладкий дымящийся шар. Кесса подошла к нему и увидела сквозь подвижную дымку странного Инальтека в доспехах. Он стоял у такого же алтаря, за его спиной темнела каменная стена, и где-то рядом с ней переминался с ноги на ногу второй хеск. Первый напряжённо вглядывался в полумрак за спиной Речницы, пока не встретился с ней взглядом. Тут же он вздрогнул и отпрянул от алтаря.
— Кто его только пустил к Алласоту?! — сердито фыркнула за плечом Речницы дракониха.
— Гваур, я тут, — негромко позвала Кесса с самым дружелюбным видом. — Зачем искал? Инальтек дёрнулся, облизнул нос и усы и прошептал, наклоняясь к туманному шару:
— Силы и славы, о Илриэна! Из всех живущих Талегва испугалась только тебя, и пока она мечется в страхе, я прошу о помощи. Спаси нас отсюда, ради всех богов! Теперь вздрогнула Кесса — и тоже склонилась к шару, как будто её могли подслушать.
— Что случилось? Что вам угрожает?
— Она убьёт нас, Илриэна, я это чую, — Инальтек встревоженно оглянулся через плечо. — С тех пор, как она тут, смерть ходит за нами. Убьёт и заберёт нашу кровь, либо заставит нас двоих сражаться со всей Рекой… мы — никчёмные трусы, изгнанные из клана, но мы тоже хотим жить, Илриэна. Помоги! Нам нужно только укрытие, больше ничего!
— Так ты задумал бежать?! — вмешалась в разговор изумлённая Маати.
— А жалование за полгода?
— Пусть себе заберёт, — презрительно фыркнул Инальтек. — Мёртвым деньги не нужны… Нам бы отсидеться где-нибудь, пока эту тварь не убьют, потом мы найдём другого хозяина…
— Маати, мы можем спрятать их где-нибудь? — еле слышно спросила Речница. — Я боюсь, что они будут следить за мной. Может, Талегва велела им сюда бежать…
— В Элании полно места, я их там спрячу, и ни за кем следить они не смогут, — ответила дракониха. — Илриэна, ты помоги им. Я знаю Гваура, он трус, но честный. Плохо будет, если его убьют.
— Слушай, Гваур Идэвага, — Кесса снова встретилась взглядом с Инальтеком. — В замке Элания тебя и твоего друга примут и укроют, никто не обидит вас. Удачи вам в побеге.
— Пусть боги не оставят тебя, Илриэна, — прошептал Гваур, приложив руку к груди. Туман взвился над алтарём, а потом развеялся, унося с собой видения. Несколько мгновений Кесса молча глазела на пустое место, а потом повернулась к Маати.
— В Элании хватит еды для них? Если нет — у меня есть деньги…
— Ничего не нужно, Илриэна, они не будут голодать, — дракониха склонила голову. — Я так рада, что… что ты помогла им… это очень хорошее дело, Илриэна… «Чем же я помогла, интересно?!» — хмыкнула про себя Речница. «Был бы замок мой, или еда моя, или я бы силой отняла их у Талегвы… а так — я вообще ни при чём…»
— Смотри, чтобы Талегва ничего не узнала, — предупредила она дракониху. Та молча кивнула.
Глава 09. Стоянка в Альдиме
Алсаг приподнялся на передних лапах, отчаянно мотая головой, выглянул из-за бортика — и повалился обратно на палубу, притворившись мёртвым.
— Последний заход, и всё, — прошептал Фрисс, виновато покосившись на него, и нажал на рычаги, одновременно выкручивая штурвал. Корабль резко развернулся в небе и пошёл к земле, задевая помятые заросли Высокой Травы. Он пытался опустить плавники, но рычаги мешали, и только кончики «крыльев» хиндиксы нелепо трепетали в воздухе.