"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
Путники переглянулись. Неподалёку оглушительно взвыла и тут же замолчала сирена, у Фрисса вновь заныли кости. Громкое и очень неприятное дребезжание прокатилось по улице, и следом захлопали двери и окна — все дома закрывались наглухо. Трое Серых Сарматов, с оружием в руках бредущих вдоль стены, остановились и уставились на чужаков. Двое стражей закрывали городские ворота, сваливая в кучу толстые плиты рилкара. Гедимин указал на широкие ступени, вырубленные в стене высокого здания. Тут, на крыше, путникам предстояло ночевать… Фрисс пожал плечами и полез наверх. Темнота никак не смыкалась над городом — горели цепочки светильников вдоль внешней стены, отделяющей посёлок Серых Сарматов от бескрайних развалин, ярко сверкали огни на передающей мачте станции, вдали сиял ярко освещённый порт летающих кораблей, а ещё дальше — низкие, но очень широкие здания, под которыми скрывались ирренциевые шахты. Фрисс лежал в углу, спиной к остаткам стены верхнего этажа, свет станции резал ему глаза, и он пытался спрятаться в тени Гедимина.
— Какое-то проклятие на этих городах! — проворчал Речник, снимая с пояса фляжку. — Как одновременно может быть холодно и жарко?! Он хлебнул — и закашлялся. От воды тянуло гнилью, и вкус у неё был горький. Речник плеснул немного на ладонь и увидел в жидкости еле заметные жёлтые искры, постепенно всплывающие, как тонкая плёнка. Он взмахнул рукой, создавая водяной сгусток — те же пылинки были в воде, тот же гнилостный запах она источала. Речник стиснул зубы.
— Волна осквернила воду — теперь все воды мира гниют, — прошептал он, глядя, как сквозь туман, на сармата, смыкающего «усы» всех приборов на золотящемся водяном сгустке. — Это золотень, речная гниль… Волна наверху, Гедимин, и всё бесполезно…
— Ничего, кроме сильного ЭСТ-излучения, — с лёгким удивлением в голосе заметил сармат и осторожно встряхнул Речника за плечо. — Фриссгейн, очнись. Не знаю, чем закончится твой поиск, но в случае неудачи… Ирренциевый заряд устроен несложно. Если всё так плохо, я могу сам сделать их, вот только… не знаю, согласишься ли ты.
— Что?! — Фрисс очень старался говорить тихо, но трудно было удержаться от вопля. — Ты умеешь создавать Старое Оружие?! Что я должен сделать?
— Вернуться со мной на «Идис» и сказать хранителю о своём согласии, — прошептал Гедимин, прислушиваясь к отдалённым крикам патрульных. — Всё-таки это твой альнкит. Мы извлечём топливо из него, и я соберу заряды. Ирренцию всё равно, где и когда взрываться, это будут слабые устройства, но на ваши цели их хватит. Запуск придётся отложить, надеюсь, что ненадолго. Согласен?
— Ещё бы! — Речник зажал рот рукой, подавляя очередной вопль, и смущённо посмотрел на сармата. — Но… Ураниум-Сити же не позволит тебе такое сделать, он пришлёт корабли и взорвёт твою станцию…
Нет, Гедимин, я такого не допущу. Оружие найдётся…
— Кто тебе рассказал такую чушь? — сердито прошептал сармат.
— Кронион Гварза, — удивлённо ответил Речник. — Разве ваши законы…
— Законы я знаю. А этот год, я смотрю, у всех пробудил фантазию, — пробормотал Гедимин. — Кронион сильно преувеличил. Взрывать станцию они не станут. Могут попробовать расстрелять командира, но и это маловероятно.
— И этого я тоже допустить не могу, — покачал головой Речник. — Я договорюсь с Советом Сармы и решу всё законным путём…
— Мне бы твою уверенность, знорк, — сармат сердито пожал плечами и перевернулся на другой бок. — Спи, этой ночью ни к чему караулить. В своём городе Серые ведут себя смирно… Утро началось с режущего уши дребезжания, воплей сирены, хлопанья десятков дверей и мягкого подземного толчка. Речник вскочил, с трудом вспомнив, кто он и где он сейчас. Рассвет заливал крыши зелёным сиянием, внизу шаркали мётлы уборщиков, и пререкались патрульные у внешней стены. Над городом, покинув полуразрушенные башни, реяла несметная стая Клоа. Длиннохвостые хески нарезали круги над станцией и далёкими мачтами подстанций у рудника и в порту, до тех, кто копошился внизу, пожирателям энергии дела не было. Гедимин лежал лицом к станции, рассматривал её и загибал пальцы на руке, будто вёл отсчёт. Сирена взвыла снова, Клоа шарахнулись от мачты, сармат резко выпрямился и отвернулся от тёмной махины.
— Сил моих нет, — пробормотал он. — Как они, интересно…
— Гедимин, ты давно не спишь? — мирно поинтересовался Фрисс, рассматривая контейнер с Би-плазмой. Речник честно пытался её съесть, получалось плохо.
— Я жду тебя и твоих предложений по поиску, — хмуро ответил сармат. — Видишь стену? В Йилгве перед Применением было много сарматов, тут добывали ирренций и уран… а сейчас тут много Серых и ещё больше эа-формы и тарконов. Я не рискну выйти за стену, знорк, и тебе не советую.
— Если тут у каждого жителя бластер или огнемёт, — вздохнул Фрисс, глядя с крыши на уборщиков и редких прохожих, — а у некоторых даже по два, то нам искать уже нечего. Ты упоминал убежище, в котором строил установку… может, заглянем туда?
— Илгвен — убежище обречённых? — сармат на секунду задумался. — Что же, надеюсь, что альнкит они заглушили вовремя… Город был пустынен, тих, вылизан до блеска, но всё равно казался тревожным и припорошенным пеплом. Серые Сарматы и тарконы расчистили для себя часть развалин и поселились в том, что осталось от поднебесных башен — длинных строениях в три-четыре этажа. Когда-то здесь были подвижные дороги, но они давно остановились, зато светильники уцелели, и даже один воздушный мост ещё соединял два дома. Путь, указанный патрульными, вывел изыскателей на пустырь, к невысокой стене, отделяющей жилые кварталы от порта летающих кораблей. Сейчас там не было никого, кроме десятка охранников — Серых Сарматов, когда-то бывших Древними.
— Ты опоздал, — проскрипел один из них на вопрос Гедимина. — Позавчера отбыл транспорт, забрал всё подчистую. Хочешь взглянуть на пустой склад? Во времена Тлаканты это была обычная жилая башня, после Применения она развалилась почти до основания, и жители, расчистив два уцелевших этажа, из остальных обломков соорудили приземистое здание, над которым возвышалась сейчас ветвистая мачта подстанции. Она источала жар, а само сооружение гудело и порой грохотало. Крытый туннель, соединяющий этот дом и два этажа бывшей башни, был покрыт трещинами и местами оплавлен, на нём пестрели многочисленные заплаты из листов фрила. Вокруг грохочущего здания, невзирая на раскалённую подстанцию, толпились Серые, и когда Фрисс шагнул в ту сторону, ему тут же преградили дорогу. В остатках жилой башни, за высокими воротами, было просторно и пусто. Гедимин посмотрел на дозиметр и, кажется, удивился увиденному.
— А говоришь, небрежны с ирренцием, — прошептал Фрисс, рассмотрев экран. — В степи и то грязнее.
— Кто следит за альнкитом? — спросил сармат у пятёрки Серых, которые сопровождали изыскателей повсюду. Серые переглянулись и похмыкали.
— Нижние ярусы все обрушены, Древний, — ответил один. — Что там было, там и осталось. Два верхних яруса можешь посмотреть, там склад. Ничего про альнкит не знаю, кто его откапывать будет?! Фриссу показалось, что Гедимин вздрогнул, но ответил он спокойно, и они пошли к подъёмнику — широкой и высокой коробке, в которой даже Древний Сармат мог стоять во весь рост. Повсюду в Илгвене горел яркий свет, и повсюду воздух был свеж — насосы, нагнетающие его с поверхности, не останавливались ни на минуту. Внизу было пусто — кажется, раньше ярусы делились на множество комнат, но после Применения почти все перегородки выломали, а уцелевшие — укрепили несколькими толстыми плитами и снабдили массивными свинцовыми люками. Ничего полезного для Гедимина или интересного для Речника тут не осталось.
— Хороший склад, — сармат посмотрел на прибор ещё раз и спрятал его. — Новую руду скоро привезут?
— Дня через три, не раньше, — ответил Серый, покрутил в пальцах странное массивное кольцо из непонятных железок и спрятал в карман.
Кольцом Гедимин неохотно расплатился за спуск в Илгвен. Серые Сарматы проводили изыскателей до самых ворот — им скучно было на пустом складе, и их очень интересовала броня Гедимина и его оружие.