Сила на краю империи (СИ)

Глушитель отлично справлялся со звуками.
Вот только падение человека не могли не услышать.
Я поднял голову и сделал прозрачными все перекрытия. Увидел Стефана и Анатолия, сидящих в гостиной с выключенным телевизором. Инквизиторы среагировали быстро и чётко. Поднялись на ноги, выхватили оружие. Большие пистолеты, смахивающие на «глок». С навинченными глушителями. Тихо разошлись в разные стороны, не спеша приближаться к лестнице. Умно. Вот только они не готовы к встрече со МНОЙ, даже если думают об обратном.
Пол под ногами Анатолия разверзся, утратив вещественность.
Дознатчик с криком рухнул вниз, прямо на бутафорскую стойку регистрации. Инстинктивно нажал на спусковой крючок — пуля выбила штукатурку из дальней стены. И тут же грохнулся на стойку, не успев сгруппироваться. Я выстрелил ровно один раз — прямо в голову. Тело Анатолия дёрнулось и затихло, мозги с кровью заляпали ореховые панели.
Вскинув оружие, я сделал прозрачным потолок и увидел, что отец Стефан сменил позицию. Не просто сменил — он молниеносно переместился в узкий коридор, ведущий к запасному выходу из дома. Сейчас провидец двигался со скоростью меты, превратившись в размазанную тень.
Решил сбежать?
Открываю огонь на опережение — прямо сквозь стены и перекрытия. Длинной очередью. Все пули срикошетили от расплывшегося пятна, не причинив вреда Стефану. Грёбаные рясы!
Я метнулся на перехват, делая стены проницаемыми и пролетая сквозь них. Стефан так не мог, поэтому ему пришлось замедлиться перед дверью, ведущей наружу, открыть её и медленно спуститься по винтовой лестнице. А всё потому, что на больших скоростях есть риск врезаться в перила и упасть с высоты.
Пробегая через последнюю преграду, я сделал два выстрела, одна из пуль была трассирующей. Ряса всё приняла на себя. Третий выстрел не достиг цели, а вместо четвёртого послышались сухие щелчки. На перезарядку времени не было. Отбросив автомат, я выхватил из набедренной кобуры наган. И в эту секунду Стефан догадался, что не так со стеной. Резко развернувшись, инквизитор начал стрелять в меня из своего пистолета. Да, он не видел, куда летят пули, и где находится противник, поэтому действовал наугад.
Прижимаюсь к стене, одновременно восстанавливая стену и делая себя проницаемым.
Ух, стало горячо.
Все пули прошли мимо.
Просочившись сквозь стену, я увидел инквизитора, который почему-то не хотел меня задерживать, а улепётывал к неприметной калитке в конце заднего двора. Вскинув наган, я сделал три прицельных выстрела, один из которых попал Стефану в шею. Силовое поле, вспыхнув серой пеленой, и здесь справилось с задачей, но следующая пуля продавила защиту. Стефан сполз по каменному забору, оставляя на кладке красный след. Половина черепа у провидца отсутствовала.
С чувством хорошо проделанной работы я убрал наган в кобуру. Подошёл к распростёртому на тротуарной плитке телу и на всякий пожарный проверил пульс. Умом я понимаю, что человек с развороченной кукушкой не воскреснет, но с этими инквизиторами надо быть настороже. Хороший убийца не меняет выработанные с годами привычки.
Вернувшись в гостевой дом, я приблизился к стене, через которую вошёл.
Бродяга?
Да, Сергей.
Можешь встроиться в это место и очистить его от воспоминаний? Чтобы провидцы не сумели ничего считать.
Разумеется. На это уйдёт несколько минут.
Не сейчас. Разблокируй, пожалуйста, внутренние помещения, и отправь ко мне Демона.
Мне предстояла самая ювелирная часть работы — заметание следов. Кому-то может показаться, что убивать инквизиторов легко, но это не так. Вряд ли я бы справился без домоморфа и своего новообретённого Дара. Даже с автоматом в руках. Гораздо сложнее создать картину бесследного исчезновения группы захвата.
Бродяга изменил свою конфигурацию и окончательно превратился в часть гостевого дома. Полная архитектурная мимикрия, словно так и надо. В стене прорезалась дверь, и в «Ахмет» стали заходить доверенные люди Паши. Все — в прорезиненных плащах, перчатках и бахилах, с вёдрами, швабрами и моющими средствами наперевес.
  
— Трое? — уточнил Демон.
— Угу, — я указал на основание лестницы. — Вон первый. Второй на стойке.
Ребята знали, что делать, поскольку план был проработан ещё вчера. Обыскали мёртвого телепата, сняли всю экипировку, забрали оружие. После этого отнесли труп к нам домой и разделились на две группы. Первая группа начала отмывать кровь и остатки мозгов, вторая направилась к регистрационной стойке, на которой покоился с миром брат Анатолий.
— Третий во дворе, — сообщил я Лютому. — У дальней стены.
Я, к слову, не опасался, что на шум прибегут соседи. Карманную полицию Эфы тоже никто не вызовет. И у меня, и у инквизиторов оружие было оснащено глушителями, звона клинков слышно не было, мехи нигде не отсвечивали. Забор в гостевом доме был мощный — каменный, метра под два. Никаких вам чугунных украшательств и живых сетчатых изгородей. Два трупа в доме, один на улице. При внимательном рассмотрении может возникнуть ощущение, что постройка расширилась, но кто там особо рассматривать будет? Спишут на чачу и другие увеселительные вещества.
Моя трупоуборочная бригада приятно удивила скоростью клининговых работ. Кто-то догадался не лохматить бабушку, размотать шланг и включить воду. Кровищу смыло в зарешеченные канавки, проложенные по периметру заднего двора. На первом этаже возились дольше, но в итоге и там всё засияло девственной чистотой. Финальным штрихом были манипуляции Бродяги, который запустил во все уголки задания невидимые и неосязаемые щупальца протоматерии, фактически заместив собой бывшее логово инквизиторов. К этому моменту мы с гвардейцами уже отступили, чтобы не порождать дополнительные информационные слепки. Через десять минут Бродяга доложил, что «Ахмет» очищен, и сведений обо мне в стенах здания не осталось.
— Дуй в открытое море, — приказал я. — Надо избавиться от трупов.
Технология была отработана.
Домоморф переместился в неведомые морские дали, распахнул люк внизу и скинул мертвецов на корм рыбам. После чего мы вернулись в Красную Поляну. Протоматерия творит чудеса, и все следы бойни в моём импровизированном лабиринте растворились за считанные минуты. Федя, Джан и остальные, кто не был задействован в операции, мирно спали в своих комнатах, не подозревая о том, что произошло на рассвете. Конфигурацию усадьбы Бродяга полностью восстановил, предметы декора, мебель и технику вернул на привычные места, так что не прикопаешься. Когда первые обитатели дома начали просыпаться по будильнику, хлопать дверями туалетов и мыться в душевых, я с умиротворённой улыбкой на лице пил кофе, наслаждаясь видом горных вершин. Происходило это, конечно же, на террасе с бассейном.
— Доброе утро, — панорамная секция сдвинулась в сторону, пропуская на террасу Джан в белом махровом халатике. Мокрые вьющиеся волосы говорили о том, что девушка только что приняла душ. По террасе поплыл запах шампуня с абрикосами. — Ты подозрительно жизнерадостный сегодня.
— А каким мне ещё быть? — улыбаюсь в ответ. — Август в разгаре, дождя нет, жары тоже. Кофе отменный. Всё, как я люблю.
Девушка присела на соседний шезлонг.
— Не води меня за нос, Сергей. Я попыталась сегодня войти в твой сон… а тебя там не было!
Прозвучало, как обвинение.
— Странно, — я задумчиво почесал подбородок. — Разве мы не договаривались, что ты больше так не делаешь? Не влезаешь ко мне в голову без разрешения?
— Я знаю, что ночью Бродяга перестраивался, — морфистка привела решающий аргумент.
— От тебя ничего не утаишь, — я решил больше не мучить соседку. — К нам приходили гости, пришлось от них избавиться.
— Инквизиторы, — догадалась Джан.
Голос морфистки дрогнул, зрачки немного расширились. Как ни крути, а суеверный страх перед людьми в рясах впитывается в этом мире с молоком матери.
— Похожие на них личности, — улыбнулся я. — Носили какие-то дерюги, вломились в дом без приглашения, ноги не вытерли и наследили. Пришлось за ними убирать.