Искусство войны: Эпизод I. "Непредвиденный Фактор" (СИ)

Посмотрев на клона-коммандера, Траун скомандовал:
— Организовать высадку на планету, установить контакт с жителями. Две сотни протокольных дроидов будут распределены между вашими отрядами. И пошлите несколько отрядов с инженерами на осмотр кораблей и прочих объектов. Всё, что представляет интерес, доставить на флагман.
— Будет сделано, контр-адмирал. Готовы выдвинуться через час, — ответил Винт.
— Не торопитесь, коммандер, — возразил Сартаков. — Сначала нужно проложить курс в этом поле обломков. Я не намерен терять корабли из-за спешки. Думаю, часов через шесть мы можем приступить к высадке и обследованию наиболее уцелевших объектов.
— Прекрасно. Остановимся на этом сроке. Вызовите меня, когда начнёте. Господа, — Траун чуть склонил голову, и покинул командную рубку, направившись в свою каюту. Следовало отдохнуть перед очередными часами напряжённой работы. Кроме того, там его ожидала посылка, которую он ждал уже несколько недель и откладывал её открытие до завершения этой операции. Но поскольку всё прошло успешно, он мог немного себя побаловать.
Дойдя до своей каюты, Траун медленно прошёл к столу, на котором лежал небольшой контейнер. Открыв его, он залюбовался переливами света на рукоятке светового меча.
«Похоже, это действительно тот самый меч».
Встав, Траун вынул его из контейнера и, подойдя к стене, прикрепил его на свободный держатель рядом с другими экспонатами своей коллекции — черепами, украшениями, оружием и картинами самых различных рас и культур — которую он начал собирать не так давно, но она уже была довольно обширной и насчитывала более сорока предметов.
«Определённо, меч Сев’ранс Танн стоил тех денег, что я за него заплатил».
***
Корабль ощутимо тряхнуло, и Ткорр Да выругался, ударившись затылком о подголовник.
— Эй, можно поаккуратнее?! — с этими словами рассерженный мужчина обернулся к своему другу, пилоту Турру Сиффу. — Пятый раз уже!
— А ты клювом не щёлкай, — бросил тот. — Привыкнуть бы пора. Всё же мы путь торим…
— Хватит ругаться, придурки, — шикнула Шпарда Лола, их капитан. — Надоело вашу грызню слушать. Идите и глотки себе вспорите, дегенераты.
Нагаи переглянулись и расхохотались.
— Вы как всегда в своём репертуаре, капитан.
— Не хотите сами — могу помочь, — Скон продемонстрировала им свой любимый кинжал.
— Да поняли мы, поняли, — пробормотал пилот. — Вы лучше посмотрите на эту красоту.
Ткорр согласно кивнул.
Действительно, за иллюминаторами рубки пилотов их корабля простиралась небольшая газовая туманность, подсвеченная огнями миллиарда звёзд Небесной Реки. Собственно, туда они и прокладывали путь…
Нагаи были молодой расой, чья история насчитывала едва ли несколько тысяч лет. Их родной мир — Наги — находился в звёздном скоплении, почти маленькой галактике. Это они узнали позднее, когда обнаружили, что Небесная Река — полоса звёзд на их ночном небе — куда больше и куда дальше, чем они ожидали. Но они не отчаялись и начали исследовать свою маленькую Галактику. Впрочем, там было мало чего интересного. Затухающие звёзды, безжизненные планеты… Лишь один раз им повезло встретить пригодную для жизни планету — и это же стало первой встречей с иным разумом. Маккабри оказались странными, но дружелюбными существами, и два народа вскоре заключили мир.
Но радость была недолгой. На другой стороне своей галактики они обнаружили их. Тофов. Расу пиратов и грабителей, опустошивших и искоренивших несколько примитивных сообществ. Нагаи стали для них следующей целью. Когда они столкнулись с тофами, те проследовали за скачками нагаев к их домашней системе и быстро начали вторжение. Нагаи отбивались, ведя партизанские войны против своих завоевателей на протяжении веков. Для борьбы с тофами нагаи окончательно объединились с соседним видом, маккабри, снабдив их механическими конечностями для наземных боев. Они также объединились с ещё одной расой — Фарун, искусными кораблестроителями, живущими на кочующих кораблях и огромных станциях-верфях. От них они получили военные корабли для борьбы с тофами.
 
Но всё было тщетно. Тофы захватили Наги и поработили большую часть населения планеты. Лишь немногие продолжали открытое сопротивление. И причиной тому было даже не отсутствие бойцов — не хватало буквально всего: оружия, материалов для производства кораблей, пищи и прочих предметов.
Всё это заставило нагаи и маккабри обратить внимание на соседнюю галактику, которую они называли Небесной рекой. Именно там они рассчитывали найти ресурсы для продолжения борьбы — а может, и помощь.
Именно поэтому их команда, состоящая из пяти нагаев, трёх маккабри и одного фаруна прокладывала путь в неизведанное.
Поскрипывая манипуляторами, в кабину вплыл Бларргамм, маккабри-техник.
— Усё хотофо, Шпарда-хапитана. Хиперприфод ф порядке. «Номандия» мошет лететь тальше.
— Спасибо, кудесник. Что бы мы без тебя делали, — капитан ткнула ногой кресло пилота. — Начинайте расчёты к новому прыжку. И не забудьте занести координаты в каталог, ироды.
— Будет сделано, капитан, — успокоил её Ткорр, щёлкая клавишами бортового компьютера.
«Мы собрали большое количество координат… Но похоже, что нам потребуется куда больше времени, чтобы достигнуть нашей цели, нежели рассчитывали наши учёные».
***
Сложно сказать, когда Квай-Гон Джинн осознал себя. Наверное, прошли годы после его смерти… Да, скорее всего, именно годы. И всё же он осознал себя. А значит, у него получилось. И хотя он более не испытывал никаких эмоций, некое подобие чувства удовлетворения всё же посетило его.
Он сумел.
Он оказался прав.
Он смог вернуться.
Стать Призраком Силы. Обрести бессмертие в Силе.
Считалось, что подобное знание было утеряно джедаями уже очень давно. Как, впрочем, и ситхами. Но Квай-Гон всегда считал, что идёт пусть и другим, но верным путём. И теперь его теории подтвердились. Хотя различия во взгляде на философию Силы всегда ставили его в конфронтацию с другими джедаями и Советом, особенно в свете того, что Джинн унаследовал свободолюбивый дух от своего столь же, если не более, непокорного учителя — графа Дуку. Дуку также предпочитал ценность настоящего абстрактности будущего, но, в отличие от своего учителя, Квай-Гон пошёл в исследованиях дальше. Он считал сам и призывал своего падавана Оби-Вана Кеноби концентрироваться на настоящем времени, а не созерцать будущее. Живая Сила, которую Квай-Гон считал главенствующей, по большей части фокусировалась на использовании эмоций, в то время как Единая Сила или Светлая Сторона призывали к успокоению, запрещали чувствовать.
И Квай-Гон всю свою жизнь следовал именно этому пути. Более того, он обнаружил поддержку своей веры в Журналах Уиллов. Уиллы являлись сообществом, которое ещё до появления джедаев исследовало Силу с иной точки зрения. В их записях Квай-Гон нашёл не только обоснование правильности своего пути, но и весьма интересные знания о сохранении личности после смерти.
И вот он вернулся.
Он не знал, сколько времени прошло с тех пор. Возможно, годы. Затем он путешествовал по тем местам, где бывал когда-то, ибо став Призраком, более не испытывал никаких ограничений. Но каждый раз он возвращался на место своей смерти. На Набу.
Там-то он и встретил Энакина. Мальчик с Татуина вырос и стал джедаем. Возможно, ему стоило бы гордиться и Скайуокером, и Кеноби — но он чувствовал, что что-то не так. Энакину грозила опасность. Он последовал за ним, пытаясь предупредить — но тот не мог его ощутить или увидеть. И Квай-Гон с сожалением смотрел на то, как Энакин вырезает поселение Тускенов, мстя за свою мать. Он пытался остановить его, вразумить — но потерпел неудачу. Тёмная Сторона на краткий миг завладела Скайуокером.
Некоторое время Квай-Гон следовал за ним, и перед Призраком открывалась кошмарная картина войны, ужаса и страданий. Джедаи умирали на полях сражений, а Энакин ожесточался всё больше. Страх, гнев и гордыня поселились в его сердце. Квай-Гон тщетно пытался его обуздать, но Скайуокер не хотел слышать ничего.