Сила на краю империи (СИ)

— Сфера вытолкнет их наружу. К сожалению, обитатели верхних этажей могут упасть и разбиться насмерть. Это зависит от высоты падения.
— А что это за орнамент на крышке и стенах? И для чего нужны Знаки? — продолжал я сыпать вопросами.
— То, что ты называешь орнаментом, представляет собой защитный кожух, — объяснил Бродяга. — Он необходим для стабилизации силовых полей и защиты пользователя от неконтролируемого расширения артефакта. По Знакам я не могу тебя проконсультировать, это не в моей компетенции.
Я перевёл взгляд на каббалиста.
Матвеич отвлёкся от созерцания крышки:
— Если хотите знать моё мнение, это работа старых мастеров. Очень качественная, филигранная работа, сейчас так не делают.
— Это я и без вас понял.
— Думаю, цепочки можно датировать одиннадцатым или даже девятым веком. Над артефактом поработали около тысячи лет назад. Я могу расшифровать далеко не всё, но… Судя по всему, мастер ставил перед собой задачу адаптации. Он хотел сделать так, чтобы устройством могли управлять не только Предтечи, но и обычные люди. Подозреваю, что для настройки этого оборудования нужен телепат. Я бы даже сказал, телепат и эмпат, работающие в связке, синхронно.
Вот кем были эти хмыри, которые приволокли сундук!
Мир их праху.
— То есть, абы кто запустить эту штуку не сможет?
— Думаю, нет, — покачал головой каббалист. — Дело не только в характере Дара. Специалисты должны уметь оперировать этим оборудованием и действовать сообща, на отработку чего уйдут годы. И то… я не уверен, что можно справиться с задачей без подробной инструкции. Мастера, которые всё это проложили, должны были оставить записи, по которым и обучались преемники.
— А записи хранятся у Бестужевых? — дорубил я.
— Не исключено, — Матвеич пожал плечами. — Если они собирались это применить, то опирались на некое… наследие.
Что-то я сомневаюсь, что Александр расскажет мне, где эта инструкция. Ладно, оставим до лучших времён.
— Отбой, — вздохнул я. — Не будем открывать ящик Пандоры.
— Мы и не сможем, — буркнул каббалист, выпрямляясь.
Раз уж пошла такая пьянка, я решил выбраться из дома, чтобы осмотреть свой новый воздушный трофей. Компанию мне составили Демон, Зураб, Хасан и любопытный Федя, зачем-то решивший прихватить с собой Кефира. Мейн-кун за минувшие месяцы округлился и набрал в весе. Чем дольше у нас жил этот котяра, тем больше приобретал сходство со своим прожорливым хозяином…
Дирижабль мы перегнали на соседний участок, чтобы далеко не ходить. Выяснилось, что Зураб, Терехов и Хасан умели пилотировать эти штуки, но в будущем я, разумеется, планировал нанять авиаторов-профи. Не хватало ещё отвлекать моих лучших гвардейцев от несения службы.
Утро выдалось ветреным.
По небу неслись клочья облаков — пока ещё не грозовых, но я прекрасно понимал, к чему всё идёт. К вечеру всё обложит серой мглой и на землю обрушится ливень. Зарядит минимум на трое суток.
А пока я наслаждался свежим ветром и чистым горным воздухом.
— Для десантирования — отличная штука, — вещал довольный Демон. Он у меня стал хозяйственным, инвентаризировал всю добычу, вёл учёт и неплохо ладил с Джан, когда дело касалось финансов. — Ты посмотри на габариты.
— Я с таких высаживался, — добавил Зураб. — В Конго.
Габариты цеппелина действительно впечатляли. Тень от баллона накрыла чуть ли не весь участок, доставшийся мне от сбежавшего в Японию соседа. Присобаченная внизу гондола обладала весьма необычной формой. Никто не заморачивался иллюминаторами и отдельными каютами, поскольку дирижабль предназначался для переброски войск. Это был необъятный пустой контейнер с широким проёмом и откидной аппарелью. Идея была проще некуда — высадить как можно больше воинов и мехов в условиях ограниченного времени.
— Выгрузка боковая? — спросил я.
— Нижний люк тоже есть, — ответил Хасан. — Если зависнуть в двух или трёх метрах над землёй, можно десантироваться. Хоть в траву, хоть в прибрежные воды. Для подготовленных ребят это не проблема.
Делаю про себя отметку, что местное население не пользуется парашютами. И это странно, если учесть наличие продвинутого воздухоплавания и авиации.
  
— А для мехов? — уточнил я, рассматривая гондолу. Рубка управления была пристроена сверху и спереди. Эдакий уродливый нарост.
— Ты же видел, как они скачут, — прогудел Лютый. — У них приличный запас прочности.
— Амортизаторы очень мощные, — подтвердил Хасан. — И не забывай, что внутри этих машинок тьма артефакторики и каббалистических цепочек.
— С вами забудешь, — хмыкнул я.
Хасан мне уже все уши прожужжал, приглашая на полигон со своими подопечными. Думаю, они с Демоном сговорились — хотят увидеть, как я дерусь в проницаемом шагателе. Должен признать, это мне и самому интересно. Если освоить управление каким-нибудь «Борисфеном», а их у меня завались, можно такого наворотить…
Я уж молчу про то, что за минувшие сутки у меня резко выросли объёмы потребления ки. Пределов своих возможностей я не достигаю, откатов никаких, при этом могу действовать в многозадачном режиме и превращать в бесплотные тени воистину гигантские объекты. Вчера испробовал этот фокус на дирижабле… Так вот, есть подозрение, что у меня повысился ранг. Или я близок к повышению, хотя в это верится с трудом. Где пятнадцатилетний пацан и где третий ранг одарённости? Правда ведь?
Мы приблизились к аппарели, и я внезапно понял, что дно гондолы и стенки какие-то… слишком плотные. Мне вообще не совсем понятно, для чего такие делать. Задаю соответствующий вопрос Хасану.
— Правильно подметил, — колясочник заехал по пандусу в десантный отсек. — Внизу чего только нет. И топливные баки для роторов, и отсеки для сброса дротиков, и утеплитель, и вентиляционная система.
— Нафига? — искренне удивился я.
— А он может подниматься чуть ли не в стратосферу, — пояснил ветеран, развернувшись лицом в мою сторону. — Там холодно, если что.
— Стоп, — до меня кое-что начало доходить. — Почему они не устроили бомбардировку перед тем, как высадить отряд? Бродягу бы не пробили, но ангар и казармы — вполне.
— Кто ж его знает, — пожал плечами Зураб, который шёл рядом со мной. — Не удивлюсь, если хотели всё захватить в наилучшем виде.
— Чтобы не ремонтировать, — подхватил Демон.
Я подумал, что цеппелин мог бы и над ущельем пролететь. Дождь из стальных игл метровой длины поставил бы крест на моей гвардии.
Внутри гондолы было просторно. Ощущение такое, что попал на склад или в гараж для автобусов. В кормовой части обнаружилась дверь, ведущая к двигательному отсеку. В носовой — трап, по которому можно было подняться в рубку.
— И что я там должен увидеть?
По трапу мы поднялись с Хасаном, Зурабом и восхищённым Федей, Хасан не мог въехать по ступенькам на коляске и остался внизу.
— С виду обычная рубка, — пояснил Лютый. — Но взгляни на приборную панель.
Я шагнул к сходящимся под углом в сорок пять градусов панорамным плоскостям. Там же располагалась Т-образная панель с двумя креслами, парой штурвалов, сектором газа и миниатюрным голубым экранчиком…
Стоп, что⁈
— Это радар, — пояснил Демон. — У них есть радарная установка, представляешь?
Надо же, чуть не подумал, что Бестужевы вмонтировали бортовой компьютер! Радары в этом мире никто не запрещал — с точки зрения инквизиторов они не несли угрозы планетарной безопасности.
— А мы можем сами летать на этой штуке? — вдруг спросил Федя.
Кефир уже слонялся по рубке, принюхиваясь к кожаным креслам и прочему инвентарю. Поточить когти о подлокотник кресла мохнатый ушлёпок не успел — я отогнал его, скорчив страшную гримасу.
— В смысле? — я повернулся к оружейнику.
— Путешествовать, — уточнил Федя. — Сделать нормальный салон, каюты.
Посмотрев на Лютого, я понял, что начальник гвардии думает об этой идее. Переделывать вместительный десантный транспортник в гражданское воздушное судно? Кощунство.