Искусство войны: Эпизод I. "Непредвиденный Фактор" (СИ)

ООМ-дроид приказал перенести огонь на этих монстров. Однако пушки ААТ оставляли на броне «Джаггернаутов» лишь отметины. Колёса тоже не являлись уязвимыми, так как состояли из множества сегментов, и были прочными сами по себе. Прежде чем они приблизились, удалось всего лишь повредить одно из орудий ближайшего А6., а потом они обрушились на них. Слуховые устройства В-1 уловили скрежет и скрип сминаемого металла, в тот момент, когда А6 начали давить боевые колонны дроидов, заодно открыв огонь из своих пушек и гранатомётов.
Прежде чем LT-2234 взвесил все варианты действий, чтобы выбрать оптимальный в сложившейся тактической ситуации, одна из гранат угодила в его ААТ. Взрыв вывел механизмы танка из строя, репульсоры отказали, и ААТ с ходу зарылся носом в землю.
— Подвести другую машину к моей позиции, — распорядился дроид. — передовым отрядам продолжить атаку. Остальным отступить для перегруппировки…
И тут ААТ всё же взорвался. «Вероятно, взорвались ракеты в нижних пусковых установках» — успел отметить дроид, прежде чем перестать функционировать.
***
Хатт меня задери — но это оказалось сложнее, чем я думал. Но реальность часто разбивает ожидания, так что можно было и не сомневаться, что всё покатится к ситховой матери. Поэтому, вместо ставшей уже привычной медитации в «сфере», мы были вынуждены обосноваться прямо в верхней рубке, около тактического стола. Нас было всего трое — я, Таллисибет и Рурика. Асока, Эрран и Арнус были на вылете в своих СИД-Истребителях. Остальные рыцари-джедаи, включая Илуну с отрядом медиков, были на поверхности Таанаба, сражаясь в Пандате вместе с тремя легионами клонов: отрядам пехоты потребовалась серьёзная поддержка, чтобы удержаться на своих позициях. Таким образом, у меня в резерве остался только Тринадцатый Легион, что не есть хорошо. И то, что нас оставалось на флагмане всего трое, тоже не было идеальным: это снижало нашу эффективность.
Собственно, вмешиваться в столь масштабное сражение было сложно. Мы не пытались делать что-то существенное, а лишь наблюдали за обстановкой на предмет неожиданных вывертов противника. Их флот всё ещё оставался на противоположной стороне планеты, но несколько десятков эскадрилий «Гиен» под прикрытием «Три-истребителей» уже пытались нас атаковать. Впрочем, существенного вреда им нанести не удалось: их приближение было замечено заблаговременно, и все надлежащие меры были приведены в действие.
На Таанабе же ситуация была сложнее. На данный момент мы могли лишь наблюдать за происходящим, надеясь на выучку и профессионализм непосредственного командования бригадами и полками. Наши указания, не смотря на всю их ценность, в данном случае только мешали бы. Впрочем, командиры справлялись с возложенной на них задачей. План, разработанный штабом, был безупречен, и выполнялся точно так, как было нужно. За восемь часов сражения — плюс ещё около десяти часов с момента начала обстрела колонн врага — нами было уничтожено около восьми миллионов боевых дроидов; из них около трёх миллионов — непосредственно у Пандата. Мы потеряли не менее сорока тысяч пехотинцев, двух тысяч клонов и около двух сотен единиц боевой техники. Соотношение в нашу пользу, однако в более масштабном взгляде выходит четверть наших сил на треть вражеских. Не очень хорошие цифры…
Картина, отражающаяся на тактическом столе, могла бы дать фору любой игре-стратегии из земного арсенала. Впрочем, вряд-ли такую ситуацию вообще можно представить или смоделировать. Метки отрядов густо покрывали карту, и висящие над ними таблички всё время меняли свои данные: численность, вооружение, боеспособность. Отряды двигались: наши порой отступали, порой ходили в контратаку, выбивая дроидов с занятых позиций. Сепаратисты только наступали, накатываясь на Пандат, словно волны…
Стоило только закрыть глаза, как в голове возникала картина сражения. Полномасштабного сражения вроде того, что было на Доновии. Хатт, как же давно это было… К-хм. В общем, один-в-один, только масштаб больше. Полторы сотни тысяч сражающихся органиков, и сотни тысяч дроидов, накатывающихся на них стройными коробками… Можно скольку угодно над этим смеяться, но я уже успел понять что эта тактика «наполеоновских войн» как нельзя лучше подходит для армии КНС. Во-первых, это упрощает командование. При имеющемся соотношении дроидов-бойцов и дроидов командиров, а так же с учётом «малой инициативности» последних, говорить о «микроконтроле» не приходится. Во-вторых, недостатки В-1 и отчасти В-2 компенсируются количеством этих боевых машин. К примеру, одиночный клон — при хорошей позиции и достаточном количестве боеприпасов может уничтожить сто двенадцать дроидов — но по одному. А вот если они навалятся на него всем скопом — то шансы его на выживание стремительно скатятся к нулю. Опять же, если сотня с лишним дроидов стреляет по одной цели — кто-то да попадёт. В-третьих, подобное построение имеет огромный психологический эффект. Чёткое построение, грохот шагов… Нужно иметь крепкие нервы, чтобы не вздрогнуть при взгляде на эту «коробочку», идущую в твоём направлении…
 
Убедившись, что в ближайшие тридцать минут противник не будет атаковать нас флотом, и что никакого форс-мажора тоже не случится, я открыл глаза. Ли Норьега, стоящая напротив, сразу же заметила это, и всмотрелась в моё лицо. Я поспешил её успокоить. Ну или попытался:
— Всё нормально, лайн-капитан. ЧП не предвидится в течении тридцати минут.
— Противник всё ещё не выдвигает свой флот?
— Нет.
— Вот дерьмо, — ругнулась женщина, — Я не пойму, почему они бездействуют? Надеются на наземные силы? В таком случае, почему они не пытаются прикрывать их? Отряд Пеллеона ведь прямо напрашивается на атаку!
Я невольно улыбнулся. «Покорители» и впрямь нанесли дроидам ощутимый урон, упокоив не меньше миллиона «жестянок». Правда, при этом они превратили около сотни квадратных километров к востоку от столицы в этакую пустыню с покрытием из перепахано-расплавленной почвы, доведённой до состояния стекла. Кое-где из этого «моря» выглядывали оплавленные части дроидов или остовы боевой техники. Вероятно, после того, как бой завершится, местное руководство точно не забудет выкатить мне претензию по этому поводу. Как же, парковая зона вокруг города являлась нетронутым участком местного ландшафта, и служила местом отдыха для горожан и работников сельского хозяйства. А мы взяли и всё изгадили, понимаешь…
— Жестяныч, — я обратился к «адъютанту», — Есть мысли по этому поводу?
ООМ-дроид в ответ развёл своими руками — совсем как органик.
— Не имею ни малейшего представления о том, на чём основывается стратегия вражеского командира. Слишком мало вводных для детального анализа. Лайн-капитан справедливо заметила, что атака наших флотских соединений была бы оптимальным ходом в сложившейся ситуации.
— Может, это отвлекающая атака? — предположил Сови Старгейзер.
— Это слишком для «отвлекающей атаки», — ответил Ринаун. — В таком случае дроиды бы высадили максимум пару миллионов, и начали бы укрепляться, вынуждая нас атаковать их позиции, а флот связал бы нас в затяжном бою…
***
Выпрыгнув из своего истребителя, Сэйси Тин тут же припал на одно колено, заглядывая под левую плоскость своей модифицированной «Эфирной Феи». Присмотревшись, он осторожно протянул руку, и ухватил явно чужеродный кусок металла, застрявший между двумя средними бластерными пушками.
«Вот почему они вышли из строя… Обломок перебил магистрали». Расшатав его, джедай с трудом выдернул его. Выпрямившись, икточи недоумённо уставился на кусок металла в своих руках.
— Магистр Тин! — голос Скайуокера перекрыл царящий в ангаре гул, — Вы в порядке?
— Относительно, Скайуокер, — сообщил магистр, — Не знаешь, что это может быть?
Избранный, приземлившийся как раз перед ним, подошёл и взял в руку обломок.
— Кажется, это шея «Стервятника»! — сообщил рыцарь, вертя железяку в руках. — Как она у вас оказалась?
— Застряла в корпусе. Теперь нужно заменить пару деталей перед новым вылетом.