"Великая река". Компиляция. Книги 1-8
Вода здесь была повсюду — сверху стекал туман, снизу бежали ручьи, стекаясь к огромной реке, скрытой в тумане. Мост через эту реку — Кайду-Чёрную — Фриссу предстояло отыскать. Если он раньше не заблудится в тумане и не запутается в жгучих щупальцах канзис, свисающих с каждой ветки!
— Да, выбирайся, — кивнул Речник, убрал дозиметр и подошёл, чтобы помочь с застёжками. — Здесь слишком много воды, но кислоты вроде бы нет…
— Я в нём тону, — печально сказала Кесса, сворачивая скафандр и закапывая на самое дно сумки. — Я, всё-таки, не сармат… Речник Фрисс, а ты знаешь, куда нам идти?
— В ту сторону — и до самой реки, — уверенно сказал Фриссгейн, стараясь не смотреть ей в глаза — на самом деле он ни в чём не был уверен среди тумана и срастающегося мха. — Я пойду рядом, буду расчищать дорогу. Флона одна тут не пробьётся…
Двухвостка дожевала лист локка и посмотрела на Речника выжидающе. Он подошёл к просвету в моховой стене и ударил мечом по веткам, вызвав целый водопад и лавину медузьей икры. Флона медленно потопала по широким листьям, снося на своём пути тонкие моховые стволы. Кесса достала кинжал, примерилась к ветке, вздохнула и убрала оружие.
Не прошло и Акена, как они остановились на отдых. Двухвостка была слишком крупным и неповоротливым существом для жизни в холгах, а Фриссу нужен был огнемёт, а не мечи. Бахрома и бусинки на одежде Кессы постоянно цеплялись за мох.
— Скоро выйдем к реке, — сказал Речник и попытался улыбнуться. — Я уже слышу, как она шумит.
— А по-моему, это с веток вода льётся, — невесело ответила Речница. — Может, ты поедешь, а я пойду впереди?
— Лучше не двигайся, — махнул рукой Фрисс и пошёл дальше.
Они вышли на берег Кайды-Чёрной, заваленный тиной и гниющими деревьями. Кесса привстала на панцире Двухвостки, чтобы разглядеть крупные цветы Мекесни на середине реки. Вода здесь была непроглядно чёрной и на вид неподвижной. Фрисс огляделся в поисках моста — и присвистнул.
— Кесса, посмотри вон туда. Это наш мост.
— Река-Праматерь… — обречённо выдохнула та, разглядывая мост — вернее, несколько вбитых в дно реки деревянных свай, соединённых лианами и ветвями папоротника, перекошенных, наклонённых в разные стороны, изъеденных мхом и плесенью и населённых воздушными медузами.
— Мне на него ступать — и то неохота, а Флону он просто не выдержит. Спускайся на землю, Кесса. Тут мы разделимся — она поплывёт, а мы пойдём, — сказал Речник, оглядывая тюки на спине Двухвостки. Флона посмотрела на реку и тихо фыркнула.
— Ничего, переплывёшь, — он потрепал Двухвостку по загривку и закинул один из узлов себе за спину. — Кесса, помоги привязать верёвки…
Двухвостка фыркала и недовольно махала хвостами, но стояла смирно, пока седоки продевали верёвки под её лапами и привязывали к шипам на спине. Этот поводок, по замыслу Речника, должен был помочь подслеповатой Двухвостке не потерять из виду мост и выйти на берег там же, куда спустятся с моста люди…
Оскальзываясь на гнилых брёвнах и кучах водорослей, они добрались до переправы. Двухвостка тихо спустилась в воду, и Фрисс создал для неё магическое течение, чтобы ей было легче плыть. Пройдя пять шагов по мосту, он пожалел, что сам не пустился вплавь. Склизкие обрывки лиан рвались в руках, ничем не скреплённые ветви папоротникового настила расползались под ногами, сваи угрожающе покачивались и скрипели.
— Ну и мосты у них… — пробормотала Кесса, глядя на медлительный чёрный поток под ногами.
Самая последняя свая всё-таки не выдержала — и рухнула, подняв фонтан чёрной жижи. Двухвостка уже выбралась на берег и сочувственно смотрела, как Фрисс и Кесса барахтаются в грязной водице у берега. Рыхлое илистое дно ускользало из-под ног…
— Искупались, называется… — Кесса пыталась смыть ил хотя бы с лица. — Где бы теперь умыться, пока всех хесков не распугали…
— Поздно, Кесса. Хески уже здесь, — усмехнулся Речник, глядя в сторону моховых зарослей.
Трое существ, одетых лишь в юбки из листьев и подвески из мелких перьев, бесшумно вышли из холгов. Это были Квомта-Риу, Люди-Выдры, в гладком блестящем меху с головы до ног, и несли они большую связку лиан. Фрисс немного слышал об этих хесках, мирном народе, поклоняющемся великому богу Кетту и Реке-Праматери, и поэтому дал Кессе знак не пугаться, а сам шагнул к Кайде и сложенными ладонями зачерпнул воды.
— Мы все хранимы водой. Мы все под защитой Кетта, — медленно и размеренно сказал Речник, глядя в глаза одному из Квомта-Риу. Тот остановился и кивнул несколько раз.
— Кетт всесилен во всех водах! — ответил он, подставляя ладони под воду, которую Фрисс выплеснул на землю. Трое хесков с любопытством рассматривали путников и как будто что-то вспоминали.
— Мы с Великой Реки, — сказал Фрисс, увидев, что они в замешательстве. — Скажите, этим путём мы доберёмся в Мейтон?
Квомта-Риу покосился на Двухвостку, еле заметно вздохнул и кивнул ещё несколько раз.
— И мне нужно в Мейтон. Я бы мог показать вам дорогу.
— Натаниэль, тебе же ясно сказали — город пока закрыт, — с видимым раздражением обернулся к нему второй хеск. — Мы пять дней не были в Мейтоне, и я не знаю наверняка, в чём дело, но мы получили письмо… Вам, странники, придётся обойти город. Там либо эпидемия, либо что похуже!
Фрисс и Кесса переглянулись.
— Не будет большой беды, если мы пройдём мимо Мейтона, по расчищенной земле, — решил Речник. — Нашему зверю трудно продираться сквозь мох. Спасибо за предостережение, но мы поедем… Натаниэль, ты присоединяешься к нам?
Второй Квомта-Риу быстро и сердито сказал несколько фраз первому, тот так же быстро и сердито ответил, сложил свою часть лиан на берегу и подошёл к Двухвостке.
— Наша стоянка тут, неподалёку. Там у меня осталось гнездо. Нетрудно будет туда завернуть?
— Завернём. Садись, — Фрисс показал на панцирь Двухвостки. — Я Фрисс, со мной Кесса, зверя зовут Флона. Ты в Мейтоне живёшь?
Оставшиеся Квомта-Риу пошли с лианами к мосту, и Речник слышал за спиной их недовольные возгласы — кажется, они хотели заменить истлевшие перила, но обнаружили, что рухнула целая опора. Двухвостка с обречённым видом устремилась в моховую чащу, ломая и разрывая стволы и ветки. Через два десятка шагов Квомта-Риу спрыгнул на землю, остановил Флону и стал прокладывать для неё дорогу, разделяя и расталкивая по щелям и ответвлениям цепкие побеги холга. Фрисс поспешил ему на помощь.
— Ваш зверь, наверное, из пустыни? — спросил Натаниэль. — У нас такие широкие не водятся.
Они выбрались на стоянку Квомта-Риу незадолго до сумерек. Несколько огромных круглых гнёзд, сплетённых из ветвей папоротника и проложенных размятым и высушенным локком, висели там на ветвях.
— Мы переносим их с места на место, — пояснил Натаниэль, снимая гнездо с ветки и пристраивая на спину Двухвостки. — Вы собираетесь ехать дальше — ночью, в темноте, когда тут полно болотных теней?!
Фрисс посмотрел на край солнца, исчезающий за лесом, на сплетённые ветки холга — и махнул рукой.
— Никто за нами не гонится. Натаниэль, ты рыбу ешь?
Спали все в гнезде Квомта-Риу, прижавшись друг к другу и свернувшись в странных позах, там было тесно, зато тепло и сухо. Правда, поутру люди едва смогли распрямиться и выползти наружу, но это было лучше, чем спать среди медузьей икры на мокром панцире Двухвостки.
— Мы не заблудились? — спросил Речник два Акена спустя, когда ветки холга начали двоиться у него в глазах, и порой мерещилось, что проклятый мох срастается за спиной. — Никаких следов дороги…
— Тут и нет дорог, — хмыкнул Натаниэль. — Ни одной дороги до самых владений Вайморов. А Мейтон близко, ещё Акен — и доберёмся. У тебя просто слишком широкий зверь для наших лесов!
Они вышли из-за деревьев и замерли — все, даже Натаниэль. Между ними и городом лежал огромный змей в золотой чешуе, с алым гребнем вдоль спины. Обвивая весь город, чудовище держало голову на кончике хвоста и ярко-красным глазом следило за пришельцами, однако с места не двигалось.