"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
Странница взобралась на вал. Никто уже не охранял его – все собрались снаружи, у костров, подбирая и бросая в огонь шевелящиеся останки нежити. Полуистлевшие скелеты были разорваны на части, но ещё пытались собраться воедино и трепыхались, обугливаясь, пока последние искры Квайи не покидали их с вонючим дымом. Жирная сажа сыпалась на кусты и хижины.
Речник Фрисс стоял в стороне от костров. Трое хесков были рядом – они пригвоздили копьями к земле мертвяка, чьё тело ещё не было затронуто тлением, и с опаской следили за ним. Речник сосредоточенно рубил нежить на части. Её руки, разрубленные по суставам, уже волокли к костру, а их пальцы шевелились, пытаясь вцепиться в живых. Ещё один мертвец ждал своей очереди, прибитый копьями к земле, и те, кто охранял его, встревоженно перекликались. Квайет упорно старался встать на перебитых ногах. Один из воинов с топориком наперевес приплясывал вокруг, но стражи мертвеца отмахивались от него, кивая на Фрисса.
«Он-то проследит, чтобы Квайет не поднялись!» - криво усмехнулась Кесса. Уже не было причин для страха, но её трясло. Речник, разрубив надвое туловище мертвеца, с невнятным возгласом отшатнулся, и Кесса вздрогнула, но Фрисс тут же нанёс ещё несколько ударов, и хески растащили останки нежити так, чтобы те и не подумали срастаться.
- Хаэй! – окликнули Кессу снизу. Там стоял Натаниэль и вертел в руках переломленный надвое каменный нож.
- Кесса, у тебя есть острые лезвия? Я свой нож сломал, а там надо рану почистить, - махнул он рукой в сторону костров.
- Вот, держи, - она отдала ему нож, отбитый у куванцев. – Он острый. Многих ранили?
- Повезло, всего двоих, - качнул головой хеск. Он говорил отрывисто и быстро-быстро мигал.
- Чего хотело жёлтое чудище? – спросил он, оглядевшись по сторонам. – Куда оно ушло?
- Оно хотело защитить вас. Разве ты не слышал? Ты же рядом стоял! – изумлённо мигнула Кесса. – Ну, когда он говорил со мной…
- Говорил?! – Квомта-Риу шмыгнул носом, недоверчиво взглянул на Кессу и неопределённо помахал хвостом. – Змеи не говорят… Вы с Фриссом – очень странные, таких мы не видели. Я зову вас в свой дом… когда всё это закончится… и ещё – я поехал бы с вами дальше. Если только вы едете в Хелгион…
К вечеру воздух стал вязок и недвижен, где-то невдалеке проползала, рокоча, грозовая туча, а над Мейтоном висело облако смрада от сгоревших костей. Огромные кучи углей на окраине ещё дымились, но никто уже не охранял их. Притихшие Квомта-Риу, сняв все перья и побрякушки, тенями бродили по селению. Жертвенный дым курился над святилищем – большой хижиной из ветвей холга, выкрашенных в пурпурный и чёрный цвета, туда стягивались понемногу жители, так и не нашедшие покоя в хижинах.
В доме Натаниэля было светло – закатное солнце заглядывало через переплетения веток и жердей. Очаг остыл, и растопить его было нечем. В глиняных мисках пузырился кислый сок, и залитая им рыба исходила пеной и набухала на глазах. Понурый Натаниэль, забившись в угол, грыз копчёную микрину. Притихла и Кесса. Сидя на почётной циновке, она оглядывалась на дверь – Речник Фрисс ещё не вернулся со двора.
- Огромный когтистый ящер-харайга, весь в перьях. Каждый его коготь длиной в два локтя, - прошептала она и поёжилась. – Говорят, они живут в моховых лесах.
- Харайга с двухлоктёвыми когтями?! – родственник Натаниэля зацокал языком и перебросился парой слов на родном наречии с другими хесками. – Боги хранили нас от такой напасти!
- Нет, таких зверей тут нет, - зашевелился в углу Натаниэль. – Ни в Келионе, ни в Хелгионе, ни в сухих землях Вайморов. Даже думать о таком существе неохота!
Он отмерил на стене два локтя и наклонил голову, изучая начерченную линию.
Речник Фрисс вошёл в хижину и опустился на почётную циновку. Броню он положил рядом, помедлив, снял и перевязь с мечами. Один из Квомта-Риу протянул ему миску с рыбой, и Речник, едва заметно кивнув, принялся за еду.
- Речник Фрисс, - Кесса тронула его за руку, - ты не ранен? Не надо было одному идти драться с нежитью! Почему ты меня не взял с собой?
Резко выдохнув, он опустил миску на пол и смерил Кессу угрюмым взглядом.
- Тех Квомта-Риу, что встретили нас у моста, порвали мертвяки, - тихо сказал он. – Порвали насмерть. Сидела бы ты в Фейре!
Он провёл ладонью по запястью второй руки, будто оттирая что-то липкое, передёрнулся и подобрал с пола миску.
- Мыши уже летят в сухие земли, - осмелился заговорить один из хесков. – Саркес, злой колдун, обманул нас и… и принёс сюда смерть. Но теперь будут знать, какой он, и он не обманет больше никого.
- Если весть не опоздала, - хмуро отозвался Речник. – Стало быть, он шёл в Ритвин… Значит, наследить мог по всей Фалоне. Зачем ему нужен Ритвин?!
- Может, там есть место великой силы… то, что нужно Некромантам, - несмело пробормотала Кесса. Взгляд Фриссгейна пугал её.
- Мы бы знали, - покачал головой Речник. – Это просто город. Или… Ладно, без толку гадать. Завтра мы пойдём дальше, Натаниэль. Хочешь ехать с нами – уложись со сборами до полудня.
…Туча, так и не пролившаяся дождём, опустилась тяжёлым брюхом на лес и зацепилась за высокие папоротники. Их стволы уходили в густой туман, вниз по чешуйчатой коре и бахроме многоцветного мха стекала вода. Канзисы, отяжелев от влаги, попрятались в зарослях холга, их щупальца свисали отовсюду, и Флона, откусив несколько веток от куста, прихватила заодно медузу и обожгла себе пасть. Сейчас она понуро брела вперёд, вывесив язык и не обращая внимания ни на какие листья. Сочный локк хрустел под её лапами, разбрызгивая зелёную жижу.
- Так Боги Тьмы победили, и теперь треть Хесса, от Бездны до владений Богов Смерти, перешла к ним, - Речник полулежал на панцире Двухвостки и неспешно вёл повесть, и даже падающие с деревьев листья, микрины и медузья икра его не отвлекали. – И всё бы ничего, но Элиг и Вайнег между собой тоже не ладили. Когда они сцепились, земля затрещала по швам. Это, всё-таки, боги, а не драчливые товеги…
Папоротники вокруг едва заметно качнулись, и Кесса вдруг потеряла опору и соскользнула по мокрым циновкам. Поднявшись с примятого куста, она взобралась на спину Флоны и растерянно огляделась по сторонам.
- Земля шевелится, - пожал плечами Фрисс. – Горы растут.
- Когда они вырастут, всё это болото наконец высохнет, - прошептала Кесса. – Скорей бы! И что вышло, когда Вайнег и Элиг начали войну?
- Сперва побеждал один, потом другой. Те, кто был ими создан, и те, кто раньше жил там, погибли, и всё было разбито в щебень. Прямо как Старые Города после Применения… только там Применение длилось и длилось, и конца этому не было, - Фрисс покосился на Зеркало Призраков и хмыкнул – оно отражало его руку, вот только она была упрятана в тёмно-синюю сарматскую перчатку. – А потом и другие вмешались в распрю, и весь Хесс встал дыбом. Не осталось ни рек, ни лесов, ни зверей, - только пепел, обломки и кости. Те, кто ещё был жив, не знали, куда им укрыться…
Кто-то гулко взревел в отдалении, и Флона приостановилась и ответила громким рыком.
- И тогда Илирик, Келга и Миндена собрали войско? – еле слышно спросила Кесса.
- Хаэй! – Натаниэль, прокладывающий путь для Двухвостки, остановился и помахал рукой Фриссу. – Твой черёд!
- Иду, - кивнул Речник, спешиваясь и берясь за меч. – С дороги не сбились?
- Скоро будем у моста, - заверил хеск. – Ещё до темноты приедем в Келион.
- Мост? – Кесса недоверчиво на него посмотрела. – Такой же, как на Кайде-Чёрной? Может, лучше вплавь?
- Да ну! Это большой красивый мост, - усмехнулся Натаниэль. – Такого моста во всём лесу не найдёшь. Мы строили его вместе с Иурриу. А они не любят, когда по мосту течёт река. Не бойтесь!
Шум полноводного, напоённого дождями Келиона был слышен издалека – тёмная вода пенилась на перекатах, билась о вывороченные корни старых деревьев. Двухвостка, раздвинув серебристые ветки, вышла на полузатопленный берег и едва не завязла – поломанные кусты и выброшенные из реки водоросли шатким настилом легли на прибрежный ил, а из-под них сочилась вода. Чёрные осклизлые ветви легко ломались…