Искусство войны: Эпизод I. "Непредвиденный Фактор" (СИ)

— Почему, сэр?
— Мы... наши огни ярче, и боль от этого только сильнее.
— А... как вы, сэр?
— Что - как?
— Как вам удалось... не упасть?
— Не знаю. Но я был чертовски близок к этому.
— Мы заметили, сэр. После того, как ранили коммандера Тано... вы..., в общем, нам впервые в жизни стало страшно, - прошептал Лаки.
Шайба почесал затылок.
— Я слышал, коммандер Тано убила Ксис... как она?
— Я... ещё не говорил с ней на эту тему. Но... чувствую, дела там не ахти.
Скользнув в состояние медитации... хм, а это вышло куда как легче, чем обычно, я привычно просканировал пространство. Это тоже вышло легче и быстрее. Сейчас, в спокойной обстановке, ничто не мешало, и ощущения были конкретнее и чётче. И среди массы клонов, которые были удовлетворённо-спокойными, я различил тугой комок эмоций. Асока... Сила... Я должен срочно с ней поговорить. Учитель хренов - заболтался тут, понимаешь, а у меня там четырнадцатилетняя девочка, убившая человека... разумного, не важно.
— Хорошо с вами сидеть, парни, однако мне срочно требуется поговорить с Асокой...
— Да без проблем, генерал.
— Да, сэр, хотя стоило бы доесть.
— Нет времени, - я с сожалением оглядел полупустой поднос, - сейчас же пойду к ней.
***
Едва переступив порог каюты, Асока механически сдёрнула с себя мешающий ей пояс с кобурой и кармашками, отстегнула меч и молча бросилась на койку, и с тех пор так и лежала - уже несколько часов. Отвернувшись от двери и уставившись в стену, тогрута тихо сопела, пытаясь сдержать свои эмоции, однако это удавалось с трудом. В голове снова и снова прокручивался один и то же эпизод. Прыжок, взмах её меча - и падающая в грязь фоллинка. Судорожно сцепив руки, Асока старалась успокоиться, но всё было напрасно.
С самых ранних лет учителя и наставники говорили им, что жизнь - величайшая ценность. "Великая Сила создается и поддерживается именно жизнью. А джедаи существуют, чтобы сохранять эту жизнь. Кодекс гласит, что джедаи должны уважать жизнь в любой ее форме. Любое убийство – это неправильно. А это значит, что недопустимо признание джедаем одной жизни ценнее другой, и он не в праве решать кому жить, а кто этого недостоин. Жизнь джедая – такая же ценность, как и любая другая жизнь, а потому джедай не должен впустую рисковать своей жизнью, при том, что он всегда готов к тому, чтобы эту жизнь потерять, защищая жизни других. Джедай может сам забрать чужую жизнь, если при этом он защищает жизнь другую, и не имеет другого выхода разрешить конфликт. Но все же всегда он должен знать, что убийство – это неправильно. Что убивая, он совершает преступление против Силы. Такое убийство хотя и не противоречит принципу уважения жизни – тем не менее служит показателем несовершенства методов джедая, ведь истинный мастер всегда способен избежать убийства".
А она не просто убила жизнь - она убила другого джедая. Такого позора не случалось уже очень давно...
"Асока?" 
Она очнулась, и тут же услышала стук в дверь.
— Учитель?
— Можно войти?
Асока промолчала. Ей не хотелось разговаривать, но и грубить учителю не хотелось.
— Тогда я вхожу. 
Раздался шелест открываемой двери, тихие шаги проскрипели по покрытию пола. Тогрута не нашла в себе сил повернуться и посмотреть в глаза учителя. Тот присел на краешек кровати, недолгое шебуршание прервалось голосом джедая.
— Асока... как ты?
— Я в порядке, учитель...
— Дохлый номер, Шпилька. Я же чувствую, что с тобой происходит. Не пытайся меня обмануть.
— Учитель, я... я, - Асока сильнее сжала кулаки.
Внезапно для неё сильные руки аккуратно подхватили её, и она оказалась у джедая на коленях. Асока неожиданно для себя прильнула к груди человека. Меж тем тот обнял её одной рукой, второй тихонько поглаживая её по голове.
— Я знаю, тебе плохо сейчас. Плохой из меня утешальщик, но... тебе лучше не держать это в себе.
Асока шмыгнула носом.
— Поплачь, нечего стесняться.
И к своему огромному стыду тогрута разревелась, судорожно всхлипывая...
 
Она не заметила, сколько времени прошло, прежде чем поток слёз иссяк. Однако она прекрасно помнила, что джедай всё это время бережно обнимал её, поглаживая по голове и монтраллам, и что-то шептал; Асока не разбирала слов - да это было и не важно - в итоге ей стало немного легче.
— Учитель, почему... почему всё так?...
— Ты винишь себя?
— Я не должна была... я... всё произошло так быстро... но... я нарушила.. и даже сейчас я не могу... успокоиться... обуздать свои эмоции... я пытаюсь, но у меня ничего не выходит... я не могу... - сбивчиво забормотала тогрута, пытаясь подобрать слова.
— Не нужно стыдиться этого, Асока. Эмоции — естественная часть жизни. Даже джедаям не чужды эмоции. "Нет эмоций - есть покой". Этот принцип не говорит, что эмоций не существует, но требует, чтобы они были оставлены в стороне. Эмоции следует понять, и задача молодых джедаев — изучать свои эмоции. Если джедай не способен подчинить себе мысли и чувства, он не достигнет покоя. Эмоции следует не преодолевать или отбрасывать, а понимать и контролировать.
— Учитель, и всё же... Зул... я видела её глаза... она сражалась не так, как обычно - её силы возросли. Что произошло?
— Она... подчинилась Тёмной стороне Силы, Шпилька. В этом нет твоей вины. Зул... просто перешла черту, которую переходить опасно. Это сделало её врагом.
— Но... я... убила её...
— Если джедай активирует свой световой меч, он должен быть готов забрать жизнь.
— Я понимаю, - прошептала тогрута, ладонью вытирая слёзы, - Но... это так больно.
— Чувство потери часто более сильно у тех, кто ощущает её сквозь Силу, и сохранять при этом спокойствие трудно. Но смерть — не трагедия, а всего лишь часть жизненного цикла, Асока. Без смерти не могла бы существовать сама жизнь. Сила, пронизывающая нас, остается и после нашей смерти. Смерть и жизнь, распад и рост, испорченность и чистота — джедаи воспринимают их не как противоположности, а как парные сущности, каждая из которых, в соответствии с законами природы, не может существовать без другой. А значит, джедай не боится смерти и не оплакивает ушедших слишком долго. Джедай должен приветствовать смерть, как приветствует жизнь.
— Но... 
— Знаешь, она бы не хотела для себя такого существования. Возможно, в конечном итоге ей бы и удалось прийти в себя, скинуть власть Тьмы - но смогла бы она жить дальше, осознавая, что натворила?
— Учитель, но разве это справедливо? Разве она не достойна жизни? А те падаваны, что погибли? 
— Всякое существо имеет право на жизнь. Но мир - несправедливая штука, и иногда те, кто больше всего заслуживает смерти, живут и благоденствуют, а те, у кого впереди целая жизнь - умирают. Однако, смерть - это не конец. Разумный может умереть, его тело - рассыпаться прахом, но память - вечна. Я бы даже сказал, что разумные умирают, дабы навсегда остаться с нами, в нашей памяти. Важно то, что ты не забудешь этого никогда. 
Слова джедая заставили её встрепенуться. В груди стало теплее, и чувство холода отступило.
— Что же мне делать, учитель? Как мне справиться с этим?
— Идти дальше, Асока. Жить, учиться, дышать, думать... В жизни так много интересного.
— А если я не знаю, куда мне идти, что делать? Учитель, - Асока наконец смогла поднять голову и посмотреть в глаза человека - такие близкие сейчас. - Вы поможете мне? Вы всегда мне помогали... 
После небольшой паузы тот ответил:
— Да. Я помогу тебе, Асока, - джедай привстал, аккуратно держа девочку на руках. - Я помогу тебе найти твой путь. А сейчас - отдыхай, набирайся сил. Отбрось тревоги и печали - ведь завтра наступит новый день.
С этими словами он опустил её обратно на кровать. Одеяло, повинуясь жесту джедая, взвилось и опустилось, укутывая её.
— Да, учитель.
Печаль всё еще не отпустила её, но учитель смог вселить в неё уверенность, и Асока, медленно выдохнув, начала медитировать, очищая свой разум. Она уже не слышала, как за джедаем закрылась дверь.