Перкалевый ангел. Предтечи этажерок (СИ)
- Вы, конечно, обещали построить свой многомоторный аэроплан в этом году, но, честно признаюсь, удивили. Все без исключения пилоты все еще ходят, как мешком пришибленные, после вашего У-2 и буквально требуют увеличить количество аэропланов этого типа в десятки раз. Вот вынь им да положь! Мальчишки какие-то, а не гордость отечественного военно-воздушного флота! И тут вы появляетесь на своем “Лебеде”. Вы хоть представляете себе, Алексей Михайлович, в какую осаду возьмут меня теперь?
- Примерно представляю. - усмехнулся Алексей, в ответ на стенания Кованько.
- Вам все хиханьки да хаханьки, а мне некоторых излишне нетерпеливых особ уже пристрелить хочется!
- Пристрелить - это не педогагично! - авторитетно заявил Алексей, хорошо знакомый с непоседливостью тех, кто решил связать свою жизнь с небом. - Мы у себя таких непоседливых заставляем разбирать, чистить и собирать назад двигатели, пока они не научатся делать это с закрытыми глазами. И тем самым решаем разом несколько задач: успокаиваем излишне ретивых учеников, подтягиваем их в знании материальной части, высвобождаем своих работников от грязной, но необходимой работы и даем понять остальным учащимся, что играть в игрушки с ними не собираемся. В крайнем случае, можно назначить дежурным по аэродрому. Вечным дежурным. Для начала - на пару месяцев. А дальше можно принять решение по результатам поведения провинившегося.
- У вас, может, подобное и выходит. А здесь чуть что, так сразу честью офицера кичатся. Не уважают они меня, старика, так как вас.
- Наговариваете вы на себя, Александр Матвеевич. Ох наговариваете. - не согласился с собеседником Алексей. - Кого, как не вас, им уважать? Вы же их самый настоящий отец-командир. А мы… Мы просто учителя.
- Вы их кумиры, Алексей Михайлович.
- А вы для них авторитет, Александр Матвеевич. И в том, что возвращающаяся от нас молодежь изредка забывается, есть часть нашей вины. Слишком мы их расхолаживаем. Чувствуют будущие орлы ветер свободы, вот и чудят потом у вас. Но вы не волнуйтесь, ошибку нашу я понял и впредь обещаю держать господ учащихся в ежовых рукавицах.
- Вот за это буду только благодарен. А что у вас со сроками поставок новых аэропланов?
- Я привез с собой полный отчет, но если в двух словах. То сейчас мы готовы производить двадцать планеров У-2 и десять двигателей З-5 в месяц. Еще двадцать двигателей конструкции Анзани, включая новейшие в 85 и 110 лошадиных сил, ежемесячно готов производить наш партнер господин Калеп. Последний хоть и уступает нашему З-5, все равно подходит для установки на наш трехмоторный аэроплан. А вот на У-2 я бы его не рискнул ставить. Чересчур тяжелый он, и потому непременно сместит центр тяжести машины. По этой же причине на все модели У-1 он сейчас и монтирует моторы в 66, либо в 85 сил. Так что у нас ожидается некоторая нехватка стальных сердец для наших перкалевых птенцов. Разве что начать закупать двигатели нашей конструкции у Анзани, который уже успел освоить их производство, но в связи с высокими таможенными акцизами, импортные двигатели выйдут заметно дороже. Также к концу лета из Риги должны вернуться проходившие там производственную практику работники, а также будет введен в строй еще один двигателесборочный цех, так что мы сможем увеличить производство до двадцати и более двигателей в месяц. Потому, до конца года сотню У-2 мы поставить сможем, если вы, конечно, не закажете иные модели. У нас ведь до сих пор семь У-1бис в заказах числятся, помимо тех, что находятся в производстве.
- К сожалению, это уже не в моей компетенции. Но даже сотня аэропланов уже не является достаточным количеством. Вы же сами прекрасно знаете, какая грандиозная авиастроительная программа была высочайше утверждена в этом году.
- Конечно, знаю. Мы на нее, честно говоря, вовсю молимся. И, как оказалось, готовились к чему-либо подобному не зря. Ведь оставайся мы в плане технологического развития на уровне двухлетней давности, так бы и делали максимум по одному аэроплану в месяц. К тому же Дукс и Русско-Балтийский завод тоже показывают неплохой результат - по восемь - десять аэропланов ежемесячно они точно сдают.
- Да, но что они строят!? Бипланы устаревших европейских конструкций и ваш же одноместный У-1 с двигателями французской выделки! Разве что последняя модель инженера Сикорского приближается к вашему У-2. Но их было произведено всего две штуки, когда нужны десятки и сотни!
- Господин Калеп предлагали им выкупить лицензию на производство двигателей, но они отказались. - пожал плечами Алексей. - При том, что собственное мото-и автомобилестроение у них вполне освоено, включая двигатели. Уж не знаю чем их владельцы аргументируют такую свою позицию, но мне искренне жаль того же господина Сикорского, вынужденного работать в столь ограниченных рамках. Однако, он сам выбрал самостоятельный путь и я искренне могу пожелать ему творческих успехов в нашем нелегком деле.
- Кстати, раз уж вы упомянули автомобильное производство, как обстоят дела на вашей мотоциклетной фабрике?
- Вы знаете, очень неплохо. Вышли на производство двух сотен штук в месяц без увеличения производственных мощностей и количества рабочих. Могли бы и больше, но, увы, опять все упирается в двигатели. Ни станков, ни рабочих требуемой квалификации в достаточных количествах нет. Да и подрядчики все еще очень много брака дают. Порой, до половины партии заготовок вынуждены отправлять назад на переплавку. Зато могу похвастаться! Собрали первую пробную партию своих автомобилей! Шесть штук! Теперь будем их обкатывать до конца года.
- Что же, примите мои искренние поздравления. Пусть мы сейчас и едем на авто произведенном во Франции, я всегда был патриотом отечественного автомобилестроения. Так что не забудьте пригласить на презентацию своих новинок, когда будете готовы провести оную.
- Непременно, Александр Матвеевич!
- А что касается вашего “Лебедя”, то, насколько мне известно, летом, на очередном авиационном салоне, будут озвучены условия конкурса на аэроплан для армии. В том, что ваш У-2 вновь оставит далеко позади всех конкурентов, я нисколько не сомневаюсь, но “Лебедь” затмит абсолютно все. И то, что на него последуют заказы от казны, я так же нисколько не сомневаюсь. Сможете ли вы организовать их производство хотя бы небольшими сериями?
- Сможем, даже не беспокойтесь на этот счет. Минимум, одну такую машину в месяц мы осилим. Во всяком случае, что касается планера. Вопрос, опять же, в двигателях.
- Ну, имея столь грузоподъемный аэроплан, я полагаю, вы сможете решить его без особых проблем. Это вам не на У-2 в фанерных чехлах контрабандные сигареты возить. - кинул хитрый взгляд на своего собеседника Кованько.
- Никогда не слышал о чем-либо подобном. - сделав покерфэйс, спокойно ответил Алексей под тихий смешок генерал-майора. И чтобы не затрагивать более эту скользкую тему, он увел разговор в сторону, - А как поживает ваша старая любовь - дирижабли?
- О! Вы знаете, готовится к закладке настоящий гигант! Он кстати так и называется “Гигантъ”! Объем более двадцати тысяч кубических метров!
- Так он же размером с крейсер получится! - совершенно искренне впечатлился Алексей.
- Так он и будет самым натуральным воздушным крейсером!
- Крейсером - вряд ли. - не согласился с собеседником Алексей. - Слишком уж водород горюч. Одна искра и вся эта махина вспыхнет, как факел. А вот в качестве транспорта с большой грузоподъемностью он может оказаться незаменим. Но это исключительно мое личное мнение. Все же пригодность того или иного типа вооружения может наглядно показать только война.
- Как это ни печально, но это факт. - не смог возразить ему Кованько. - Но именно она дает работу нам, военным и вам, производителям вооружений. Кстати о вооружении! Как продвигается ваш проект оружейной фабрики?
- Вы знаете, весьма неплохо. Уже отгрузили пятую партию своих пистолетов в Европу, да и господа офицеры проявляют изрядный интерес к нашему РТ1911. Как в прошлом году государь император высочайше повелеть соизволил носить наш пистолет в качестве табельного оружия приобретаемого за свой счет, так по три сотни в месяц продаем.