"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
- Да хоть бы дотла сгорели! – сверкнула глазами Кесса. – Ты хитрец из хитрецов, Нингорс, прямо как Речник Кирк. Займись заклятиями, а я отвлеку стражу и…
- Подожди, - Нингорс положил тяжёлую лапу ей на плечо. – Эти стражники – не помеха. Помеха – вон те…
Кесса удивлённо мигнула, переводя взгляд с копейщиков во дворе туда, куда указывал хеск, - на улицу, идущую мимо закутка с зурханом, варкинский патруль на бронированных хумрашах, второй патруль, выезжающий из-за угла, и пятёрку боевых анкехьо. Их всадники были одеты очень ярко, и шляпы их были особенно широкими.
- Надо выбраться к воротам и миновать их, - думал вслух Нингорс, недовольно подёргивая ушами. Чем дольше он размышлял, тем сильнее морщился. Кесса следила за ним, затаив дыхание.
- А ведь там ещё ров… - припомнила она. – Нуску Лучистый, там же целое войско ждёт Волну! Лучники, копейщики, чародеи… они из Горки ежа сделают!
- Если его увидят, он до ворот и не доберётся, - буркнул Нингорс.
Шорох внизу насторожил его, и он, прижав Кессу к крыше, осторожно выглянул из укрытия. Речница вывернулась из-под его лапы и увидела, как стражники с копьями наперевес уходят со двора. Жара измучила их так же, как и Нингорса, они свесили языки набок и едва не забыли запереть ворота – но последний из них всё же задержался, чтобы задвинуть засов. Они скрылись за углом, и улица опустела.
- Куда это они? – удивилась Кесса.
- Пить суаву, должно быть, - отозвался Нингорс, принюхиваясь к горячему ветру. – Что-то не то… Ты смотри!
- Река моя Праматерь! – выдохнула Речница и изумлённо замигала – и в этот же миг Горка, бессильно распластанный на земле, вскинулся и вскочил на ноги, веером складывая растрёпанный хвост. За оградой, посреди залитой солнечным светом улицы, колыхались дымчато-серые и чёрные перья. Огромный когтистый ящер, оглядевшись по сторонам, вошёл во двор.
- Ссссу-у-урх! – Горка поднял лапы, зашевелил когтями, едва не кинулся на дверь – но вовремя остановился. Все его перья взволнованно шелестели.
- Шшшшш, - отозвался пришелец. Он был серым от носа до кончика хвоста, ни единой пестрины, - кроме длинных чёрных перьев на лапах, хвосте и груди. На миг поднеся коготь к пасти, он подошёл к загону. Горка повёл лапами, наклонил голову набок, следя за каждым его движением. Серый ящер выставил лапу вперёд, опустил трёхпалую ладонь на замок, и красные сполохи, перебегающие от столба к столбу, угасли. Тихонько заскрежетали, выходя из пазов, засовы, и дверь, которую ничто больше не удерживало, упала наземь. Серый ящер жестом поманил Горку к себе и попятился, освобождая дорогу.
Зурхан, прижав оперённые локти к бокам, зашевелил когтистыми пальцами, выжидательно посмотрел на соплеменника. Тот повторил призывный жест и пошёл к воротам. Озадаченно зашипев, Горка выбрался из загона. Он шумно сопел, принюхиваясь, и что-то выглядывал на соседних крышах – но, так и не увидев ничего интересного, вслед за сородичем вышёл со двора. Кесса подползла к коньку крыши, взглянула вниз – ящеры уже скрылись в переулке, и несколько томительно-долгих мгновений спустя над крышами взлетел хасен. С его палубы свисали два оперённых хвоста – чёрный и медно-красный.
Кесса ошеломлённо взглянула на Нингорса – тот лишь встряхнул головой и пригладил усы. Хасен, только что темневший в небе, сгинул, будто его ветром сдуло. Посреди двора стоял пустой загон, и на земле валялись серые перья.
«Ящер пришёл за сородичем из самого леса!» - Кесса украдкой ущипнула себя и растерянно усмехнулась. «Откуда у него корабль?!»
Уже ничего не опасаясь, она скатилась по крыше и спрыгнула во двор, отмахнувшись от сердито зарычавшего Нингорса. Дверь, сорванная с петель, валялась на земле, но не плашмя – что-то слегка приподнимало её. Кесса осторожно, стараясь не задеть шипы, приподняла тяжёлую конструкцию – и выронила её, отступила на шаг, изумлённо мигая. Из замочной скважины торчал маленький – едва ли с мизинец длиной – кованый ключ.
- Нингорс! – закричала она, подпрыгнув на месте. – Летим за кораблём! С Горкой беда!
Алгана глухо зарычал, поднимая дыбом шерсть на плечах и загривке. Мельком взглянув на ключ, он подхватил Кессу и забросил на спину. Во двор, привлечённые шумом, ввалились копейщики, но хеск уже мчался над крышами, поднимаясь всё выше, к сгущающимся тучам. Стаи перелётных ро брызгали в разные стороны, почуяв ветер от его крыльев.
- Корабль в мороке, но я чую след, - сказал Нингорс, на миг замедлив полёт. – Как ты поняла?
- Ни один зурхан не удержит такой ключик в лапе! – Кесса стиснула зубы. – Это Акаи, оборотень, и он обманул Горку… Что они хотят с ним сделать?!
- Да уж не освободить, - буркнул Алгана. – Держись, детёныш, мы их догоним.
Туман плыл под его крыльями, колыхался впереди и смыкался за спиной Речницы, лишь изредка в просветах облаков сверкала водная гладь. Корабли проносились мимо, но ни один из них не нёс на себе двоих ящеров.
- Они летят к Чёрному Озеру, - выдохнул Нингорс, с силой ударив крыльями и зависнув в воздухе. – В Фальхайн…
- Они испортили Мирный Пир! – выдохнула Кесса. – Зачем?! И что теперь будет?
- Держись! – Нингорс, прижав крылья к бокам, рухнул сквозь облачную дымку вниз. Теперь и Кесса слышала то, что коснулось его ушей, - глухой рокот, переходящий в истошный вой.
- Горка, - прошептала она.
Не успел вой умолкнуть, как существо закричало снова, ещё громче и пронзительнее. Нингорс прижал лапы к телу, часто и быстро забил крыльями, ветер пригнул Кессу к его спине, и она уткнулась носом в жёсткую гриву.
- Горка зовёт на помощь!
- Не зовёт, - угрюмо отозвался Нингорс. – Отгоняет. Готовься, Шинн, мы почти на месте!
Он рухнул вниз так резко, что Кессу едва не сдуло. Облака разлетелись в клочья, открывая взгляду густой хвощовник, распластанные в небе листья папоротников, упавшие столбы, опутанные плетеницей, и поваленный на бок корабль с беспомощно трепещущими шарами. Три десятка хесков – кто с оружием, кто с верёвками – подступили к ревущему Горке, ещё один Акаи стоял на вздыбленной палубе, сердито крича и потрясая копьём.
Передние лапы зурхана были опутаны тросами, и Акаи повисли на них, медленно, но верно заваливая Горку на брюхо. Ящер вырывался, Акаи вдвадцатером едва держали его. Стряхнуть путы он не мог – корабельные якоря-шипы, привязанные к ним, глубоко впились в его шкуру, тросы обмотались вокруг лап, и кровь орошала траву при каждом рывке. Акаи со связкой дротиков, понукаемый предводителем с палубы, крадучись, пошёл к зурхану – тот резко опустил голову почти до земли, подался вперёд, клацнул зубами, и хеск метнулся назад, к кораблю. Предводитель взвыл.
Что-то дёрнуло Горку назад, и он, едва не рухнув, встал на дыбы с оглушительным рёвом. Те из держащих тросы, кто был ближе всего к нему, оторвались от земли, но верёвки не выпустили. Третий шип, пущенный понизу, облетел вокруг задней лапы зурхана и зацепился за трос – воткнуть его в шкуру не вышло. Горка взмахнул хвостом, и замешкавшийся метатель взлетел в воздух и с хрустом ломающихся костей врезался в хвощ. Предводитель замахал копьём, и другой Акаи, пригибаясь к земле и прячась за спинами товарищей, подобрался к оброненному тросу и ухватился за него. Лапа ящера дрогнула. Второй хеск поспешил на помощь первому. Горка взревел, клацнул зубами у передней лапы, едва не всадив зубы себе же в плечо, и подался вперёд, едва не прихватив пастью зазевавшегося Акаи. От корабля, выставив вперёд самое длинное копьё с блестящим зазубренным наконечником, к ящеру медленно подбирался хеск. Он замахнулся, примеряясь для удара, Горка молниеносно опустил к нему голову, но едва не повалился – и снова отшатнулся, так и не дотянувшись до врага. Акаи, повисшие на дёргающихся тросах, радостно закричали, попятились, натягивая верёвки ещё туже.
- Сссу-урх… - выдохнул Горка, мотая головой. Кесса стиснула зубы.
- Ни-куэйя!
Она сама не ждала такой удачи, но тонкий золотистый луч, пронзив оба троса, вмиг обуглил их. Ящер вскинул лапы в последнем отчаянном рывке – и верёвки лопнули, раскидав ошеломлённых хесков по опушке. Горка стремительно обернулся вокруг своего хвоста, щёлкнул зубами – и Акаи, только что тянувший его за заднюю лапу, подлетел в воздух и упал обратно, разорванный надвое. Обезглавленное тело второго осело на траву, заливая землю кровью.