Я - Роран. Книга 2 (СИ)

— Это где ты успел такой удар пропустить? — приподнял бровь старик, тыкая пальцами по некоторым точкам так, что периодически я вскрикивал от боли.
— Школьники все не наиграются… — прохрипел я, нервно вздыхая. — Нападают по любому поводу…
— Кровь кипит, что сказать… — пожал тот плечами, обеими руками взялся за плечо и добавил: — Так, сейчас будет больно.
Хрясь.
— А-а-а! — вскрикнул я, поморщившись, слезы тут же навернулись на глазах.
— Тихо ты, девочки спят… — прошептал он, испугавшись.
— А чего они днем решили? — пыхтя от боли, спросил я.
— Устали, я дал им пару уроков контроля Сито… — хмыкнул тот. — Говорят, хотят тоже уметь постоять за себя.
— И как Азуми? — ожидая, пока старик помажет плечо специальным кремом, спросил я.
— Ну, поталантливее тебя будет… — пожал стари плечами. — Да и ленью она не страдает, и характер у нее поистине боевой… а ты-то узнал о сроках межшкольных?
— Да, шестнадцатого… — кратко кивнул я.
— Ну, у нас еще есть время, — задумался тот. — Надо бы тебе удвоить нагрузки, а то хиляк какой-то…
— Да куда их удваивать, Арчибальд-сенсей? — простонал я.
— Не называй меня так… как у тебя с огнем, быстро создаешь?
— Ну, секунды за три… пока рекорд…
— Это очень долго, ты кость пытался создавать? — закончив смазывать и массажировать ноющее плечо, спросил он.
— Пока нет, это слишком сложно… — мотнул я головой.
— Думаю, мы это исправим, — натянул тот злобную ухмылку. — Будешь каждый день со мной биться, глядишь и получится что из тебя толковое. И без печатей своих вредных, кстати, до межшкольных никаких печатей.
— Ты ж меня убьешь, старый… — нахмурился я. — У самого рука практически целая… отрастает, как хвост у ящерицы…
— Ну а как ты хотел? — сказал тот с особой выразительностью, хмыкнув. — Не все так просто ведь. Кхе-хе-е…
Перевязав плечо, дабы зафиксировать и ускорить процесс восстановления, он выпустил в меня немного целительной энергии, сделал погромче телевизор и сел рядом на полу, взяв в руки бокал вина.
— Арчибальд-сенсей…
— Чего тебе? — спросил тот, увлеченно следя за тем, что показывают по телевизору.
— Насколько масштабен турнир межшкольный?
— Ну… — задумался тот, почесав наголо бритое лицо. — Смотря на каком этапе… если это первый круг, то только школьники и ярые фанаты смотреть станут, но чем дальше пробираешься, тем больший вызываешь интерес… за финалом вообще чуть ли ни весь мир наблюдает…
— Так у нас Амори звезда, выходит? — хмыкнул я.
— Ну, он ведь не стал принимать приглашения Императора на службу в государственных кланах… — пожал тот плечами. — Да и в подобных мероприятиях он не так часто появляется, так как школьник… думаю, пока он не так и популярен, но все же с такими умениями у него большое будущее.
— И большие там перспективы? — чуть задумался я, глядя в потолок. — В службе на государственные кланы?
— Ну, смотря как себя покажешь… — пожал тот плечами. — У меня была должность охранника, поэтому особых перспектив не было…
Спросил я это не потому, что хотел кому-то там служить. Отнюдь. Просто таким образом решил повернуть разговор в более нужное для меня русло. А Арчибальд был именно тем, с кем можно было подобное обсуждать без страха, что кто-то об этом разговоре узнает.
— Ясно… — протянул я. — Как думаешь, многие алхимики еще на свободе?
— Алхимики? — приподнял тот удивленно бровь.
«Блин, их же тут по-иному называют…»
Я уже говорил, что многое узнал об алхимии и отношению к ней не только в Японии, но и во всем мире. Их просто уничтожали, объясняя это тем, что черная магия не поддается контролю со стороны государства. В истории был один человек, который разрушил чуть ли не целый город в бою, вот он был алхимиком. Возможно, подобное отношение к такой зверской силе можно было понять, но все же это меня не устраивало.
Тут алхимиков называли по-разному, а в интернете про них и вовсе информации практически не было, но более распространенное название, которое мне удавалось встретить, было что-то вроде Чернокнижника. К людям с детства вбивалась ненависть к таким людям, поэтому меня периодически удивляло столь спокойное отношение Арчибальда к моей персоне. Единственное, чем я мог объяснить это — он просто забыл свое детство и все, что ему кто-то когда-то рассказывал. Но, с другой стороны, это мне играло на руку.
 
— Ну, чернокнижников… — поправил я себя.
— Я не знаю, — пожал тот плечами. — Но, думаю, если тебя будут смотреть люди со всего мира, то кто-нибудь из таких да найдется… ты ведь точно решил участвовать?
— Ага… — кратко кивнул я.
Скажу честно, такая мотивация была сильнее той, которую пыталась мне дать директриса. Поцелуй в щеку, либо же поиск алхимиков для достижения своей цели?
«И то, и то. Да и не думаю, что я отступлю, если Мира сама начинает проявлять подобные знаки внимания. Тут же все очевидно. Я ей нравлюсь, наверное.»
  
Глава 16
 
Пролежав в том же положении еще минут сорок с закрытыми глазами, я, двинув плечом, ощутил, как боль практически полностью угасла, что еще раз доказало профессионализм старика. Тот сумел восстановить вывих за час, не сделав при этом ничего особенного. Такого бы талантливого бойца я и сам не прочь был на работу взять, жаль лишь, что тот был слишком ленив и стар.
Я неспешно принял положение сидя, осторожно поставив ноги на пол, хоть те и не болели. Взгляд скользнул сначала на заинтересованное лицо Арчи, наклонившегося чуть вперед к телевизору, а позже и на сам экран. По каналу Акери-тиви шла очередная серия «Нерушимой любви», которую дед без устали смотрел и следил за развитием сюжета. Но, судя по выползающим титрам, та подходила к концу. После того, как титры кончились, на экране возник рекламный ролик, после которого по программе начался эфир местных новостей.
— Эх, на самом интересном… — вздохнул Арчибальд, взял в руки пульт и хотел переключить канал, но я спешно его отдернул.
— Стой… — вытянув ладонь, сказал я, присмотревшись в экран, по которому стали показывать снимки найденного в реке тела Минуро. — Сделай погромче…
Пожав плечами, старик чуть увеличил громкость и, отложив пульт, пошаркал до кухни, почесывая живот. Я же стал внимательно слушать слова репортера, наклонившись к экрану в точности так же, как это делал Арчи.
В экране возникло лицо репортера, который стоял около того места, где я недавно вышел с Минуро один на один. Машины на том месте уже не было, но вмятина на столбе была отчетлива видна в кадре.
— Здравствуйте! — кивнул репортер. — Мы находимся на месте, где произошла страшная и загадочная авария. Трое членов организации Катара вместе с главой клана Морита были найдены мертвыми на левом берегу реки Пайя.
— По словам очевидцев черный Гелентваген по мокрой дороге двигался со скоростью в несколько раз превышающей допустимую… — продолжал тот, жестикулируя свободной рукой, в другой руке держал микрофон. — Не справившись с управлением, водитель Гелентавагена столкнулся с фонарным столбом, что отчетливо можно увидеть на фотографиях, сделанных на следующий день после происшествия.
На экран стали выводить снимки его машины, которые были сделаны утром. А это говорило о том, что для расследования все улики уже были собраны. Амори, конечно, уверил меня, что со мной ничего не будет, но кто знает, что в голове у этого сопляка. Сегодня он думает так, а завтра уже иначе.
— Фрагментов столкновения с камер видеонаблюдения получить не удалось… — говорил мужчина с микрофоном, фотографии снова заменились его лицом.
 
«Хм, вот тут я сам немного удивлен. Каким бы влиятельным Минуро ни был, так просто прибрать к рукам все видеофрагменты, которые успела заснять камера, расположенная на мосту и на протяжении всей дороги, по которой было уже явное преследование с моей стороны, он бы явно не смог. Тут снова возникло ощущение, будто на протяжении всего времени существует третье лицо, действия которого ни я, ни Минуро контролировать не могли.»