Искусство войны: Эпизод I. "Непредвиденный Фактор" (СИ)

— Да, отец. Ну и погодка, — парень стряхнул с шевелюры капли дождя. — Буря обещает быть длинной.
— Как успехи?
Молодой человек отрицательно качнул головой. Орлисс немного помолчал, машинально перебирая голодиски, сортируя по неведомым ему самому категориям.
— Знаешь, всё это слишком… затягивается. Я предполагал, что едва Республика пришлёт нам помощь, всё образуется. Однако…
— Да, отец, но… Во всём этом виноват Стратус. Пока все «Нимбусы» заняты клонами, мы пытаемся достать этого ублюдка… мы разгромили уже десять!.. десять аванпостов, но ему каждый раз удаётся ускользнуть.
— Не только это, сын. Конфедерация присылает всё новых и новых боевых дроидов… а эти их наёмники… они творят страшные вещи. Даже джедаи не могут с ними справиться.
— Отец, ты думаешь, что джедаи… проиграют?
— За долгие годы я понял, что нужно быть готовым ко всему. Однако… нужно надеяться, ибо победа — единственное, что нам нужно. Поражение Республики будет означать и наше поражение. Да, мы сможем и дальше продолжать нашу борьбу, однако она будет… безнадёжной.
— Это мы ещё посмотрим, — зло ответил Нолан.
***
Умыв лицо — хотя это действие было малопродуктивным, учитывая погодные условия, я уставился на своё отражение в зеркале. Оно было чистым, впрочем как и до умывания. Тем не менее, я делал это постоянно, как по расписанию, утром и вечером — если была такая возможность. И совсем не для того, чтобы смыть грязь. Это было не необходимостью, нет, скорее — ритуалом, незначительной мелочью, которая имела большое значение. Он не давал мне свихнуться, окончательно полететь с катушек… Зачастую только такие вещи и спасают на войне. Умывание, возможность поспать на нормальной кровати, возможность есть горячую пищу, пара добрых слов и едва заметная улыбка. Чушь, конечно, но я на собственном опыте убедился, что только так можно пережить эту бойню… эту войну. Кто-то, как Асока, за шутками скрывает свою усталость от нескончаемой битвы и смертей, которые как вспышки яркого света встречных авто, бьющие в глаза; кто-то, как Мирро, в кратких перерывах, забившись в дальний угол койки, заливает душу алкоголем; кто-то, как Ли Норьега, по уши уходит в работу, доводя себя до исступления, когда чувства уходят глубоко внутрь и уже не играют особой роли… Вариантов много.
Джедаи славятся на всю Галактику своей невозмутимостью и спокойствием, однако я далеко не обычный джедай. Добрая половина меня — обычный человек, обыватель со своими мелочными проблемами, который знал, что такое война, только из книжек да фильмов. Да и изучение битв и исторических событий не сильно упрощает дело. «Одна смерть — трагедия, тысяча — статистика». Когда-то наши предки хорошо постарались, дабы их потомки не знали ужасов войны — и им это прекрасно удалось. Да и потом, нас всегда защищало государство, каким бы оно хреновым не было. Да и таких уж серьёзных конфликтов в то время, когда я только родился, уже не было. А здесь я по уши окунулся в это дерьмо. Хотя и прежний Викт не блистал опытом на этом поприще. Самый ближайший конфликт более-менее крупного масштаба — заварушка со Старком и бактой, но и то это ограничилось парой звёздных систем и десятком планет. И тем более, всё это прошло мимо меня-прежнего.
Война… она очень меняет разумных. Сложно вообразить, как мгновенно преображается человек, и не только человек, получивший в руки оружие, меняется все: мироощущение, самооценка, отношение к окружающим. Одно не поддаётся сомнению: оружие — это сила и власть. Оно дает уверенность в себе и диктует стиль поведения, создает иллюзию собственной значимости. Так происходит в мирное время. Что же тогда должно происходить на войне, в особенности на фронте, где оружие есть у каждого, а его применение из возможности становится обязанностью?
Клонам в этом плане намного проще. Их создали для войны, их обучали войне, и они не видят в таком положении вещей ничего противоестественного. Кто-то сказал… не помню, кто: «Наша работа — убивать, и наш долг — делать эту работу хорошо». В этих словах — вся мотивация клонов, вся их философия. Не удивлюсь, если им подкрутили что-то в мозгах задолго до рождения.
 
Остальные же, оказавшись на войне, меняются. Джабиимцы — Националисты и Лоялисты, джедаи, падаваны, офицеры — Сумераги и Кристен, Асока… Хатт, ещё каких-то жалких два-три месяца назад мы не знали друг друга, не подозревали о существовании, а теперь, разделившись на два лагеря, взяв в руки оружие, с упоением убиваем друг друга… Оглядываясь назад, я понимаю, что никто из нас уже не будет прежним.
Возможно, джедаям было бы намного проще, ведь в их руках оружие намного мощнее, нежели бластеры или танки. И не важно, Сила это или всего лишь световой клинок — в руках джедая обе вещи — оружие. В этом их сила… и слабость. Джедаев очень рано начинают обучать владению своим оружием, однако сама природа джедаев отвергает насилие, и их учат не применять, но контролировать своё оружие. Столкнувшись с реалиями войны, которая заставляет их убивать, они теряются и теряют веру, идя вразнос… Возможно, что многие из них перешли бы на Тёмную Сторону, если бы не погибли раньше…
Да и если брать в расчёт не Силу, а только лишь световой клинок… «Элегантное оружие более цивилизованной эпохи». Так, кажется, говорил Кеноби. Будет говорить… когда-то… наверное. Только теперь я наконец-то понял, что он имел в виду. Несмотря на свою разрушительную силу, клинок использовали больше для защиты, нежели для нападения, и даже тогда стремились не убить, а только обезвредить противника… глупость, если честно. И падаванам, как ни странно, немного легче — ведь эта догма ещё не въелась в них так крепко, как во взрослых джедаев. Тот же Дуку на Джеонозисе имел все шансы убить как Оби-Вана, так и Скайуокера, однако вывел из строя первого всего лишь двумя небольшими порезами, и только Энакину, который вывел его из себя своей наглостью, граф отсёк руку. Джедайское воспитание, мать его. А падаваны… их психика чуть гибче, они лучше приспосабливаются — этим можно объяснить то, что они выжили, тогда как их учителя — нет.
Простые же разумные… джабиимцы — и не важно, с какой стороны они сражаются — те, кто не погиб в первых боях, стали опытнее. Они набрались усталости и отупения, злости и фатализма. Их выучка растёт, они всё крепче сжимают в своих руках оружие, всё яростнее сражаются с врагом. Не мне судить их — они сражаются за свою Родину, свой дом, свои семьи — однако, как бы я их не понимал, они — наши враги, которые убьют нас, если мы не убьём их. Простые правила. Да, поначалу все нормальные люди будут противиться жестокости и насилию, однако со временем они пропитают их, как вода губку, и жестокость станет нормой, насилие — развлечением. Ибо это тоже норма. Норма войны.
Когда-то давно — те времена кажутся мне сейчас седой древностью — ещё на первом курсе, нам читали лекции по психологии. Они запомнились мне не столько потому, что были интересными, а из-за личности лектора. Сухонькая, древняя старушенция — лет девяносто ей было, а на вид все сто двадцать. Возможно, её давно уволили, но ей было глубоко по барабану, и она продолжала ходить на работу и читать свои конспекты. Так вот, в одной из лекций она коснулась темы военной психологии. Я точно помню те её слова насчёт типов людей в обществе. «Солдаты по обязанности, солдаты по долгу, солдаты по призванию.» Первых больше всего, и они не хотят брать оружие в руки, однако, если приходит беда — они встают в ряды армии. Вторые хотят служить, и чаще всего идут в армию. Третьи же… зачастую им нет места в мирной жизни, они сознательно ищут возможность повоевать. На каждые семьдесят человек солдат по обязанности есть десять солдат по долгу и всего три по призванию. Не так много, на первый взгляд. Тем более, здесь, в этой Галактике, народ более мирный, нежели у нас. Различные расы имеют разные убеждения, кто-то откровенно агрессивен, а кто-то миролюбив. Ещё, помнится, Дарт Плэгас имел привычку повторять: «Как не все тогруты — мирные пацифисты, так и не все мууны — торгаши и банкиры». Но всё же, подобные цифры остаются справедливыми. То есть, на сто миллионов джабиимцев есть три миллиона, которые готовы будут пойти воевать против нас. Возможно, это число стоит сократить вдвое — но и тогда, соотношение не в нашу пользу. Вот такие пироги. Да, есть те, кто продолжает оставаться верным Республике — но их очень мало.