"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
- Ш-ша! Будь проклят тот, кто выдумал сарматов! – отозвался дракон, и Речник даже не стал спорить.
Щупальце не дёргалось уже, присмирело, и Келин нёс его теперь в одной лапе.
- Завянет до травы – брошу тебе, и полетим дальше, - буркнул дракон.
Время тянулось невыносимо медленно. Чахлые, изуродованные излучением травы шелестели внизу. Почти Акен миновал, прежде чем под крыльями зажелтели цветущие злаки живой, необлучённой степи.
- Бросай и садись!
Келин бросил щупальце и камнем упал следом. Фрисс спрыгнул на землю.
- Как лапы? Покажи!
На когтистых пальцах виднелись мелкие порезы.
- Оно не мокрое – так, чешуйчатое. Вёрткое, как гадюка! – пожаловался дракон.
Растение, как убитая змея, ещё вяло корчилось в траве. Кончик корня был толще, чем рука Речника, восемь отростков торчали из прозрачной чешуи – четыре тонкие нити, до сих пор пытающиеся обвить пучки травы, и четыре небольшие клешни. Фрисс, поддавшись любопытству, сунул в одну из них сухую соломину – она с треском переломилась пополам.
- Странное растение, - хмыкнул Речник, тыкая палочкой в бледные присоски на корне. Узкая прорезь между ними распахнулась, превратившись в пасть с острыми ровными зубами.
- У него зелёная кровь, - сказал Келин, тронув когтем застывающий срез. – Не знаю, в каком поле такое растёт, но я бы туда не летал.
- Это не трава – это демон, - покачал головой Фрисс. – Век бы его не видеть.
Он разрубил корень надвое и осторожно затолкал в стеклянный ящик – растение уже не сопротивлялось. Убедившись, что крышка прилегает плотно, он с облегчённым вздохом стянул с себя скафандр.
- Всю живность в округе мы распугали, - хмыкнул он. – Придётся есть Руулу.
Он долго возился, срубая незрелые колосья. Нашёл обломок сухой соломины – толстенное полено – и решил прихватить с собой. На обратном пути подобрал ещё два.
Дракон с отвращением глотал незрелую Руулу и обрадовался даже ломтю ирхека, дорожного хлеба из рыбной муки. Меньшую часть ирхека Фрисс съел сам.
- Не надо бы трогать эти растения, - задумчиво сказал дракон, доев Руулу. – Сарматы убили землю, теперь земля им мстит. Стоит ли ей мешать?
- Да не им, а нам. Сольют они отходы, или не сольют и доведут до взрыва, или эта сияющая мерзость из Нор доползёт до Реки, или такие вот цветы прорастут на нашем берегу – так или иначе, хуже всего будет нам, а не сарматам! – вздохнул Речник. – Это ты от Руулы такой кровожадный или от ирхека?..
Поутру всё – и трава, и путники – было в росе, и даже Келин утолил жажду, не разыскивая родник. Взлетев, он долго отряхивался – и в следующий раз вернулся к земле на Левом Берегу Реки, среди покосившихся камышей и тростниковых хижин. «Заверни к Провалу,» - попросил дракона Речник и теперь, сойдя на хлипкие мостки, вспоминал, как по ним ходят… и как вообще ходят или хотя бы держатся на ногах. Трудно же тем магам, которые летают на драконах постоянно…
Фрисс боялся увидеть выжженный берег, поле битвы, но нет – даже запах погребальных костров уже выветрился, и шатров вокруг пещеры поубавилось. На прибрежных Соснах скучали скайоты-лучники, один из них раздавал пленным Инальтекам горячее варево. Дощатая платформа покачивалась на ветру, и пленники смотрели вниз с нескрываемой тоской. Фрисс покачал головой – а могли ведь мирно сидеть в своём подземелье…
Одинокий Речник стоял у Провала, а у его ног дремала ездовая кошка – Фагита. Он завидел Фрисса и теперь махал ему рукой.
- Келин, подожди, я быстро, - пообещал Фриссгейн и пошёл к Провалу. Стоял там – к удивлению Фрисса – Речник Найгис с участка «Флана», нерадостный, но спокойный.
- Солнечная кошка вышла на дорогу! – Фрисс кивнул знакомому и его кошке.
- Мы сегодня в золотом, - тот взъерошил рыжий мех Фагиты. – Был в Норах?
- Только оттуда, - Фрисс покачал головой. – Скверные твари там. Что внизу?
- Хорошего мало, - пожал плечами Найгис. – Но и страшного ничего нет. Кэйронейю тут прорвались было к обозу, но налетели на Маасов. Свирепые они, прямо как келнениси с Дождевых Гор…
- Маасы! – усмехнулся Речник. – Как они тут, освоились?
- Сельт ими доволен, - Найгис кивнул на пещеру. – Где-то внизу, в дозоре… Белый ты какой-то, Фрисс. Когда ел в последний раз?
- Найгис, в порядке я. И ел, - отмахнулся Фрисс. – Пойду. Встретишь Маасов – пожелай им мирной осени.
Дракон, отфыркиваясь, вылез из камышей. От него пахло рыбой.
- Поймал под мостками. Ну что, летим к Замку – или тут заночуем?..
Они летели над Огненной Кручей, и Фрисс задумчиво смотрел на руины. «Надо бы проверить, сильно ли храм разрушен… Найти свободный день и слетать.»
- Нильгеку об этой великой битве лучше не знать, - тихо сказал Речник дракону, когда Замок показался из-за травяных дебрей.
- Верно, - качнул крыльями Келин. – Целее будем.
Он сделал петлю вокруг башен, постепенно замедляя полёт.
- Недурно прогулялись, - заметил он, широко распахивая крылья за миг до посадки. – Если нужно будет, найди меня – я рад буду взять тебя на крыло.
Нильгек молча глядел на них из-под навеса, скрестив руки на груди. Он ничего не сказал, даже когда Фрисс, попрощавшись с драконом, прошёл мимо. И сам Речник не стал заводить разговор – так даже лучше. А любопытно всё-таки, откуда у Нильгека столько мелких шрамов на руках…
На заднем дворе, под Янтарной Лестницей, темнел ещё один лаз – дверь на Склад. Фрисс, взяв в охапку поленья и стеклянный ящик, отодвинул дверную завесу и свалил всё на стол.
- Ага! Ты вернулся, - без особого удивления кивнул ему Кимлан, который был кладовщиком десять лет назад и собирался быть им ещё лет двадцать. – Запасаешь сушняк? Решил сам нарубить, покупать не будешь?
Фрисс на миг задумался.
- Сам не успею, - решил он. – Надо поискать порубщика. Кто-нибудь из них жив ещё, как ты думаешь?
- Ох… Тебе слетать бы в Ладин-Кем. Есть там один человек, - задумался и Кимлан.
- Раньше я многих знал в Ладин-Кеме, - напряг память Речник. – Фиос Хагет?
- Он, - кивнул кладовщик. – У Хагета большая артель. Слетай, как будет время.
Обойдя Замок, Фрисс снова выбрался к Изумрудной Лестнице. «И кто в этот раз вылетит навстречу?» - рассеянно думал он.
Это был Марвен, повелитель Дистана, в доспехах и полном вооружении – только что без отряда за спиной.
- Фриссгейн! – Марвен не стал тратить время на приветствия. – Эйган рассказал мне о твоих демонах. Ещё бы сотни две таких воинов, и мы вытряхнули бы Инальтеков из Иллорны. Хорошо сделано, Фрисс…
- Марвен! – крикнул вслед Речник, но правитель уже спустился, оседлал дракона и успел подняться в облака. Фрисс пожал плечами. «Боги всем им в помощь,» - подумал он. «И всё-таки, что с Ожерельем?..»
Под Аркой Звёзд он нашёл Халана – правитель стоял у стены и рассеянно смотрел в пустоту. Вид у него был усталый.
- Фриссгейн! – увидев Речника, Халан немного оживился. – Ты вовремя. Астанен улетел, я сейчас и за себя, и за него, и за Марвена, и немного за Канфена… Какая-то весна на сарматской станции, а не война. Ладно, рассказывай, что видел, что узнал?
Они забрались в небольшую залу, и Фрисс отдал Халану ящик с растением. Рассказ много времени не занял, хотя Речник старался припомнить каждый изгиб корня и каждое пятно на стебле – кто знает, по каким признакам маги различают демонов…
- Ну и тварь. Подозреваю, что ни от каких излучений из нормальной травы такое не вырастет. Из Хесса ветер занёс… Хорошо ты сработал, Фрисс. У тебя два дня на отдых, потом прилетит этот островной маг, Силитнэн, и тебя позовут на совет. Растение оставь мне, полежит под заклятием, - Халан замолчал и провёл рукой по глазам.
- Я ещё нужен? В Энергине или где-то ещё? – деловито спросил Речник.
- К Вайнегу! Иди к Морнкхо, а потом заселяйся в «Кошатник»… хотя нет, там столпотворение, лучше в Храм. А я пойду побуду за кого-нибудь ещё… за Иригина или Ондиса. Будешь нужен – мы тебя найдём.
Фрисс кивнул и пошёл в столовую. Пробыл там долго, но зато больше ему не говорили, что он бледный. Ох уж эти полёты на драконах…