"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
- Ц! – щёлкнул жвалами Нкири, резко повернувшись к хеску. – Болтай, но осторож-ж-жно! На постоялом дворе нет мест, путники. Слишком много приез-з-зж-ж-жих. Идите к Айюкэсам, в их селение. Там есть ж-ж-жилища с веткой Тунги на двери.
Флона преодолела вторые ворота, едва не сорвав шипами одну из створок, и потопала по не слишком широкой улочке, оставляя на стенах царапины.
- Чувствуешь? – прошептал, хмурясь, Речник Фрисс. – И тут что-то неладно.
- Ага, - кивнула Кесса, сквозь прозрачный щиток разглядывая бесформенные строения.
Вроде бы ничего странного в них не было – те же камни, залитые жёлтой блестящей смесью, Кесса видела в Гелисе и Вальгете – но повсюду виднелись щербины, вздувшиеся пузыри, сети мелких трещин. Одна из стен уже начала осыпаться – жёлтый слой облез, и щебень, скреплённый им, раскатился по мостовой. И сама мостовая вздыбилась, будто её камни что-то выталкивало из земли. Один из них выпал вовсе, и Флона подтолкнула его мордой, откатывая прочь с дороги. Промелькнувшая над улицей пчела сердито зажужжала, угрожающе спикировала на Двухвостку и тут же взлетела и умчалась прочь.
- Полная ерунда, - пробормотал Речник, заталкивая ещё одну плиту обратно в её нишу. – Трещины, выбоины и ямки. А вон там недавно поставили заплатку.
Кесса посмотрела на стену, залитую поверх осыпающегося камня ещё одним слоем жёлтой смеси. Он был тоньше, чем обычно, и что-то ещё в нём было не так… может, состав?
- Тут всё какое-то… непрочное, что ли, - нахмурилась она. – Как будто вот-вот начнёт разваливаться.
Улица расширилась, распалась на рукава, как дельта реки, жёлтые здания расступились, освобождая место для невысоких холмов, укреплённых камнями. В них виднелись боковые дверцы, закрытые прочными деревянными крышками – но и тут были следы мелких, но вездесущих разрушений.
- Кварталы Айюкэсов, - прошептал Речник, натягивая поводья. – Тут нам предстоит найти ночлег. Высматривай ветку Тунги, Кесса. Её нарисовали на одной из дверей. Ты помнишь, как выглядит Тунга?
- Конечно, - фыркнула Кесса. Тунга, дерево, чьи листья подобны огненным чашам! Разве её можно с чем-то перепутать?!
- Речник Фрисс, а какие из себя Айюкэсы? – шёпотом спросила она.
Большущая толстая змея в сиреневой чешуе неспешно проползла между холмов и, толкнув рогатой головой дверь, исчезла под землёй. Ещё одна, развернув кольца, спустилась с нагретой солнцем крыши и перебралась в тень холма. Флона, сделав шаг, ухватила её за хвост и потянула к себе.
Кесса только и успела изумлённо мигнуть – змея пропала. Теперь Двухвостка держала в пасти ветку большого колючего куста. Флона, не смутившись ни на миг, дёрнула ветвь и затопала лапами.
- Ну, ну! – Фрисс, спешившись, постучал по её макушке. – Отстань от Айюкэса! Это не еда!
Флона, чихнув, разинула пасть, и там, где был куст, вновь появился светло-лиловый змей. Приподняв рогатую голову, он пристально посмотрел на пришельцев.
- Ух ты! Знорк и сармат, оба живые!
Вскинувшись на хвосте, хеск испустил пронзительный свист, и холмы вскипели. Флона подозрительно зафыркала, оглядываясь на Фрисса. Кесса поджала ноги. Синие и сиреневые змеи были повсюду, и все они смотрели на путников и перешёптывались.
Кесса не слышала их голосов, не слышала шипения и шелеста, но что-то давило ей на уши и иногда дребезжало, и из этого гула складывались обрывки слов.
- Надо же, знорк и сармат…
- Джеван обрадуется…
- Согласятся ли?
- Уговорит…
- Он хитрый…
- Вот это да…
- Хаэй! – Фрисс нахмурился. – Только нападать не вздумайте!
Он не прикоснулся к мечу и не выпустил поводья Двухвостки, но змеи зашевелились, уползая с дороги.
- Будь спокоен, знорк. Никто вас не трогает, - сказал один из хесков, ускользая из-под лап Флоны. Ящер, настороженно принюхиваясь, пошёл вперёд, мимо холмов, рассыпанных в тени жёлтых зданий.
- Ох ты! Надо сказать им, что я не сармат! – спохватилась Кесса. – Хаэ-эй! Я не сармат!
- Ладно, чинить альнкит не заставят, - хмыкнул Речник, прикасаясь к её плечу. – Но вот что их так взволно…
Он зашёлся в отчаянном кашле, и хески, дремавшие на холмах, вскинулись и на всякий случай сменили облик.
- Речник Фрисс, смотри! – воскликнула Кесса. – Там ветка Тунги!
…Рисунок на дощечке, приколоченной к столбу рядом с домом, выгорел и истёрся до неузнаваемости. «Подновить бы,» - думала Кесса, пробегая мимо с очередной охапкой травы. Флона, проголодавшая полдня, сжевала полный куль сена и охапку сухих веток – угощение, принесённое Айюкэсом по имени Хольскен. Это был его дом и его дощечка – но Двухвостку в гости он не ждал и корма не припас.
- Крупная зверюга, - заметил он, приподнимаясь на хвосте, чтобы лучше разглядеть ящера. – У нас такие не водятся. Видно, еды не хватает.
Фриссгейн, измученный болезнью, хотел было вычистить панцирь Флоны, но быстро выдохся и спустился в землянку. Кесса видела, как осунулось его лицо, и как он украдкой хватается за стену, чтобы не упасть.
- Поешь, Речник Фрисс. Ты сам говорил, что тацва помогает от болезней, - Кесса подсунула ему самый большой кусок засохшего и побелевшего мёда. Хольскен принёс гостям вяленое мясо и сушёную рыбу – только эти припасы и были знакомы Айюкэсам, да ещё тацва из подземных пчелиных гнёзд.
- Знорки! – качнул головой Хольскен, разглядывая пришельцев, как диковинку. – Недавно был тут один знорк – Саркес…
Кесса вздрогнула и испуганно огляделась по сторонам. «И тут проклятый Некромант! Это из-за него, что ли, всё так попортилось?!»
- Он как раз перед вами ушёл в Ритвин. Не знаете его? – хеск покосился на Кессу. – Джеван говорил с ним, но он помочь отказался…
«Помочь? В чём такое отродье Вайнега могло бы помочь?!» - Кесса стиснула зубы, но тут же забыла о Некроманте. Фрисс попытался спросить о чём-то, и тяжело закашлялся, и долго не мог отдышаться.
- Фриссу нужен хороший целитель, и очень быстро! – вскрикнула Кесса. Ей померещилась кровь на его губах.
- Тогда я отведу вас к Джевану, - Хольскен свился в тугой клубок и задумчиво качал головой. – Прямо сейчас. У него есть сильные зелья, не знаю только, умеет ли он лечить знорков…
Фрисс, пожав плечами, поднялся с циновок и ухватился за стену. Кесса хотела поддержать его, но Речник легко отстранил её и неуверенной походкой побрёл за Хольскеном.
- Я уже слышал имя Джевана, - пробормотал он. – Вайнег бы побрал все туманы Кархейма…
Айюкэс ухватился зубами за дверцу и потянул засов вбок, пытаясь запереть жилище. Фрисс подошёл к нему, чтобы помочь, и негромко спросил о чём-то. Кесса вытянула шею, прислушиваясь.
- В городе разложение, - еле слышно ответил Речнику Хольскен. – И чем дальше, тем сильнее. Даже камни начинают трескаться, а свежие припасы гниют…
Засов с треском опустился на место.
- Он разбух, надо подтесать, - покачал головой Фрисс. – Займусь, когда вернёмся. Флона! Потише, с ног собьёшь!
Отстранив Двухвостку, он побрёл за уползающим Хольскеном, и Кесса поспешила за ними. Панцирный ящер грустно вздохнул за её спиной.
«Разложение,» - повторяла про себя странница, глядя в землю. «Разложение… Тут без Некроманта не обошлось. Попадётся нам этот Саркес…»
Не все жёлтые холмы были густо населены – часть их, оставленная гигантскими пчёлами, обветшала, лишилась многих стен и окон, но всё же там ещё можно было жить. Айюкэс вывел путников в переулок, с двух сторон зажатый между заброшенными пчелиными гнёздами. Здесь воздух был чист – и Кесса не пожалела, что оставила сарматскую броню в доме Хольскена.
Змееподобные Айюкэсы выглядывали из незаделанных окон старых холмов, в дверях шелестели циновки, в переулке теснились повозки на костяных лапах, и чужеземные торговцы переговаривались со странными четырёхрукими хесками, с Айюкэсами и редкими Нкири-Коа. Кесса не понимала ни слова, но по жестам и выражениям лиц догадалась – идёт торг. «Да уж наверное,» - усмехнулась она своим мыслям, бочком протискиваясь между стеной и повозкой. «Теперь тут постоялый двор. Хорошо, если всем хватит места! Им повезло, что у них нет зверей, - тут, похоже, корма не найдёшь…»