Искусство войны: Эпизод I. "Непредвиденный Фактор" (СИ)
— Магистр Мунди, — Винду продолжил совещание, — Вам предстоит начать контр-атаку на своём направлении. Учитывая, что против вас выступает сам Гривус — задача будет сложной. Однако, с учётом подкреплений, уже высланных вам, можно надеяться на успех. В качестве помощи к вам направлена и Стасс Аллие.
— Гривус потерял достаточно много кораблей в попытках прорваться через Келаду. У Деварона тоже было уничтожено значительное количество кораблей Сепаратистов. Не думаю, что наступление будет провальным, — сообщил Ки-Ади Мунди.
***
Второй лейтенант Ивинг Саллиан с усмешкой взглянул на мичмана Фабио Нарвельда, то и дело украдкой бросающего взгляды на обзорные панели рубки корабля-невидимки.
— Что, мичман, руки чешутся? — с улыбкой произнёс Саллиан.
— Сэр, — вскинулся молодой человек, — Не то чтобы чешутся… Но вот же они, гады! Так и напрашиваются на торпедный залп!
В этот момент они пролетали буквально в полутора сотнях метров от вражеского «Барышника», и второй лейтенант понимал рвение своего подчинённого; в глубине своей души он тоже хотел чего-то эдакого. Но в отличие от Нарвельда, он понимал как цену ответственности, так и важность их миссии.
— Даже если мы и выстрелим — мощности торпед не хватит. Всего четыре штуки в залпе, да и торпеды — лёгкие. Урона мы не нанесём практически никакого, зато нас тут же засекут, ибо маскировка после выстрела слетит. Не рассчитана она на стрельбу… Вообще чудо, что нас до сих пор не увидели.
— Сэр, блокада Неймодии не идеальная, но достаточная для того, чтобы заставить местных экономить ресурсы. Ведь ни одной патрульной эскадрильи «Стервятников» нет — только «Шканевы» летают помаленьку.
— Выпустить их — дело пары минут. Для тех кораблей, что висят на низкой орбите, глубоко в гравитационном колодце — время вообще не проблема. Пока враг — то есть мы — доберёмся до них — они успеют поднять всё авиакрыло. И таких кораблей около трети. Но, опять же, это в основном LH-1740. «Барышники» висят выше, в двухстах, двухстах двадцати километрах, почти на границе гравиколодца.
Посмотрев на мониторы, лейтенант скомандовал.
— Приготовились, подходим к последнему квадрату.
Мичман отвернулся к своей панели.
— Сектор северный ноль-ноль. Начинаем сканирование. Подтверждаю наличие пяти кораблей. Один LH-1740, модификация… довоенная. Два корабля типа «Барышник». Модификации — один и два. Два корабля тип «Шканев». Вычисление координат…
— Начать наблюдение за перемещениями патрульных фрегатов. Занести координаты в базу данных. Астромехи — шевелитесь, — буркнул Ивинг, помечая цели на экране датапада.
«Хатт, ещё одна довоенная модификация LH-1740. Утыкана лёгкими лазерными пушками — двести восемьдесят штук. Неприятная вещь для авиации… Помечаем приоритетным маркером… «Барышник Мк-1» — тоже довоенная модель, времён Набу. Сорок две выдвижные счетверённые установки лёгких турболазеров. Учитывая форму корпуса и расположение артиллерии — в любую сторону может стрелять от силы сорок процентов. Лёгкая цель для наших кораблей. Даже «Одобряющие», в начале войны могли выходить против этих корыт один на один. Но перед самой войной Торговая Федерация усилила вооружение некоторых кораблей, которые стали обозначаться как Мк-2. Приняв на борт пятьдесят восемь тяжёлых турболазеров, они переплюнули БДК, но едва сравнялись с «Охотниками». Качество тяжёлых турболазеров КНС было отвратным. Однако, с ними приходится считаться… Приоритетный маркер на цель… Хорошо ещё, что полноценных «линкоров» Мк-3, несущих пятьдесят два тяжёлых турболазера, пятьсот восемьдесят шесть средних, и восемьсот восемь счетверённых лёгких турболазера, во флоте КНС было не так много. Во всяком случае, на долю их корабля-невидимки не попался ни один такой корабль. Да и разведка указывала всего на три подобных корабля у Неймодии».
Переведя взгляд на иконки фрегатов, второй лейтенант усмехнулся.
«Допотопное старьё. Чуть за двести метров, экипаж из четырёх неймодианцев и сорока дроидов В-1. В качестве абордажной команды перевозит полсотни В-1 и двадцать пять В-2. Ангар — если его можно назвать ангаром — вмещает двадцать пять «Стервятников». Вооружение — две средних лазерных пушки. Против любого нашего корвета у него нет шансов… Если не брать в счёт дроидов-истребителей».
— Параметры орбит зафиксированы. Координаты введены в астродроидов…
***
«Ставки сделаны, ставок больше нет».
— Выдвигаемся! Флоту совершить прыжок! — скомандовал Ринаун.
— Обратный отсчёт… пять… четыре… три… два… один… Прыжок!
Как только за обзорными панелями появилась затягивающая картина гиперпространства, я незаметно для окружающих выдохнул.
Три дня подготовки — и «Мерн-тринадцать» выдвигается на позиции, чтобы нанести удар по Неймодии. Все отряды получили указания, все готовы к предстоящему заданию: пилоты проходят последний инструктаж, и хотя до часа «Аурек» ещё тридцать часов, некоторые эскадрильи отправятся на свои позиции несколько раньше, покинув ангары в последующих пунктах остановки отрядов, в которых, кроме всего прочего, будет разделён и весь флот, части которого будут продвигаться к Балморре через необитаемые системы.
Да, от моей идеи с запутыванием противника сменой операторов связи пришлось отказаться: это было слишком сложно по ряду причин, и могло перейти в отрицательный показатель, то есть нанести вред. Нет, в той операции, на Земле, это имело место быть, и принесло большой успех — но в реалиях ДДГ такое не прокатит. Точнее, не совсем прокатит.
Поэтому, вместо этого, при участии штатного разведчика — Санторини — было разработано иное прикрытие. Официально, флот «Мерн-тринадцать» отправлялся в близлежащую необитаемую систему для учебных стрельб, ввиду ротации персонала кораблей. Действительно, нам прислали новичков — что-то около пяти сотен и столько же — перевели в другие соединения. Общепринятая в ВАР практика. Такая ротация не наносила существенного вреда боеспособности уже существующих подразделений, ибо на тот же «Охотник» поступало два-три новобранца за раз, и в то же время — ново-созданные подразделения с новыми кораблями не были слишком уж зелёными — хотя бы пять-десять процентов экипажа были опытными, принимавшими участие в боевых действиях. Так вот, маленькая поправочка — и у нас уже пять тысяч новобранцев. Число заметное, и тренировочные стрельбы на их фоне не стали чем-то из ряда вон выходящим.
Зато все наши БДК и некоторое число малых кораблей остались на Корусанте. Клоны были в казармах, и занимались рутинными делами. Всё одно, тащить десант незачем, на ранних этапах он просто не нужен. А «Одобряющие» смогут прибыть к Неймодии за десять часов максимум, учитывая погрузку войск.
Перед Балморрой мы выпустим все наши МЛА, оснащённые гипердвигателями. Они выдвинутся к Неймодии в нужный момент. Расчёт всех параметров прыжков занял приличное количество времени, но штаб с этим справился. Очень помогли разведданные с кораблей-невидимок, так что все истребители и бомбардировщики прибудут к Неймодии одновременно.
Хотя их будет не так много. Согласно разведданным, у Неймодии находится двести восемьдесят три «Барышника», из них сто тридцать шесть Мк-2 и шесть Мк-3; сорок девять «шариков» LH-1740, все — довоенной модели; и семьдесят восемь неймодианских фрегатов «Шканев». Очень и очень впечатляющие цифры. Даже с учётом внезапности, будет трудно обойтись без больших потерь, даже не смотря на подкрепления, подчинённые нам.
В общей сложности с нашей стороны в операции участвует около двух сотен кораблей. Флот «Мерн-тринадцать» насчитывает в своём составе двадцать один «Триумф», двенадцать «Охотников», восемь «Покорителей» и десять «Убедительных», плюс двадцать четыре «Арквитенса» и столько же «Консульских». Четыре подчинённых нам отряда имели по двенадцать крупных кораблей. В первом, под командованием контр-адмирала Алехандро Фотзекотзе, были «Триумфы». Тремя остальными командовали командоры Теган Морлев, Старта Толод и Фарх Тал-Нгуен, и у них были исключительно «Охотники», причём с некомплектом авиакрыла на борту.