Искусство войны: Эпизод I. "Непредвиденный Фактор" (СИ)
Около месяца назад Сила всколыхнулась, и её посетило видение. Как позже выяснилось, шаманы клана услышали тоже самое. Через день стало ясно: Сила говорила со многими как на Датомире, так в других местах. Ведьмы всегда почтительно относились к таким вещам, и потому не принимать послание было бы непростительно. Сила — Живая. Она есть везде и во всём, она — энергия, имеющая разум и самосознание. Иногда она говорит тем, кто умеет слушать, что есть, что будет. Однако… Это послание было туманным.
"Настанет время перемен, и мир уже не будет прежним… Целое расколется, чтобы не стать единым никогда… Спящие проснутся, дабы заговорить вновь… Забытое восстанет, дабы напомнить о себе… Союз двух обретёт силу, способную победить…"
Надо ли говорить, что подобное не могло не заинтересовать Талзин. Она была уверена, что и другие силы не пренебрегут посланием, а потому спешила разгадать загадку, правильно истолковать эти слова. В несчётных медитациях она провела несколько недель, пока робкая догадка не поселилась в её голове. Пара сложных ритуалов — и сомнения переросли в уверенность. Пора было начинать действовать…
Подняв голову, она махнула рукой. Двери зала открылись, пропуская пришедших по её зову. Двое забраков: один чёрный, как сама тьма, с парными шото за спиной; второй — желтокожий, несущий на поясе световой меч. Пройдя в помещение, они склонились перед ней.
Выдержав паузу, Талзин обратилась ко второму.
— Адриан. Ты был выбран, как сильнейший из Ночных Братьев. Я отправляю тебя к графу Дуку. Служи ему верно, сокруши его врагов — вот моё слово. Корабль ждёт.
— Да, Мать! Я не подведу клан! — забрак встал, и, победно посмотрев на Саважа, направился к выходу.
Опресс же, сжав кулаки, осмелился спросить:
— Почему, мать? Я сильнее Адриана, и мог бы… — но под её пронзительным взглядом он стушевался.
— Не стоит торопиться. У тебя будет иное задание, может быть, более важное. Ты отправишься на поиски брата.
Забрак поражённо вскинулся.
— Брат?! Он… Он Жив?
— Да. Ты должен найти его, и привести его сюда. Он жив, но разум его застлан пеленой безумия.
Призвав Тьму и Силу, ведьма, выдав протяжный речетатив заклинания, коими ведьмы упрощали взаимодействие с Силой, соткала из неё материальный объект, с виду похожий на обычный кулон, светящийся тусклым голубым светом. Бросив его Опрессу, Талзин опустилась обратно на свой трон.
— Он поможет тебе найти его. Отправляйся в путь… немедля.
— Да, мать.
I. Часть Пятая. Интерлюдия № 4.
Случай определяет только форму того,
что с нами происходит.
(Сорель).
***
Сионвер Болл спустилась с трапа корабля, машинально отмечая раскинувшийся вокруг пейзаж.
«Маластар… Маластар. Планетоид восемнадцати с половиной тысяч километров в диаметре. Сила тяжести… Около единицы и трёх десятых. Полный оборот — двадцать шесть стандартных часов, оборот вокруг светила — двести один стандартный день. Климат — засушливый. Рельеф — пустыни, джунгли, метановые озера…»
— Осторожнее! Осторожнее!!! Это же не кусок металла! — бивалл дёрнулась в сторону клонов, осуществлявших выгрузку её «детища» из недр грузового корабля.
— Мэм. Мы знаем, что делаем. — остановил её клон-капитан.
— Если это такая хрупкая вещь, то стоило ли её вообще везти сюда? — поинтересовалась деваронка Сиал Джейсен, стоящая рядом с другим джедаем — Мейсом Винду.
Женщина подавила в себе желание возвести свои глаза-стебли вверх — жест, перенятый ей после долгого общения с людьми.
— Это опытный образец, единственный в своём роде, поэтому моё беспокойство вполне естественно.
— У вас всего одна эта… электронно-протонная бомба?
— Да. Мы вели работы уже несколько лет, и только на прошлой неделе закончили сборку этого образца. Однако испытания были назначены на конец четырнадцатого года.
— То есть, других бомб у вас нет?
— Вы правы. У вас только один шанс.
— И на каком принципе она работает?
— Как вы знаете, существуют ионные бомбы различной мощности, однако для получения большой площади накрытия их размеры должны быть соответствующими. Однако с какого-то момента рост размера начинает происходить по экспоненте, что в свою очередь означает большие трудности, как в изготовлении таких зарядов, так и в их транспортировке.
— Она не выглядит такой уж большой, эта ваша игрушка. Меньше корабельной торпеды, если я правильно помню. И точно меньше по массе, — корун оценивающе посмотрел на репульсорную тележку, на которой транспортировали бомбу к ближайшему ангару.
— Вес здесь роли не играет. И тем не менее, основной радиус поражения этой бомбы составляет полтора километра, пассивный — десять, — Сионвер заглянула в свой датапад, — Для справки, обычная ионная бомба, способная на такое, будет размером с кореллианский фрегат CR-90. Конечно, для поражения крупных целей хватает и обычных ионных торпед или бомб, но в нашем случае это нерационально, так как требуется поразить большое количество мелких целей. Электронно-протонная бомба — как раз для этого и предназначена.
Джедаи переглянулись.
— Каковы будут последствия применения этой бомбы? Совет Гранов и Старейшины Дагов обеспокоены нашими действиями.
— Практических испытаний не было. Однако заверяю вас, что никакого загрязнения окружающей среды не будет, так же как и значительных разрушений физического характера. Может быть. небольшой кратер, метров десяти в диаметре и пары метров глубиной. Так что находиться близко от взрыва не рекомендуется. Однако на этом — всё. Основное действие электронно-протонной бомбы направлено на выведение из строя как раз дроидов, так что вашим отрядам, которые могут оказаться в паре километров от эпицентра, ничего не угрожает… Кстати, — Болл огляделась, — Когда вы намерены применить её?
— В ближайшие часы. Обстановка на фронте крайне сложная. Канцлер настоял на вашем участии, и мы вынуждены были согласиться.
— Тогда я подготовлю заряд к действию и проинструктирую пилота бомбардировщика.
— Действуйте, — кивнула ей Сианн.
***
Стоя на скальном уступе и смотря на заходящее солнце, Чам Синдулла любовался красотой раскинувшейся перед ним панорамы. Хотя… Многие посчитали бы, что Рилот довольно однообразен, и были бы правы. Пустыня, с преобладанием песочных, коричневых и ржаво-красных тонов не могла соперничать с зелёными планетами, однако для него это было красиво — просто нужно было правильно смотреть. А может, дело в том, что выбора то особого и нет? Но даже так, он ни за что не променял бы Рилот на другую планету. Ибо без Рилота не было бы тви’леков.
Возможно, природа компенсировала скудность красок самой планеты, одарив её детей цветом кожи всех цветов и оттенков. Однако… Сколь суров и неприветлив был сам Рилот, таковая же судьба была у народа планеты. Ибо даже на этот кусок скал нашлись свои претенденты. И даже на самих тви’леков. Естественно, что ему это категорически не нравилось.
Однако он, ещё будучи подростком, понял, что словами ничего не сделать. Народ хотел изменений — но власть имущие не хотели ничего менять, отбиваясь лживыми речами. И тви’леки верили. Но не он. А потому Чам начал борьбу. Он часто повторял себе: «Не террорист, но борец за свободу. Не террорист, но борец за свободу».
Как давно это было…
Чам сражался за свой народ и Рилот уже почти десять лет. Он сражался за свободу Рилота, когда его народ эксплуатировался Республикой, и теперь тоже сражался — против Конфедерации, пытавшейся ободрать его планету догола.
За свободу Рилота.
Сама эта фраза, само понятие стало полярной звездой, вокруг которой вращалось все его существование.
Ибо Рилот не был свободен. Никогда.
Вздохнув, мужчина развернулся и направился ко входу в катакомбы заброшенного города в пустыне Джаксуан. Именно сюда отступили его отряды после поражения республиканских войск во главе с джедаями и получения, пусть и запоздалой, но помощи. Однако уходить пришлось с семьями, да и беженцев — тех, кто успел удрать из-под удара — хватало, а вот продовольствия и медикаментов — нет. Да, борьба против дроидов превратила его в символ свободы… Вот только символ — это не то, что нужно. Пустыми словами много не сделаешь…