Искусство войны: Эпизод I. "Непредвиденный Фактор" (СИ)

— Принято. — клон потянулся, после чего положил руки на ручки управления, глазами пробегая по услужливо высветившихся на внутренних экранах шлема показаниям приборов. Всё было в норме: двигатели работали ровно и без перебоев; реактор выдавал энергию, питающую системы корабля; накопители были заряжены под завязку; пушки были готовы выплеснуть потоки огня по противнику; торпеды и бомбы мирно покоились на своих местах, готовые обрушиться на врага.
Ещё немного — и звёзды замедлят свой бег. Бомбардировщик выйдет из гиперпространства; вслед за ним выйдут остальные машины его отряда. А слева, справа, сверху и сбоку — другие республиканские отряды, что стартовали из неприметной необитаемой системы по жёсткому графику. Командование Секторальной Армии было кровно заинтересовано в успехе операции, и поэтому число бортов, участвующих в операции, превысило семьсот машин. Только под его командованием было шесть эскадрилий бомбардировщиков. В качестве прикрытия выступали многочисленные эскадрильи ARC-170 и Z-95. "Лавины" и другие истребители, не имеющие гипердвигатели, решено было не использовать. К сожалению, новеньких BTL/В было не так много, чтобы обеспечить нужную огневую мощь. Поэтому командование использовало все нашедшиеся под рукой машины других марок, оснащённых гипердвигателем и способные нести бомбы и торпеды, в том числе устаревшие NTB-630 и куатовские "Плащевидные".
Естественно, что при таком размахе цель операции была соответствующей: одна из крупнейших верфей Конфедерации Независимых Систем, расположенные на планете Гвори.
Сама планета не представляла собой ничего ценного: поверхность покрывали бескрайние пустыни, и лишь на дне тысячекилометровых каньонов, чьи отвесные стены вздымались на высоту до двух километров, ещё теплилась жизнь. Возможно, в древние времена она и была зелёной, но либо глобальный катаклизм, либо, что более вероятно, деятельность разумных существ привели её к нынешнему состоянию. Однако именно низкая ценность планеты позволила "Революционному производству Гвори" приобрести данную планету, и разместить там свои верфи, которые постепенно выбились в лидеры Внешнего Кольца, уступая разве что верфям Мон-Каламари.
Давнее сотрудничество с "Хёрш-Кессель", и наличие среди акционеров компании изрядного количества муунов определило судьбу компании. За несколько лет до инцидента на Набу "Революционное производство" начало выпуск фрегатов "Щедрость"; выпускало оно их и теперь, причём с завидной скоростью: во время Сепаратисткого кризиса темпы были взвинчены в несколько раз. Республика уже пыталась в начале войны уничтожить верфи, однако потерпела неудачу. Теперь же, в свете последних событий, появился ещё один шанс.
Таймер отсчитал последние мгновения — и полковник сильнее сжал штурвал. Оборона планеты была очень сильной, и прорваться будет непросто. Вся надежда — на скорость и массовость атаки.
Сепаратисты оказались не готовы к такому повороту событий. Через огромное орбитальное сооружение, выполненное в виде прямоугольника со скошенными краями, пролетали бессчётные грузовые транспорты, доставляющие на планету материалы для производства кораблей. Сама станция представляла собой сканирующий комплекс, который проверял корабли на наличие органики. Если кто-нибудь попытался проникнуть на планету посредством проникновения на транспортник, его неминуемо засекли бы. А многочисленные оборонительные орудия станции, размещённые по периметру, уничтожили бы корабль. А другого пути на планету не было: сотни фрегатов "Щедрость" блокировали подступы к планете.
Вот именно мимо них и предстояло прорваться.
— Перекличка! — скомандовал Дитц.
— "Альфа" на месте!
— "Бета" готов к бою!
— "Гамма" на позиции! — командиры эскадрилий отозвались после секундной заминки.
Это означало, что все бомбардировщики благополучно достигли планеты.
— Вперёд! Двигатели и щиты на максимум!
Дроиды — или кто там командовал кораблями — заметили противника, но отреагировать уже не успевали. Когда лазерные батареи фрегатов открыли огонь — BTL/В уже пролетали мимо них. А вот "Стервятники" из патрульных эскадрилий и те, что располагались прямо на корпусах кораблей, имели серьёзный шанс нанести им урон, но наперерез им уже кинулись тяжёлые ARC-170, и над планетой закипела свалка. Но… Это было не их делом: бомбардировщик полковника, идущий передовым в отряде, уже начал входить в атмосферу.
 
Так как скорость не была погашена в достаточной степени, по щиту начали растекаться огненные всполохи: трение об атмосферу было довольно заметным, в два раза превышая обычные показатели. Но и угол входа был очень острым; фактически, они пикировали на свою цель с самой орбиты. Это было небезопасно, но на войне нет безопасных мест. Скоро враг сориентируется, и начнёт принимать меры для отражения атаки республики. И вот, подтверждая его мысли, с поверхности планеты навстречу им понеслись первые турболазерные заряды. Верфи были хорошо защищены: десятки турболазеров и сотни бластерных и лазерных пушек располагались по краям одного из каньонов, в котором и находились многоуровневые стапели.
— Приготовиться! Манёвр уклонения! — полковник плавным движением повёл машину в сторону. Следуя его примеру, другие бомбардировщики тоже рассредоточились. Но их было слишком много.
— Это "Бета". Потерял одного!
— Это "Гамма-два". Ведущий сбит. Принимаю командование!
— Жарковато становится! — весело проорал Наро. И в виду он имел явно не температуру…
Четыреста пять секунд. Много это или мало? С какой стороны посмотреть. Для Дитца эти секунды, понадобившиеся его бомбардировщикам, чтобы достигнуть каньона, показались нестерпимо долгими. Но время не остановить, и вот они входят в широкий пролом, становясь неуязвимыми для большей части оборонительных орудий. Сепаратисты были излишне самоуверенны при строительстве оборонительных сооружений, считая, что сквозь их флот никто и никогда не прорвётся. А цель — вот она, в нескольких километрах впереди.
— Внимание! Атака! — с этими словами Дитц активировал прицельный комплекс. Два километра до цели, полтора… Пальцы раз за разом вжимают кнопки на рукоятках штурвала. Десять торпед пятью двойками устремляются к стапелям. Промахнуться невозможно. Разрывы протонных боеголовок вспыхивают яркими бликами корёжа конструкции, уничтожая ещё недостроенные корабли. Вслед за его торпедами летят другие, выпущенные с остальных бомбардировщиков.
Где-то впереди "Плащевидные" атакуют аналогичную цель. Но на этих аппаратах маловато торпед, и полковник вместе со своими эскадрильями проносится мимо разрушающейся конструкции стапеля, и устремляется на подмогу. Минута полёта — и на пылающие верфи сыпятся протонные бомбы, дождавшиеся своего часа.
— Всё, парни, закругляемся! — Дитц облегчённо вздохнул. Дело сделано: на горизонте, по всей длине петляющего каньона в безоблачное небо поднимаются густые столбы дыма…
***
Помянув хатта, Шарлен резко дёрнул рычагами, наводя оружие шагохода на появившегося противника. Выстрел сдвоенной бластерной пушки — и В-2 заваливается на пол коридора: болты прошили "тело" жестянки, превращая его в бесполезную груду металлолома.
— Чего копаешься! Продвигайся вперёд! Пехота ждёт только нас! — наушники заревели голосом лейтенанта Доуфу.
— Так точно, сэр! — привычно отрапортовал мужчина. — Зи, давай потихоньку вперёд.
Закреплённый в специальном гнезде зелёный дроид-шарик пропищал:
— Понял-понял!
АТ-РТ начал двигаться вперёд по коридору; метрах в тридцати виднелся поворот, и не надо было быть гением, чтобы сказать, что там их уже ждут боевые дроиды КНС. Шарлен ухмыльнулся. Ему самому есть чем их удивить…
Даже будучи родом с Метеллоса, Шарлен никогда не жаловался на судьбу. Хоть и с помощью родителей, но ему удалось одновременно закончить учёбу, и заработать денег, подрабатывая в одной из мелких фирм в должности грузчика. В принципе, его дальнейший жизненный путь был предопределён, однако череда случайных событий привела его в ряды сил безопасности одной из планетарных корпораций. Там то он и пристроился, став водителем боевого шагохода. Работа не пыльная, платят хорошо. Знай держи технику в порядке и козыряй начальству.